Рейнс: Новая империя

Объявление

15 сентября — 31 октября 1558 года

Война за влияние в Рокском море в самом разгаре: Эстанес принес огонь и меч на Паро. Рейнс охвачен собственными проблемами: сразу после выборов императора сидхе предъявили претензии на часть северной имперской земли. Эйверская лига связана во внутреннем море конфликтом с Дилвейном, который грозит вылиться в полномасштабную войну. Если только сам Дилвейн не погрязнет в усобицах с аргелльцами.
В общем, все идет привычным чередом и порядком. Кроме того, что пришел черед богов вмешиваться в людские судьбы. В таком случае, скучно не будет. И в стороне не остаться никому.

избранная цитата

"Что может привести солидного чародея в публичный дом? Оттенберга туда вела нужда в деньгах. Ах если бы он знал, сколько получают распутные девки, то сильно бы задумался. Но и без этого он давно убедился, что чистая наука дело малоприбыльное, в отличие от торговли".

Вальтер Оттенберг, "Хитрый лис и верный пес"

"Не Бездна расширяет границы, срывает замки: сама ты решаешь, когда отступить от привычного шаблона”.

Меррин фон Адель, "Я силой истины завоевал вселенную"

"Стоит только обнаружить что-то ценное, – сразу начинаешь бояться это потерять".

Гектор Меса, "Цена земных сокровищ"

"Грех