Рейнс: Новая империя

Объявление

15 июля — 15 августа 1558 года

После неожиданной кончины Верховного Триарха Эйверской Лиги и убийства императора Эстанеса в Рокском море снова неспокойно — страны замерли на грани новой масштабной войны. Рейнская империя захвачена внутренними проблемами: политическими и магическими, на Севере по-прежнему сеидхе ведут войну со своим древним врагом, и в этой войне люди страдают больше всех.
Азалийские острова тревожно ждут нападения со стороны Эстанеса, в то время как все остальные еще только решают, вмешиваться им или нет. В общем, все очень плохо.

избранная цитата

"Политика есть политика - кто-то взлетает, а кто-то рискует рухнуть вниз с высоты собственных амбиций и тщеславия. Правда, Рейес пока что еще не взлетел, но надо полагать, что наместник любезно объяснит ему сейчас, что для этого следует сделать".

Мартин Рейес, "Обещай и властвуй"

"...Было время, когда не было рощ. Не было Аханнэ. Была земля, осквернённая, умирающая, и всё живое бежало с неё. А потом Двое принесли великую жертву, дар крови, и болота стали лесами. Тебе не кажется, что мы наблюдаем... обратное?” Странное это было зрелище. Двое сеидхе, похожих друг на друга, и идущий к ним, на почти негнущихся ногах полуолень-полускелет.

Сирше ап Шеналл, "Не видно правды сквозь туман"

"То, что это погром, Барух понял еще по первым звукам — с молодости помнил очень хорошо, как кричат погромы, как гудят под ногами растревоженной землей. Хадданеев громили постоянно, при попустительстве эстанцев и молчаливом бездействии князя, который если и хотел, ничего поделать не мог".

Барух Хадиди, "Не надо меня уговаривать"

"Это только в сказках являются к пленным рыцарям посланники сидов с травой, разрывающей оковы, и тайным ходом выводят из темницы замка, спасая от непременной казни на рассвете. А кому в этом далеко не сказочном мире нужен скромный художник? Да и зачем?".

Франсиско Ромеро, "Даже когда вас съели"

"Он никогда не думал, что для счастья надо всего-лишь бросить учебу - и уже никаких скучных лекций, никакой зубрежки и лицемерия, которое, к сожалению, пропитывало всю семинарскую жизнь. Попервах было немного странно, даже чем-то скучно, но Диогу быстро нашел, чем себя занять. Мир, внезапно открывшийся перед ним, был огромен".

Диогу Альварес, "Одна семья"

"Редко когда бывают уместны вольности, но разве подталкивает к ним что-нибудь больше, чем лигийский карнавал?".

Лина де Мейер, "Mask on, mask off"

разыскиваются

Рене Мерсье

будущая чародейка

Даррел эр Ллойд

виконт Хейвар

Бервин эр Рейналлт

вице-канцлер Рейнса

Бельалькасар де Кордова

эстанский генерал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Воспоминания » Одна семья?


Одна семья?

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Время:
Конец 1553 года.
Место:
Корвола, дом семьи Суарез де Акабе.
Погода:
Пасмурно и то и дело моросит дождь.
Участники:
Рауль, Диогу и Изабелла.
Описание:
После смерти своего мужа, Изабелла и Хавьер приезжают в столицу, чтобы затем, вместе с Раулем отправится в Акабе. И тут любимый старший брат объявляет графине де Сильва, что представит ей весьма необычного гостя...

+1

2

Собственноручно уложив спать свое маленькое и самое дорогое сокровище, Изабелла подошла к огну и тяжко вздохнула, смотря на оживленную рыночную площадь. По идее, сейчас она должна была переживать и оплакивать покойного мужа, но вместо этого ощущала лишь долгожданное... облегчение. Наконец она вырвалась из опостылевшей золотой клетки и могла хотя бы ненадолго пожить в свое удовольствие - если конечно можно так сказать? Но лучше остаться девятнадцатилетней вдовой с двухлетним ребенком, чем жить под одной крышей с человеком, считающим свою жену чем-то вроде красивого дополнения к его дому. А ведь Изабелла честно пыталась полюбить своего супруга, однако, ему это было совершенно не нужно. Он был вдовцом уже достаточно давно до женитьбы на младшей дочери графа де Акабе и решил вновь связать себя узами брака, чтобы у него все было как у приличных людей. И Хави был ему не особенно нужен... просто старик (опять же) хотел показать всем, что еще способен иметь детей с молодой красавицей-женой. Решившись уехать на войну, граф вообще позабыл про Изабеллу и Хавьера, занятый сборами  к отъезду. Он не обнял молодую графиню на прощание и не захотел провести с ней ночь, как это должен был сделать любой нормальный супруг - и теперь, Изабелла не чувствовала сожалений и грусти, покинув Сильву и временно переехав в Корволу. Здесь был Рауль и скоро они поедут домой, в Акабе. Графиня очень надеялась, что ей будет позволено наслаждаться тихой жизнью в отчем доме и воспитывать своего сынишку...
- Сеньора, вы просили доложить, все ли готово к обеду.., - окликнула свою госпожу верная Эльвира и Изабелла обернулась к ней, смахнув очередную непрошенную слезинку. - Кухарка просила поинтересоваться, на сколько персон надо будет сервировать стол?
- На троих. Рауль сказал, что желает представить мне кого-то.., -ответила Изабелла. - Скажи Доре чтобы не забыла достать из кладовой самое лучшее амонтильядо. Брат уехал по делам и наверняка вернется уставшим, а его любимое вино на столе будет весьма кстати.
- Слушаюсь, сеньора, - кивнула служанка, прежде чем покинуть спальню графини. Изабелла присела на край своей постели и нежно коснулась светлых волос своего ненаглядного сына. Здесь в Корволе, Хавьер жил в ее комнате, но в Акабе все наверняка будет по-другому? Там у ее мальчика будет своя, отдельная комната и няня, которая будет постоянно о нем заботится. Изабелле вновь придется вернутся к роли матери из благородного семейства, что видит своего ребенка лишь определенные часы в течении дня. После смерти мужа, графиня отказалась от услуг прежней няни и заботилась о сыне сама, однако совсем скоро все вернется на круги своя, также как было в Сильве. Оставалось только лишь порадоваться лишний раз, что Хавьер не был единственным сыном своего отца, иначе Изабелле бы не позволили увезти его с собой.
Она вздохнула, но услышав громкий хлопок тяжелой входной двери особняка, поднялась с кровати и направилась встречать брата и его гостя. Прежде чем покинуть спальню, молодая женщина на всякий случай посмотрела на себя в зеркало и пригладила выбившиеся из аккуратной прически прядки волос. Это были последствия веселой игры с сынишкой, что просто обожал вытаскивать шпильки с жемчужинками из волос своей матери и портить ей прическу. Но все было поправимо и строгое траурное платье черного бархата тоже смотрелось безупречно на графине. Спустившись в гостиную, она увидела своего любимого брата и пока что незнакомого ей молодого человека... однако, при этом, он смутно напоминал ей кого-то.
- Здравствуйте, - как и полагалось гостеприимной хозяйке произнесла Изабелла, улыбнувшись Раулю и гостю. -Добро пожаловать в наш дом. Присаживайтесь пожалуйста, пока накрывают на стол.

+3

3

“Всего четверть часа позора, и в этом семестре ты уже свободен,” - говорил себе Диогу. Он только что оттарабанил свою обязательную воскресную проповедь, которая содержала обязательные вступление, основную часть с одним определением, антитезой, развернутой метафорой, ровно пятью цитатами из Святых Преданий, а также заключение. Души там не было, поскольку за душу оценок не ставят. Одни мудрствования на высокие темы. Диогу, если честно, сам не до конца догребал, что он порою городил. И ответная реакция аудитории была ожидаемой. Сначала - буквально первые пару мгновений - Диогу испытал поистине упоительное чувство, когда он стоит за кафедрой, а сотни глаз неотрывно смотрят на него. Потом это волшебство схлынуло, и каждый занялся своим делом: Диогу вещал нечто условно-душеспасительное, а его квазислушатели ковыряли в носу, переговаривались, толкались, кто-то сосредоточенно наматывал нитку на палец, а кто-то даже ухитрился задремать. Все - и студенты семинарии, и даже преподаватели - были едины в одном желании: “Двое, помогите, пусть это быстрее закончится”. И хотелось верить, что причиной тому были не только скромные таланты Диогу как оратора, но и то, что все собрались тут не благодаря душевному порыву, а из обязаловки.
Из церкви Диогу вышел совсем как легендарный Сеул: не оборачиваясь. Пришел в себя только от хлопка по плечу - обернулся, увидел физиономию Хуанхо.
- На заднем дворе будет драка, - прерывающимся шепотом друг делился последними новостями. - Пошли поглядим.
- Лениво, - вздохнул Диогу.
- Ди, что с тобой такое?
- А что?
- А то, что ты сам не свой в последнее время!
- Пф! Вот еще.
В жизни Диогу и правда многое изменилось: ушел отец, нашелся сводный брат - но он не готов был это обсуждать даже с лучшим другом.  Тогда пришлось бы сделать небольшой предваряющий экскурс о том, что сам он незаконнорожденный, а его мать - шлюха. Скорее всего, это и так знала вся семинария, но Диогу все равно было больно о том говорить.
Тем не менее, он чувствовал, что изменился. На днях полез оборонять одного мальчишку. Тот был из Корволы, так что всегда таскал полные карманы сладостей и вообще выглядел очень домашним. Наградить такого маменькиного сыночка подзатыльником - это ж за милое дело! Диогу так и поступал. А теперь все так  повернулось, что и Диогу  есть теперь куда податься в воскресенье.
В скором времени они нашлись с сеньором Раулем, чтобы отправились в особняк Суарезов. Брат все плутовато щурился, обещая какой-то сюрприз - и оказалось, что их встретила молодая сеньорита - красавица, каких не часто встретишь в Хамдане. Белокожая, златовласая, даже несмотря на строгое черное платье, она неотступно навевала мысли о погожем весеннем дне. Диогу задержал взгляд на несколько мгновений дольше положенного. Она, к слову, тоже удивленно моргнула, очевидно, более готовая увидеть перед собой императора, а не семинариста в рясе.
- Добрый день, сеньорита, - поздоровался Диогу.
Он уже сложил два и два - то есть траурный наряд с фактом недавней смерти Антонио Суареза - выходило, что сеньорита была покойному графу ближайшей родней. Диогу быстро покосился на сеньора Рауля. Не секрет, как рьяно эстанские аристократы пеклись о собственной чести, и как фанатично оберегали женщин своих семей от любых неправильных знакомств. Выходило, что сеньор Суарез только что отсыпал Диогу просто небывалый кредит доверия.

+3

4

[indent] Декабрьский день выдался пасмурным и мрачным для столицы, что привыкла греться под солнечными лучами, от чего церковные здания помрачнели и грозно смотрели на редких прохожих. Большинство жителей столицы предпочитало такие дни этому проводить в своих домах, в кругу семьи, а еще лучше – с чашей горячего вина со специями и у камина, пока кто-то из младших в семье будет развлекать, собравшуюся публику чтением богоугодной книги, аль пением церковных гимнов. Во всяком случае, так было принято. На деле же многие жители Корволы проводили свои дни неподобающе: все равно Братья всего не видят и не знают. Если же говорить о графе де Акабе, что в скором времени собирался вернуться в родовые земли, где на него ожидали дела его графства, которыми он намеревался заняться более пристально, как и подобало крупному землевладельцу, а не наследнику обширных земель, расположившихся на далеком юге империи, раскинувшейся на землях Хамдана.
[indent] Впрочем,  далеко не только здание церкви встречало своей хмуростью графа, прибывшего на своем вороном коне к оному. Многие женщины и мужчины, которых видел он в немноголюдной толпе, подобно ему были облачены в черные цвета, напоминавшие каждому о многочисленных потерях, которые понесла империя в недавней войне. О последней войне с болью воспоминал и Рауль, но каждый раз он решительно отворачивался от оной, пытаясь сосредоточиться на вопросах дня насущного, но не прошедшего. Нынче непродолжительные воспоминания о событиях недавних дней заняли мысли сеньора дипломата ненадолго, и он заставил отвлечься себя, когда проехался мрачной столицей, что все еще переживала последствия потери островов, оплакивая навеки ушедших или искалеченных в ходе войны воинов.
[indent] Он увидел Диогу издалека и махнул ему рукой, привлекая его внимание к себе. Не трудно было заметить толику радости в выражении его лица, которая все-таки оставалась сдержанной и не назойливой. Сегодня он собирался сделать то, что наверняка не придется по душе его матушке. Однако пока Ана Суарез де Акабе узнает, предстоящая встреча окажется не больше, чем событием прошлого. К тому же, сам Рауль не считал, что семья должна была отказываться от незаконнорожденного ребенка их почившего главы. И в этом, пожалуй, стоило винить самого Диогу, который сумел произвести благоприятное впечатление на своего старшего и единокровного брата.
[indent] - Сегодня у меня будет кое-что для тебя, - когда они отъехали от семинарии, что давала будущим служителям Братьев и их слову несколько свободных дней от науки, произнес Рауль. Заранее ему не хотелось говорить о том, что он надумал представить его сестре, что прибыла не так давно вместе со своим сыном к брату, дабы вскоре возвратиться в родовые земли, зализывать свои раны. Брак с покойным графом де Сильва оказался не простым для Изабеллы; нет ничего более ужасного для женщины, чем брак со стариком, пускай и богатым.
[indent] Вместе они прибыли в столичный особняк, что веял уютом и теплом. Было сразу заметно, что в доме находится женщина, которая своей легкой хозяйской рукой заставляет слуг действовать более слаженно. И теперь Рауль без труда видел, как быстро и приятно переменилась обстановка в столичном доме, что помнил жизнь их отца и его греховные падения, но не был домом для его семьи.
[indent] - Изабелла, я хотел тебе представить этого молодого человека, - когда они оказались в доме, а сестра поприветствовала гостя, как должно гостеприимной хозяйке, Рауль решил не откладывать в длинный ящик то, что было уже неизбежно. – Это наш с тобой единокровный брат. Его зовут Диогу и он намеревается пойти в услужение церкви, дабы просвещать эстанский народ, донося до его умов глас Братьев, - добавил следом граф. – А эта добрейшая из женщин – сестра по крови, Диогу, - завершил он, предоставив возможность Изабелле самостоятельно представиться или же задать интересующий ее вопрос.

+3

5

Долг каждой достойной женщины - обеспечить уют в доме, так чтобы супругу, отцу, брату или сыну было всегда приятно возвращаться после долгого дня, наполненного важными делами и обязанностями. Изабелла сейчас выступала в роли хозяйки старинного родового особняка семьи де Акабе и естественно, готова была сделать все чтобы гостю ее брата было удобно и комфортно в гостях. Однако, она даже и представить не могла, кем окажется в результате молодой человек, которого привел Рауль...
- Сеньора, а не сеньорита, - мягко поправила гостя Изабелла, прежде чем старший братец наконец представил гостя. Сказать что она была удивлена - значило бы ничего не сказать вовсе? - Наш брат? Неужели?
Молодая женщина никогда бы не осмелилась плохо думать о своем покойном отце, даже несмотря на то, что была обижена на него. Выбирая ей супруга, Антонио явно не думал о счастье своей младшей дочери... ведь иначе, он не отдал бы ее своему давнему другу, чей возраст давно уже перевалил за пятый десяток лет. Изабелла конечно же догадывалась о том, что между ее родителями не было нежных чувств... однако, она даже и помыслить не могла, что отец мог прижить ребенка от какой-то другой женщины.
Но... как уже говорилось выше, мертвых не судят? Да и потом, темноглазый юноша, так непохожий на Рауля не был повинен в грехах своего отца...
-Простите мне мое замешательство... я просто не ожидала от Рауля подобного сюрприза! -улыбнулась Изабелла, прежде чем успела повиснуть довольно-таки неловкая пауза. -Добро пожаловать в наш дом, Диогу - я очень рада с тобой познакомиться. Боги были очень щедры, послав нам с Раулем еще одну родную душу. Меня зовут Изабелла... и что же вы не присаживаетесь? Эльвира сейчас подаст превосходного амонтильядо.
Верная служанка графини принесла поднос с вином и чудесными свежими фруктами и затем быстро и ловко разлила амонтильядо по чашам - до краев для мужчин и наполненую на четверть - для своей госпожи. Присев на удобном диванчике напротив обоих своих братьев, Изабелла попробовала сладкое и вкусное вино, которое несоменно должно было разбудить аппетит еще до начала трапезы.
-Мне кажется, что служить Церкви - истинно благородное, но сложное занятие, -продолжила беседу графиня, посмотрев на Диогу. -Пожалуйста прости мне мое жгучее любопытство... но расскажи немного о себе? Мне очень интересно послушать, хотя я боюсь быть слишком назойливой. Однако, не каждый день доводится узнать чтоль прекрасные новости.

+2

6

- Извините. Сеньора, - поспешил исправиться Диогу.
Кто бы мог подумать, что такая молодая женщина уже замужем? Не так. Кто бы мог подумать, что у Диогу есть такая красивая сестра? Братья всеблагие! Получив такой теплый прием Диогу уже жаждал познакомиться со всей оставшейся своей родней. Хотя вероятно, ему следовало бы быть поосторожнее в своих желаниях. Кто ведь знает, по какой причине его спихнули в монастырь? Но Диогу и правда о том не особо заботился. Он сидел в гостинной, осторожно пробовал вино. Надо сказать, что в винах он совершенно не разбирался. Точнее, он измерял качество напитка немного в других категориях, как то: “бьет в голову”, “не бьет в голову”, “вроде не бьет, а ноги отказывают!”. Но раз оно дорогое - значит, хорошее. Сладкое. Главное не увлекаться, а то ведь не пить его сюда позвали.
Представляя Диогу, сеньор Рауль так расписал его будущее, что юноше стало немного не по себе. Ведь “просвещать эстанский народ” звучит красиво и значимо, не то, что тоскливое “быть священником”. Вот только сам же сеньор Рауль мягко советовал бросать бурсу, идти в войско. Как такое понимать? Как намек, что любой его выбор поддержат? Или как напоминание, что в прошлый раз Диогу клятвенно обещал подумать над словами старшего брата, но погряз в учебе и совершенно забыл?
Юноше ничего не оставалось, как прибегнуть старому, хорошо проверенному приему: низко склонить голову, пробормотать:
- На всё воля Братьев. - И понимайте как хотите.
Только этот метод подходил далеко не для каждой ситуации.
- Ваше любопытство вполне закономерно, сеньора, - отвечал Диогу, собираясь с мыслями. Событиями его жизнь не изобиловала и рассказывать особо было нечего: - Меня воспитали братья-монахи, после чего я пошел учиться в семинарию. Там-то меня сеньор Рауль и отыскал каким-то чудом.
Он посмотрел в сторону брата, как бы предлагая тому продолжить. Эта часть истории и самому Диогу была интересна.

+2

7

[indent] - Но ты был не далек к истине, Диогу, - внес поправку к словам своей сестры граф де Акабе. – Моя сестра, пускай и была замужем, однако более не состоит в браке. Ее мужа призвали к себе Братья во время войны, - дал более чем исчерпывающий ответ мужчина, взяв паузу лишь ненадолго. Только для того, чтобы поразмыслить о своих словах, которые он хотел произнести, но чего не допускала совести. Слова порой могут зацепить за живое, а обидеть ненароком дорогую и любимую сестру, он не хотел. Ей и так досталось в браке с мужчиной, что не был достоин ее руки, даже кончиков ее пальцев на ногах. – Поэтому, наша сестра свободна выбирать то почетное обращение, которое ей более всего по душе, - он слегка поклонился Изабелле, отдавая дань манерам. – Если ты хочешь быть сеньорой, а не сеньоритой – так тому и быть. Но я бы предпочел сеньориту. В знак свободы, - он улыбнулся, ожидая реакции сестры. Сейчас она могла смутиться, но согласиться с его пожеланием. Но, могла и проявить их упрямый характер, что толкает всех Суарезов поступать по своему усмотрению.
[indent] Приняв чашу, которую наполнила служанка вином, принесенным из погреба, Рауль сначала попробовал немного вина, прежде чем одобрить выбор и подставить чашу снова, чтобы ее наполнили снова. На этот раз полностью, как и годится: и ему, и графине, и их гостю.
[indent] Наверное, только такая благородная помыслами сеньора как его сестра Изабелла могла рассмотреть доброе в том, что многие называют обычным искуплением грехов. Поэтому, услышав слова своей сестры, Руль позволил себе улыбнуться. Правда, его улыбка получилась несколько натянутой и отнюдь не расслабленной. В его недавнем описании грядущей судьбы Диогу звонко брынчала ирония, словно менестрель на лютне, сейчас же разговор приобрел более серьезных оттенков. Он ни за что не отдал бы в церковь своего ребенка. Так почему должен был наблюдать, как жизнь церковная губит его брата, пускай тот и родился в качестве плода греха их неверного родителя?
[indent] - Чудом я бы назвал наличие счетной книги, которую вел наш отец по расходам. Я узнал, что наш отец содержит кого-то и решил узнать подробности. Никогда бы не подумал, что наш отец так предан церкви, что желает ей отдать частичку себя, - снова легко узнаваемая ирония скользнула в массы. Низкая и гнусная. Порой от нее Суарезу было не избавиться. – Я пытался намекнуть Диогу о том, что всегда остается альтернативный вариант – армия. Однако он боится нарушить волю покойного отца, - уже более просто, дополнил он рассказ семинариста, что шел по пути наименьшего сопротивления своей судьбе.
[indent] Вот только так ли найдет ли себе место под солнцем молодой праведник?

+2

8

Услышав о свободе из уст старшего брата, Изабелла лишь вздохнула... увы, но о подобном любая женщина из благородной семьи может лишь мечтать. Этот мир принадлежит мужчинам, которые имеют право делать все что им только захочется, тогда как женщине лишь должно подчиняться и покорно принимать свой жребий. Хотелось ли молодой графине этой самой свободы? Безусловно, да... но уже не будучи наивной и мечтательной девушкой, она понимала, что ее "свободное" положение дома может не продлится долго. Об этом наглядно говорило письмо матушки, которое Изабелла получила перед тем как покинуть Сильву. Вдовствующая графиня искренне сопереживала утрате своей дочери и решила, что обещание нового выгодного брака будет для нее самым лучшим утешением.
Так что, увы? Вполне возможно, Изабелле было суждено ненадолго вернутся в отчий дом, чтобы затем вновь отправится в другую золотую клетку. Но именно сейчас было не время и не место изводить себя размышлениями на эту неприятную тему...
Она слушала обоих своих братьев и поражалась расчетливoй циничности собственного отца. Как и всегда, он не думал о других и не принимал в расчет их чувства и стремления? Человек без сердца - именно так думала об Антонио Изабелла, после того как ее выдали замуж за пожилого графа. И вот теперь, перед ней было живое доказательство этому определению... ведь заведя интрижку на стороне, граф де Акабе, опять же не думал о том как сложно будет жить ребенку, не имеющему прав на имя своего родного отца? Молодой графине было очень жаль Диогу, но она естественно постаралась ничем не выдать подобного отношения.
-Я полагаю, Диогу, что будет уместно обходится без лишнего официоза, -улыбнулась Изабелла, после слов Рауля. -И неужели, ты хочешь служить в армии? Но это уже очень опасно, если вспомнить о недавней войне... Многие хорошие люди не вернулись к своим семья, в том числе и мой муж...
Последнюю фразу Изабелла попросту заставила себя произнести, потому как должна была сделать именно так. Никто не должен был догадаться о том, что она не испытывала боли утраты или скорби по своему почившему супругу, как бы жестоко это не звучало. Изабелле было очень стыдно за себя, однако даже при своем мягком и добром характере она не могла лгать самой себе.
-Сеньора, все готово, -доложила тем временем верная и преданная служанка графини, зайдя в гостиную. Молодая женщина кивнула и поднялась с диванчика, чтобы пригласить братьев к столу.
-Я надеюсь, что вам понравится мой сегодняшний выбор блюд, -произнесла Изабелла. -Если бы я знала заранее, что Рауль представит мне младшего брата, то я постаралась бы устроить небольшое семейное застолье, потому как столь чудесная новость дорогого стоит. Прошу к столу?
В обязанности хорошей хозяйки аристократического дома входит и необходимость достойно принимать гостей своего отца, супруга или брата, как было в случае с молодой графиней. Стол должен быть безупречным, вне зависимости от того какой характер встречи предполагается - важно все продумать и должным образом подать, не дожидаясь какой-либо похвалы. И сегодняшний обед был если не вычурно-праздничным, то сытным и вкусным, несмотря на то что включал в себя всего лишь две перемены блюд. Поначалу была подана должным образом приготовленная дичь - прекрасная оленина, которую поставщик провизии привез нынче утром. Компанию оленине составляли перепелки и вальдшнепы, которых на стол было принято подавать, дабы показать свое доброе и заботливое расположение к гостям. Завершением приятного глазу натюрморта на столе должно было служить красное вино нескольких сортов, весьма полезное для кровообращения.
-Какие новости в столице? -решила дать начало застольной беседе Изабелла, приказав Эльвире и еще одной служанке, заняться красивой нарезкой и раздачей порций. -Я сейчас привязана к дому и не имею возможности никуда выходить... так что мне будет очень интересно послушать. А еще, после обеда, я познакомлю Диогу с еще одним родственником... если ты конечно не против?

Отредактировано Изабелла Медина де Сильва (29-08-2018 01:46:58)

+2

9

“Хотел бы я заглянуть в эти счетные книги…” - сверкнул глазами Диогу. Ему не особо было интересно (может, лишь самую малость) какими словами отец записал заботу о нем; он надеялся найти там упоминание о другом человеке, своей матери, связь с которой он потерял много лет назад. Вслух он ничего говорить не стал, не желая упоминанием о любовнице сеньора Антонио оскорбить е его законных детей. И беседа тем временем свернула в иное русло. В последние годы любые разговоры неминуемо затрагивали тему войны.
- Сожалею о вашей утрате, - сказал Диогу. Тяжело видеть, что на этой войне лучшие люди погибли от рук еретиков, а такая молодая женщина, его сестра, осталась вдовой. - Двое на небесах вознаградят вашего покойного мужа, а мы здесь за него отомстим. Отвечая на ваш вопрос: да, я хочу в армию. Враги плотно обложили несчастный Эстанес, острова лишь распалят их аппетиты. Боюсь, одних молитв тут будет мало, нужен меч. И хотя мне больно и стыдно идти вопреки воле отца, я воспользуюсь выбором, который мне предоставил сеньор Рауль, - Диогу склонил голову перед братом.
А еще он не без гордости подумал про себя, что проклятый курс риторики, хоть и нелегко ему дался в свое время, теперь обернулся благом. Не стыдно рот открыть перед аристократами.
К присутствию на званых обедах семинария его не готовила - кроме того, что Альварес был вечно голодным, а еще он как-то распространял в списках один романчик. То были похождения сеньора Гонсалеса, безземельного дворянчика, у которого не было ни хоре за душой и кто вынужден был выкручиваться как придется. Одним из его трюков было умение напрашиваться в гости в знатные дома, аккурат к обеду. Так что Диогу знал: для успеха ему потребуется две вещи: скромность (это запросто) и умение изящно нарезать мясо. Последнее, правда, было поручено служанке; Диогу возблагодарил за то Двоих, видя как из-под ее ножа стекают ровнехонькие, тонехонькие кусочки - его умений хватило бы только на безжалостное растерзание. Других подсказок в книге не было, так что Диогу повторял за остальными.
- Очень, вкусно, - признался он. - Никогда ничего подобного не пробовал. - Что было правдой, с какой стороны ни глянь.
Поддерживать застольную беседу он особой возможности не имел, во всяком случае в том, что касалось сплетен высшего света.
- Боюсь, моя семинария - это тоже маленький замкнутый мирок, куда новости не особо и долетают, - виновато признался юноша.
Странное дело, он сто раз слышал поговорку, мол, женщина в доме, мужчина на улице, и никогда его ничего не смущало. А теперь, слушая Изабеллу, он представил себя запертым в пределах семинарии, не знающим места, где можно вечером перемахнуть через стену. Он бы взвыл, правда. Разве что природа женщин действительно какая-то кардинально другая, более приспособленная к сидению взаперти.
- Сеньора Изабелла, а вы надолго в Корволе? - решился поинтересоваться он. - Я мог бы показать здешние святыни, и попутно - другие примечательные места... - Он может и придумал бы что-то более интересное: Суарезы, особенно Рауль, казались ему очень светскими людьми - но траур, традиции, забота о благопристойности… Все это очень сильно ограничивает возможности.
А вот последовавшее предложение нового знакомства вызвало у Диогу куда больше энтузиазма, ведь оно было ответом на его чаяния.
- Я не против? Да я буду бесконечно рад знакомству с любым моим родичем! А кто он? Или это опять сюрприз?

+3

10

[indent] Армия предлагает неплохие перспективы для молодых людей, полных решительности и желания выслужиться перед своим начальством. Впрочем, как и церковь. Иметь в рядах своей родни священнослужителя, что имел возможность пробраться в служении Братьям к самым верхам, считалось крайне почетно. Однако такой путь был не лишен своих соблазнов, искушений и скользких дорожек, поскользнувшись на которой, можно было не только упасть, но и свернуть себе шею. Так что, великие чаяния не редко обращались прахом. И с этим было трудно поспорить. Если же говорить о войске, то в нем мечтал служить едва ли не каждый молодой человек, родившийся под сиятельными знаменами небес южной империи. Рауль не был исключением. Направляясь в Корволу шесть лет тому назад, тогда еще виконт де Акабе намеревался получить у своего отца одобрение его решению поступить на службу в кавалерийский полк. Однако вместо того, чтобы дать свое одобрение, Антонио Суарез сказал, что для сына у него найдется иной путь…
[indent] Свое назначение на Паро сеньор граф воспринял, как наказание. В действительности, наказание обернулось для единственного законного наследника Антонио Суареза счастливой случайностью, которая открыла ему глаза на многое. Там ему пришлось впервые потерять голову от страсти, там он стал отцом, впервые взяв на руки своего ребенка, а также познал, что значит быть преданным. Жизнь на Паро была для него поучительной, и изменила Рауля, сделав его тем, кем он был сейчас. Быть может, если бы не годы проведенные на острове, ему не было бы дела до того парня, которого он позвал в свой дом и собирался усадить за один стол с сестрой, что говорит об ужасах войны, с которой она никогда не сталкивалась. То, что война сделала ее вдовой, не было наказанием, но избавлением. В точности, как и желание наследника титула графа де Сильва отослать свою мачеху восвояси, верно, ощущавшего угрозу от своего малолетнего братца, которого родила мачеха. Впрочем, как бы там ни было, но жизнь не всегда поворачивается спиной к Суарезам.
[indent] К счастью, графу не было обязательно высказывать свое мнение. А вскоре служанка огласила о том, что стол готов и ожидает, когда господа займут за ним свои места.
[indent] - Я уверен, что ты подготовила все наилучшим образом, сестра, - позволив себе улыбнуться, произнес мужчина, подойдя ближе к Изабелле, чтобы проявить к ней почтение за то, что выполняла обязанности той, которую он решил оставить в своем прошлом, но неизменно продолжал оглядываться назад. Он поцеловал ее руку, после чего они перешли в столовую.
[indent] Уже за столом Рауль услышал о том, что Диогу все-таки изменил свое решение относительно грядущего будущего, и должен был отметить, что рад был это слышать.
[indent] - Позже мы обсудим, в какой род войск ты отправишься служить, - тем не менее, сказать больше пока граф не спешил. Он собирался в первую очередь убедиться, что это было истинным желанием молодого человека, на судьбу которого он имел возможность влиять. – Сейчас же, желаю всем хорошего аппетита, - добавил сеньор дипломат следом, пока служанки были заняты подачей блюд.
[indent] - Столица постепенно отходит от проигранной войны, но в целом – все еще ведутся обсуждения о том, как быть дальше. Ничего особенного, сестра, - удовлетворив любопытство Изабеллы, которую решил поддержать Диогу, Рауль не сказал ничего нового, что бы рассказало о положении дел в Корволе. Да и, кому было интересно? Женщины и политика – это опасное сочетание, что не ходит рядом в Эстанесе. А если и ходит, то ведет к неприятному исходу.
[indent] - Я полагаю, мы пробудем в Корволе еще пару недель и вернемся в Акабе, - являясь главой семьи, граф де Акабе, решил, что даже адресованный его сестре вопрос касался его, а потому огласил о своих намерениях. – Дела земель нуждаются в личном присутствии, - добавил он, то ли для сестры, то ли для единокровного брата. – Если желаешь, можешь принять предложение Диогу. Пока я занят делами, мне будет не уделить внимания тебе, а тебе вовсе не обязательно вести затворнический образ жизни. Приставлю к вам своего верного слугу, что начал мне служить еще в Маркане. Так я буду более спокоен, - повел мужчина дальше, сделав вид, что не понял, о ком говорила Изабелла не так давно, и кого могла представить еще одному брату. Он только улыбнулся, отпив немного вина с чаши, которую вернул на стол, подав знак наполнить ее вновь.

+2

11

Изабелла всегда была далека от политики и как любая женщина из благородной семьи, воспринимала какие-либо значительные политические или светские события, со слов сначала отца, затем супруга и теперь - любимого старшего брата. Ее воспитывали согласно всем принятым в Эстанесе ценностям и стремлениям, которым должна следовать каждая уважающая себя аристократка. Самое главное для женщины, это благополучие ее домочадцев, а такая нехорошая вещь как война ее вообще не должна касаться, ведь то прерогатива сильной половины человечества.
Поэтому, графиня не стала более высказывать собственного мнения относительно желания ее сводного брата пойти служить на благо Эстанеса. Хотелось бы надеяться, что на долю Диогу войны не выпадет... по крайней мере, хотя бы какое-то время?
- Я очень рада, что вам нравится обед, - улыбнулась Изабелла, наблюдая за тем как гость с аппетитом принялся за еду. Она понятия не имела как Диогу живется в семинарии, но можно было даже и не гадать, что скорее всего там не особо заботились о каких-либо разносолах для воспитанников. Все же, церковь должна прежде всего учить тех, кто понесет ее великое слово людям, смирению и послушанию... а все это не предполагает какой-либо роскоши. Недаром же Диогу сейчас упомянул о маленьком и закрытом мирке? - И полагаю, что Рауль не станет возражать, если ты будешь чаще бывать у нас? В любом замкнутом мирке должна быть какая-то отдушина... так почему бы семье не стать ею.
Возможно последняя фраза была слишком смелой, но Изабелла ничуть не жалела что озвучила то, о чем в данный момент думала. Ведь не зря же Рауль решил познакомить ее с Диогу? У него всегда было очень доброе и чуткое сердце, как бы отец не старался перекроить его на собственный лад и потому он попросту не мог игнорировать появление единокровного брата. Многие дворяне на его месте наверняка не стали бы озадачиваться судьбой незаконнорожденного родственника, оставив его наедине со всеми возможными ударами судьбы. Но, хвала богам, Рауль решил поступить иначе...
- Я буду очень рада, если Диогу найдет время чтобы показать мне столицу, - ответила молодая графиня, после слов старшего брата. - Мне довелось еще увидеть ничего интересного в Корволе, потому как дела и домашние заботы занимали все мое время. Но я рада была немного отвлечься, приводя в должный вид наш старый дом... чтобы Раулю было приятно возвращаться сюда после всех долгих и важных дел. Что же до нового знакомства, то это не совсем сюрприз - мне просто хочется познакомить тебя со своим сыном. Он чудесный малыш и будет очень рад увидеть своего дядюшку.
Изабеллу не могла не порадовать реакция Диогу на встречу с еще одним родственником и она в очередной раз подумала о покойном муже. Как бы ей хотелось, чтобы граф лучше относился к собственному ребенку, своей плоти и крови... но тот почему-то выделял всегда лишь старших детей от первого брака, не оставив места в своем сердце для Хавьера. Младший сын был для графа де Сильва "приложением" к его молодой жене, что в свою очередь являлась красивым дополнением к интерьеру его особняка. Не больше и не меньше, как не жаль.
- Благодаря сыну мне никогда не скучно, -продолжила Изабелла, улыбаясь и обращаясь к Диогу. - Он моя самая большая радость в жизни и я надеюсь, что вы подружитесь.
Истинно любящая мать может говорить о своем ребенке постоянно, вспоминая различные забавные и веселые проишествия. Но за столом, главенствующая роль в беседе должна принадлежать мужчинам, так что графиня поспешила себя одернуть, отдавая должное отменно приготовленному обеду.

+2

12

Сестра красиво говорила, про семью-отдушину, приглашала чаще являться в гости. Диогу так до конца и не поверил своим ушам, но поспешил присоединится к просьбам:
- Я с радостью. Если это удобно...  - он вопросительно посмотрел на брата, за которым, как главой семьи, оставалось решающее слово.
Никто Диогу не поправлял, он сам помалу разбирался, в каких мелочах должна проявляться семейная иерархия. Семинарист в этом деле был полный профан, но а другие, похоже, не до конца обвыклись со своими ролями. Так казалось со стороны. Во всяком случае было похоже, что сеньор Рауль таким сдержанным и рассудительным стал совсем недавно, когда осознал, благополучие скольких людей - помимо семьи и домочадцев - зависит от его графской воли. Сеньоре Изабелле перемены давались проще, ведь она от природы была не только красива, но и скромна. Глядя на нее, можно было подумать только одно: “Ух, и повезет же кому-то с женитьбой!” А до тех пор молодую женщину следовало заботливо оберегать. Диогу - уж поверьте, - такая задача была бы по плечу, но граф де Акабе на время прогулки собирался поручить это какому-то чужаку с островов. Диогу даже мимолетно обиделся, хотя постарался не подавать виду. Тем более, что прагматизм такого решения он понимал: никто не станет ему доверять лишь потому, что их общий отец гульнул на стороне. Следовало как-то иначе завоевать любовь родни, и всего за две недели, иначе потом его все забудут, укатив в свое Акабе. Принимать со смирением волю Двух он не станет: пробовал уже, не помогает.   
- Для вас я обязательно найду время. Значит, в следующее воскресенье… нет, даже раньше, я приду к вам, а дальше мы отправимся гулять по городу. - Диогу вдруг с ужасом понял, что и двух недель у него нет, ведь Суарезам еще предстоят приготовления к отъезду! - Точно день я вам назвать не могу, пока не ясно, что у меня будет с “учебой”, но я найду способ дать вам знать загодя.
Под “учебой” он имел в виду предстоящий серьезный разговор с братом о военной карьере. Этого разговора Диогу страшился похлеще экзаменов - он сам не мог четко сформулировать, почему. Он говорил себе: “Ведь не побьют”, - но это не срабатывало. Говорил: “А если запрут назад в семинарию, то я сбегу!” - и это было не то. Боялся, что его считают человеком ветреным и несерьезным, который сегодня хочет одно, завтра другое. Он сам был в такой репутации виноват, не следовало аж  так расписывать свои жизненные планы в качестве священника. Хотя его мотив можно понять: не следует раскрывать душу в первый раз увиденному незнакомцу. В общем, тут тоже следовало подумать, как проявить целеустремленность.
Тем временем, подали цыплят и кур-недоростков. Так поначалу решил Диогу, и правильно сделал, что промолчал. “Так вот оно какое, мясо перепелиное, - думал он, обгладывая крохотную, на два укуса, тушку. - Интересно, сколько нужно таких, чтобы насытиться?” Четыре штучки он бы с легкостью сточил.
- А мы как-то в бурсе, с ребятами пытались утку приготовить, -  взялся рассказывать Диогу.
Учеба, друзья, преподаватели, а также унылые отвлеченно-религиозные темы - он на самом деле мало что мог обсуждать с семьей, потому и вспомнил утку. Каким образом семинаристы ее героически добыли, тоже было историей, еще более захватывающей, но степенные аристократы, которые едят серебряными приборами и маленькими глоточками пьют вино из дорогих кубков, наверняка бы посчитали ее шокирующей. Диогу решил это опустить, чтобы не портить мнение о себе.
- Засели мы, значит, в комнате, - продолжал он. - Ночь, темно, свечи зажигать не велят. Принялись ощипывать. Дали мы перья, драли; чуть ли не зубами, потому как крепко держатся! Уже они по всей комнате  - а изменений, в утке, ровным счетом никаких. Под конец разочаровались в затее, спрятали и забыли. А когда вспомнили, то уже поздновато было что-то делать, - совершенно искренне вздохнул он и уже бодрее добавил: - С тех пор, если повезет где-то раздобыть птицу, всегда ищем кто бы ее мог приготовить.
Между тем близилось время встречи с новым родичем. Диогу, само собой, был горд, что у него есть племянник. Хоть и не родной сын, он заставлял чувствовать себя более значимым. Правда, вопреки горячим заверениям подружиться, Диогу не представлял, как он это будет выполнять: младших братьев-сестер он не нянчил, и  вообще, до того он не имел дела с маленькими детьми.

+1

13

[indent] Граф де Акабе решил не вмешиваться сильно в беседу своей любимой сестрицы и их единокровного брата, дабы в первую очередь взрастить в сердце Изабеллы уверенность в себе и в собственных позициях в этой жизни и в своей семье, что никогда не станет отворачиваться от своих детей и родни. Ее брак был не самым удачным, как с точки зрения полученных семьей выгод, так и с точки зрения последствий брака – после смерти графа де Сильвы, его от его супруги и ребенка практически отказались, оставив на милость брата и семьи Суарез. О том, какая бы ожидала участь и женщину, и ребенка, принадлежи они к иной семье, можно было строить догадки. Но, конечно же, это не несло никаких благоприятных перспектив: ни ей, ни ребенку, что, верно, был бы предоставлен сам себе, ибо мать спешно выдали бы замуж, а то и вовсе сослали бы в монастырь, как делали с блудницами и нежеланными детьми, которых желали спрятать подальше от глаз своих и мира сего. Кто-то из сторонних наблюдателей, пожалуй, скажет, что Рауль попросту вернул семье активы, ибо теперь он может судить о будущем сына своей сестры и предопределить его, как на службу императорской семье в Золотой гвардии, так и в любом другом военном учреждении. Ну, а если говорить о сестре графа – ее он может повторно выдать замуж, чем наверняка сумеет обогатиться.
[indent] Но, конечно, подобных мыслей в голове Рауля не было. Как ни странно, он не мыслил стратегически, как их отец, готовый играть судьбами своих детей. Большинство мыслей сеньора дипломата было направлено на ту тему, от которой он банально желал укрыться, забыться и больше не возвращаться в прошлое. И, надо сказать, пока он пребывал в столице, у него получалось не самым дурным образом. Но, как будет обстоять дело в Акабе, где оставались Габриелла с Сезаром, мужчина не знал наверняка. И не хотел пока знать.
[indent] - Не удобств возникнуть не должно, - только ответил Рауль, прекрасно уловив смысл слов Диогу.
[indent] В целом, да, ему следовало хорошенько поразмыслить о том, что он мог бы предоставить в пользование своему брату. Как бы там ни было, а крыша над головой и стабильная прибыль ему не помешает. Естественно, предлагать ему излишне часто бывать в своем доме, было чревато двузначными взглядами со стороны церкви, но запрещать подобные визиты – он не был намерен. В целом, он полагался на то, что все само как-нибудь образуется. Зря или нет, только время покажет в будущем. Но в том, что им с Диогу придется еще не единожды до их отъезда в Акабе провести в рассуждениях, Рауль не сомневался. И, конечно же, он не испытывал сомнений в том, что его решения и поступки в столице не оценит его мать, вдовствующая графиня де Акабе, в которой покойный граф видел пагубное влияние на своего сына и наследника, что нынче вступил в свои права наследования.
[indent] Он сделал знак слугам, призывая одного к себе. И стоило подойти услужливой прислуге ближе, сеньор тихо попросил принести ребенка своей сестры к ним. Он знал, что подобное будет не слишком верно с буквой этикета, что был строг ко всем без разбора, но решил в такой способ порадовать свою сестрицу, что души не чаяла в своем смышленом малыше, о котором охотно и увлеченно рассказывала Диогу. Как относится к ребятне юный молодой человек за их столом, Рауль не знал. В самом деле, их единокровный брат едва перешагнул порог детства, становясь юношей, постепенно перебиравшего мужества у Братьев, а потому много от него граф не ждал. Сам он немного думал о детях, прежде чем одним холодным весенним вечером на Паро, Маргарита не огорошила его вестью о своей беременности. Помнится, ему тогда много пришлось поразмыслить, прежде чем решиться на поступок, к которому влекла его честь, и желание избавить своего ребенка от клейма незаконнорожденности и греха.
[indent] Вскоре Хавьера принесла его нянька, и Рауль поднялся со своего места:
[indent] - Я подумал, что перед десертом не самым худшим будет возможность пройтись и уделить внимание тому, о ком и без того было сказано много, - произнес мужчина, взяв на руки ребенка, что с интересом наблюдал на окружающий мир, прежде чем вручил его Изабелле, когда та вышла из-за стола следом за братом.

+2

14

Изабелла лишь покачала головой, улыбнувшись при этом, когда слушала историю Диогу... и при этом, подумала о том, сколько же выпало на долю этого молодого человека? Она, Рауль и Тереза жили в родном Акабе мало задумываясь о том, откуда берется вкусная еда у них на столе и удобная и красивая одежда, которую каждому из них шили на заказ. Они просто пользовались всеми благами высокого положения своих родителей, зная что так будет всегда. Это потом, повзрослев, молодая графиня слышала истории о том как разорялись некоторые богатые и знатные семейства и вынуждены были жить в нищете, не имея достаточного количества хоре даже на пропитание, не говоря уже о прочих жизненных благах. Но эти истории прошли мимо ушей Изабеллы "постольку-поскольку", потому как ей сложно было представить себе нечто подобное.
Однако, сейчас, слушая Диогу и наблюдая за тем как он с аппетитом уплетает свою порцию обеда, женщина впервые серьезно задумалась о тех, кому меньше всего повезло в этой жизни. Она знала, что у Рауля доброе и отзывчивое сердце и надеялась что он сумеет помочь их общему брату устроится... и кто знает, возможно именно в армии Диогу сумеет найти свое призвание? Пусть даже это была не самая спокойная стезя, которую можно было себе избрать, однако мужчины никогда не отступают перед какими-либо трудностями.
- Честно признаюсь, мне самой не приходилось готовить еду, - в очередной раз улыбнулась Изабелла. - Хотя временами очень бы хотелось поучится - это очень интересное занятие. Как-то раз я видела как наша кухарка в Акабе стряпает кушанья для званого ужина - и это было поистине удивительно. Она успевала и сделать желе для десерта и присмотреть за тем как запекается птица на вертеле и приготовить несколько видов соусов под каждую перемену блюд. Но... подобное мастерство не каждому дано?
Изабелла хорошо помнила наставления своей матушки. Дама должна прежде всего уметь контролировать все что происходит каждый божий день в доме, вверенном ее заботам. Нужно следить чтобы прислуга не сидела без дела, дети были заняты, а на кухне все было приготовлено к назначенному часу трапезы. Тогда и супруг будет доволен и все гости, которых он приглашает в свой дом - но при этом, не стоит ожидать похвалы за проявленное усердие.
Пока молодая графиня заканчивала кушать, ее брат успел приказать принести Хавьера. Няня не замедлила исполнить волю графа и увидев свое самое драгоценное сокровище, Изабелла нежно улыбнулась. Обожаемый сыночек был для нее всем миром и она очень гордилась им и могла рассказывать о нем без остановки. Конечно же, ее Хави самый умный и самый красивый ребенок на свете - кто мог бы сомневаться в этом?
- Большое спасибо, - поблагодарила Изабелла брата, прежде чем взять на руки сына и подойти вместе с ним к Диогу. - Ну вот, знакомьтесь, сеньоры? Милый мой, это твой дядя.
Обычно маленькие дети стесняются незнакомых людей, но малыш Хавьер был для этого слишком любопытным, да и к тому же на руках у любимой мамы всегда чувствовал себя уютно и комфортно. Он с интересом посмотрел на "дядю" и обнимая Изабеллу за шею, протянул Диогу свою ручку.
- У тебя есть лошадка? - улыбнулся тем временем Хавьер. - Большая-пребольшая?
- Рауль как-то раз показал Хави свою лошадь и она ему очень понравилась, - поспешила объяснить Изабелла, поцеловав сынишку в щечку. - Думаю что мой самый любимый кавалер вырастет замечательным наездником?

Отредактировано Изабелла Медина де Сильва (29-09-2018 00:30:32)

+2

15

- Станет храбрым воином и благородным кабальеро, - подхватил за сестрой Диогу, и этим простым словам предшествовала огромная духовная работа над собой.
К облегчению Диогу, его племянник оказался довольно большим. Во всяком случае, это не был непонятный, орущий сверток, к которому вообще не знаешь, как подступиться. Что-то такое, помнится, однажды подбросили в монастырь, когда Диогу был там воспитанником, и тогда парня хватило лишь на то, чтобы опасливо постоять в сторонке. Этот же ребенок выглядел вполне себе маленьким человечком, с ручками-ножками. Диогу мужественно шагнул к нему навстречу.
- Привет, сеньорито, - сказал он.
О том, чтобы взять племянника на руки, и речи не шло. Диогу видел, как это проделал сеньор Рауль, а затем сеньора Изабелла. Он даже постарался мысленно представить, как сам он охватывает пальцами за туловище… И нет. Слишком страшно. Раздавить не раздавит, но ведь запросто можно уронить!
Тем временем, малыш уже уверенно шарил ручонкой по лицу Диогу. Семинарист стоял ни жив, ни мертв, боясь дышать, а не то чтобы пошевелиться. Очень невежливо с его стороны. А обидеть родню Диогу ни в коем случае не желал. Он осторожно коснулся маленькой ножки и сразу убрал руку. Гром не грянул. Ничего вообще не произошло. Диогу смог, наконец, выдохнуть - как будто для этого ему не хватало убежденности в материальности и осязаемости племянника.
- Нет, лошадки у меня нет, - покачал головой Диогу. Если бы не пояснения сестры, он бы вообще не разобрал, о чем его спрашивают; к детскому лепету следовало немного привыкнуть. Зато близки ему были детские восторги: по дороге сюда брат прокатил его верхом на своем вороном и, посматривая на людей сверху вниз, Диогу успел вдоволь понавоображаться и доблестным рыцарем, и важным человеком.
- У вас самих, сеньорито, будет своя лошадка, когда вы немного подрастете, чтобы держаться в седле. Будете на ней кататься?... А маму покатаете?... - Он не представлял, что ему делать с детьми. И вообще он был каким-то неправильным, поскольку дети не умиляли его хоть ты тресни.

+1

16

Неделю спустя...

После знакомства с Диогу у Изабеллы на несколько дней осталось более чем приятное послевкусие от душевного семейного обеда. Именно семейного, потому что во время этой трапезы собеседникам не нужно было изображать какую-либо значимость или стараться выделится друг перед другом - все было просто и на сто процентов искренне. Молодая графиня была рада тому, что теперь у нее есть еще один братец и она молила богов, чтобы Рауль сумел помочь Диогу найти верный жизненный путь. Карьера военного была конечно же опасной... но быть может в армии молодому человеку действительно будет лучше чем в семинарии? По крайней мере солдат не держат впроголодь (Изабелла конечно же не знала точно, но надеялась что это именно так...) и Диогу хотя бы будет сыт и ему не придется исхитрятся чтобы раздобыть себе пропитание. Его рассказ о неудачно приготовленной утке задел молодую графиню за живое и она готова была приглашать новоиспеченного брата на обеды и ужины хоть каждый день... если бы только не нужно было уезжать домой, в Акабе.
Почти всю неделю что прошла с первой встречи с Диогу, Изабелла жила ожиданием интересной прогулки - наконец-то она посмотрит столицу и при этом не на бегу и не из окошка своего экипажа. Это было чудесно, но как водится, в любой бочке меда обязана быть своя ложка дегтя и в случае графини де Сильва это было письмо ее матушки. Несомненно, сеньора де Акабе считала что совершает благое дело, решив поддержать свою младшую дочь мудрыми и добрыми словами... вот тон письма был явно выбран неудачно. Желая утешить Изабеллу, ее маменька пообещала что ей недолго придется куковать горькой вдовой в столь юном возрасте, ведь совсем скоро ей подберут нового супруга, с которым она сможет стать счастливой.
- Так же как я была счастливой с графом? - тихо шепнула самой себе Изабелла, медленно свернув лист пергамента. Как бы ей хотелось хотя бы раз показать, что она действительно чувствует и чего желает от этой жизни - порвать к чертям это письмо и высказать матушке в лицо все что она думает о своем "счастливом" браке! Но, увы, покорность давно уже стала второй натурой молодой графини и потому она лишь отложила письмо, решив что позже напишет матери ответ и поблагодарит ее за добрые слова участия. А сейчас не будет думать о том, что ее ожидает в Акабе. - Единственное что было у меня хорошего в браке, это мой сын. Остальное лишь пустота... без конца и края.
- Но сеньора... кто знает, быть может ваш новый муж будет другим? - осторожно решилась вставить слово верная служанка Изабеллы, лучше других знавшая страхи своей госпожи. - Ведь теперь поиском жениха для вас будет заниматься сеньор граф - а он желает вам только добра.
Изабелла вздохнула, поняв что непозволительно забылась, позволив себе высказать свои мысли вслух. И хотя дальше преданной Эльвиры ее опасения не пойдут, ей все равно следовало быть сдержаннее...
- Ты права... и я уверена, что все будет хорошо, -этими словами графиня скорее успокоила себя, чем свою служанку. - Поторопись пожалуйста с моей прической, я не хочу заставлять Диогу ждать меня. Ты ведь предупредила привратника, чтобы не задерживал нашего гостя?
- Конечно, не беспокойтесь, - поспешила успокоить Изабеллу Эльвира. - И я сама пригляжу за Хавьером, пока вас не будет дома. Так что ступайте на прогулку со спокойной душой. Жаль только, что вам еще долго придется носить траур...
По правде говоря необходимость носить черное меньше всего пугала молодую графиню. И сегодня на ней было одето самое простое и скромное платье, с высоким воротником и длинными рукавами. Служанка также не забыла закрепить на аккуратной прическе своей госпожи темную вуаль при помощи изящной жемчужной заколки, так что Изабелла была вполне готова к выходу в город.
- Ты можешь ненадолго выйти погулять с Хавьером в сад, - напутствовала Эльвиру Изабелла, ожидая прихода Диогу. - Но только одень его как следует, хорошо?
- Думаю что его няня снова будет вам жаловаться на меня, когда вы вернетесь - потому как я не даю ей заниматься своими обязанностями, - рассмеялась служанка. - Но слава богам, она не похожа на ту надменную старую грымзу, что была в доме у вашего покойного супруга.

+2

17

Вопреки заверениям и собственным намерениям, Диогу смог устроить прогулку для сестры лишь через неделю. И его можно понять. С момента обретения семьи все в его жизни завертелось и понеслось, так что только держись и приспосабливайся.
Он никогда не думал, что для счастья надо всего-лишь бросить учебу - и уже никаких скучных лекций, никакой зубрежки и лицемерия, которое, к сожалению, пропитывало всю семинарскую жизнь. Попервах было немного странно, даже чем-то скучно, но Диогу быстро нашел, чем себя занять. Мир, внезапно открывшийся перед ним, был огромен.
И еще. Раньше Диогу жил на то, что пошлют небесные Братья, теперь - на то, что даст земной брат. И тот был гораздо щедрее! На Диогу пролился дождь из хоре, которые он с энтузиазмом принялся тратить, руководясь  принципом: “легко пришло - легко и ушло”.  Рауль, конечно, провел с ним наставительную беседу и, поскольку старший брат уже успел в глазах юноши заиметь авторитет, Диогу даже к нему прислушался. Если кратко, то обустраивать жизнь следовало с мыслями о будущем. Диогу снял жилье, стал заниматься верховой ездой и брать уроки фехтования, приоделся, на светский манер, в короткий колет… Он быстро обзавелся подружкой, ведь какой же лихой кавалерист без зазнобы? Дулсе Роза, сладостная его Розитта, была классической красавицей; из тех, что заставляют мужчину вечно недоумевать: “Что она вообще могла во мне найти?..” Диогу смотрел на импозантных кавалеров, что крутились вокруг нее, и сгорал от ревности. Он так ее боялся потерять, что потакал любым ее капризам - поездки на карете, духи, кружева, прочая мишура, которая так нравится женщинам. К концу недели он заметил, что кошелек его пуст, но сразу нашел выход из затруднения, располовинив сумму, отложенную на фехтование (все равно ему будут преподавать салонное искусство, мало пригодное для настоящих сражений). И он снова зажил, беззаботно как и прежде.
В гости к Суарезам Диогу шел не с пустыми руками, волочил подарок!
- Вот! Это для моего дорогого племянника! - провозгласил он с порога, лишь бегло поздоровавшись. На вытянутых руках он держал перед собой лошадку-качалку. - Увидел в лавке и не смог пройти, чтобы не купить, - зачем-то добавил он.
Когда в книгах пишут образы-воспоминания о детстве и родном доме, это всегда почему-то материнские руки или запах хлеба. Ерунда. Диогу, закрывая глаза, видел свои игрушки и в первую очередь - похожую лошадку, подаренную отцом. Она ему никогда не надоедала. В приют ее забрать не разрешили; Диогу вообще тогда и представить не мог, что покидает дом так надолго. И даже несколько лет спустя, уже отчаявшись и во всем разуверившись, он продолжал думать, что игрушки его где-то ждут. Теперь Диогу был взрослым, с другими, более зрелыми и серьезными интересами, но все равно воображал, как обрадуется малыш Хавьер самому лучшему в мире подарку.
- Дорогая сестра, сегодня вы прекраснее, чем всегда, - сказал Диогу и (ради чего пришлось опустить лошадку на пол) поцеловал Изабелле руку. Этот образец хороших манер Диогу подсмотрел у брата во время предыдущего визита и всегда исполнял его торжественно, словно ритуал.
-  Мне жаль, что вам пришлось меня ждать. А это, похоже, наша дуэнья? - Диогу перешел на заговорщический шепот и кивнул в сторону вошедшего мужчины при шпаге и в плаще через плечо. Для Диогу этот островитянин был аллегорией недоверия к нему со стороны родни, так что от колкости он просто не смог удержаться. Он бы предпочел, чтобы их сопровождала служанка, что стояла рядом с Изабеллой.

+2

18

Преданная и верная Изабелле Эльвира прекрасно знала как следует обращаться с маленьким ребенком, но тем не менее послушно выслушала ценные указания от своей госпожи. Она хорошо помнила, как в доме мужа графине было запрещено самой возится с ребенком - ведь светская дама не должна тратить на это свое драгоценное время. Старому графу явно было не понять, какой отрадой стал Хавьер для своей матери и потому он нанял противную старую каргу в няньки к мальчику, которая позволяла молодой женщине видеть своего сына лишь пару часов в день, не больше. Так что сейчас Изабелла в полной мере могла насладится счастьем материнства и очень надеялась, что и в родном Акабе ничего не изменится... во всяком случае до того момента пока ей не подберут нового супруга.
- Следи за Хави как следует, - напутствовала служанку графиня и в этот самый момент на пороге появился Диогу, вместе с подарком для маленького виконта. Изабелла не могла не улыбнуться, увидев лошадку-качалку, которая без сомнения очень понравится ее любимому ангелочку. - Это замечательный подарок, Диогу, спасибо тебе большое - уверена, что Хавьер будет очень рад этой лошадке. Как я сама не додумалась купить ему такую?
После этих слов, графиня едва сдержала грустный вздох, подумав о том, как ее мальчику будет не хватать его отца в будущем. Сейчас он слишком мал, чтобы понимать какая утрата его постигла, но когда подрастет будет нуждаться не только в материнском внимании и заботе. Хотя, кто знает, смог бы старый граф стать Хавьеру хорошим отцом, если бы боги не забрали его жизнь на войне? Как бы Изабелла не радовалась своей свободе, она хорошо понимала, что достойно воспитать своего сына одной будет весьма сложно. Ведь некоторые моменты и нюансы мог подметить только мужчина - и этому было наглядное подтверждение в лице подарка Диогу.
- Ты явно решил меня смутить комплиментами, - вновь улыбнулась Изабелла, протянув руку младшему брату. - И давай сразу договоримся - никаких "вы"? Мы ведь одна семья и излишний официоз нам совершенно ни к чему.
- Мне жаль, что вам пришлось меня ждать. А это, похоже, наша дуэнья? -Диогу обратил внимание молодой женщины на вошедшего верного слугу Рауля и она согласно кивнула головой. Она знала что этот мужчина верой и правдой служил графу де Акабе на Паро и предпочел последовать за ним на родину. Ей не приходилось общаться с островитянином, но кажется Рауль ему вполне доверял?
- Это Хорхе, - представила слугу брата Изабелла. - По правде говоря, я не понимаю к чему такие меры безопасности... и что может случится среди белого для, если я бы пошла с Эльвирой? Я уже насиделась взаперти и хочу наконец глотнуть немного свежего воздуха.
- Сеньора, в городе как раз может случится что угодно, - без лишних предисловий позволил себе вставить слово Хорхе. - А сеньор граф желает быть уверен, что никаких неприятных неожиданностей не будет.
- Неприятных неожиданностей? - переспросила Изабелла, насмешливо фыркнув. - Интересно кому я могла бы понадобится? Но ладно... я не собираюсь ослушаться Рауля, так что давайте уже пойдем на прогулку?
Она взяла Диогу под руку, заметив что он успел приодется с последней их встречи. Естественно, Изабелла этому очень порадовалась, ведь это значило что ее младшему брату больше не придется жить впроголодь, что было конечно же очень хорошо.
- С чего мы начнем осмотр столицы? - поинтересовалась женщина, выйдя на улицу вместе со своими провожатыми и не забыв опустить на лицо темную вуаль. - Я мало что видела в Корволе, так что мне интересно абсолютно все!

+2

19

Диогу и глазом не успел моргнуть, как оказался с прекрасной сеньорой, своей сестрой, под ручку. И как заправский кабальеро принялся развлекать даму беседой; иными словами, молол языком почем зря:
- Сможем посмотреть все что только не пожелаете. Сегодня - ваш день… то есть, твой.
Предложение перейти в семейном кругу “на ты” его озадачило, смутило и обрадовало одновременно. Он же не граф, ему не сложно было “выкать” даже малышу Хавьеру. Иначе привыкнет к хорошему, потом будет больно падать на землю. Руку он вскоре высвободил, руководясь все теми же соображениями, хотя сказал:
- Сен… Рауль еще не говорил, что хочет громко объявлять обо мне как… части семьи Суарез. Наверняка, ждет более удобного момента. А здешние люди такие зависливые, любящие распускать сплетни… Лучше не будем торопить события, чтобы ненароком не поставить нашего брата в неловкую ситуацию. Хорошо?..
Ему пришлось замолчать, поскольку они с Изабеллой оказались на оживленной рыночной площади, откуда сразу же поспешили вынырнуть на более тихую улочку. Сторожевой пес Хорхе следовал немного позади.
И Диогу продолжил:
- Так вот. Всевозможные диковинки уже можно высматривать по сторонам. В здешней части города покупают дома самые богатые и знатные люди империи. И конечно каждый норовит переплюнуть соседа убранством фасадов. Иногда эти цветочки-завитки даже красиво смотрятся. По именам я тебе владельцев домов не назову, но ты же узнаешь своих знакомых по гербам?
Тот погожий декабрьский день был чудо как хорош для прогулки. Небо было ясным, синим, а мостовая, уже успевшая подсохнуть после вчерашнего дождя, казалась чистой и даже нарядной.
Диогу немного попетлял, приближаясь к центру - что же еще смотреть в Корволе, как не главные улицы? К тому же он не хотел сильно отдаляться от особняка Суарезов, поскольку гуляли они пешком, а не на карете. Сеньора могла устать и всё проклясть. Да и сам Диогу - только кто же в том признается? - много и резво бы по городу не попобегал: нечистая дернула его проситься в кавалерию, и теперь у него все тело ныло от занятий фехтованием и верховой ездой.
...
- А это Пласа-де-ля-Вилья, главная площадь здесь, в Корволе. Скоро ее начнут украшать к празднику. Может, ты шепнешь Раулю, чтобы немного дольше остаться? Будут бои на шпагах, поединки на тростниковых копьях и конечно коррида! Сам эль Гато Негро выступает, так говорят. А он лучший тореадор, после Роберто де ля Роса, конечно.

- А со ступеней этого самого собора, четыреста лет назад, император Энрике Святой объявил о начале священного похода против неверных… Пойдем внутрь? Ты просто обязана увидеть здешние витражи. Иконы, конечно, тоже, но главное - витражи, в такой солнечный день изображения будут как живые. А после я тебе покажу еще одну церковь...

+2

20

Изабелла радовалась возможности наконец покинуть дом и прогуляться, словно была маленьким ребенком, а не взрослой женщиной... настолько это было интересно и занимательно. И естественно, она не могла не заметить, что брату было немного неловко обращаться к ней на "ты", как ей хотелось бесспорно, из самых лучших побуждений. Из-за некоторого смущения, он очень аккуратно постарался высвободить свою руку, не прекращая при этом своего рассказа, а графиня тактично сделала вид, что не заметила этого. К тому же, ей было совершенно необязательно опираться на руку одного из своих спутников - главное, что у нее было достойное и надлежащее сопровождение.
- Конечно... и я вовсе не хотела тебя как-либо смутить, - ответила молодая женщина, внимательно выслушав Диогу. - Я очень рада, что Рауль всерьез решил заняться твоей судьбой, дорогой братец - у него доброе и чуткое сердце и я уверена, что он сделает для тебя все наилучшим образом. Правда я немного опасаюсь твоего желания идти в императорскую армию... а вдруг снова будет война?
Понятное дело, мужчины устроены иначе дочерей Асгарты и мыслят несколько иными категориями... для них, такая страшная беда как война, всего лишь очередное приключение и возможность показать себя, тогда как для любой женщины это нехорошее слово напоминает об утратах и боли невосполнимых потерь. Впрочем, Изабелла не назвала бы себя фаталисткой и в силу своего доброго и мягкого характера, попросту не могла долго размышлять о плохом. Ведь сейчас все хорошо и незачем позволять себе печальных размышлений...
Графиня обратила свое внимание на рыночную площадь, где жизнь била ключом, а люди были заняты своими делами. Было бы очень интересно как-нибудь самой сходить за покупками, или к местной портнихе, потому как раньше Изабелле еще не приходилось этого делать, как в доме отца, так и супруга.
- Некоторые дома очень красивые.... а на фасадах некоторых слишком много лишней лепнины, - рассмеялась Изабелла, после слов Диогу. - Мне ужасно стыдно, но я не знаю всех гербов наших знакомых... правда сейчас этикетом позволяется, представляясь кому-либо, не рассказывать о своем гербе, а когда-то это было обязательно. Представляешь как люди знакомились друг с другом? Это больше походило на какой-то геральдический спор.
Послушно следуя за братом, Изабелла оказалась на одной из главных площадей столицы, где в праздники проводилась традиционная для Эстанеса коррида. Этого зрелища молодой женщине тоже еще не доводилось увидеть и потому мысль попросить Рауля задержаться в Корволе показалась ей очень дельной. Возможность стать свидетельницей веселого праздника очень понравилась графине и она счастливо улыбнулась, только представив себе как здорово это будет... и в какой-то момент заметила что слуга брата не сводит с нее взгляда. Впрочем, вполне возможно Изабелла попросту ошиблась и Хорхе смотрел не на нее, а на красочную афишу, что напоминала горожанам о будущей корриде? Определенно, это было именно так.
- Этот собор просто великолепен... я видела его только издали и очень хочу зайти внутрь, - согласно кивнула Изабелла в ответ на предложение Диогу. - И я очень хочу увидеть все что ты захочешь мне показать, но давай ненадолго присядем и послушаем певчих? Это так красиво...

+2


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Воспоминания » Одна семья?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC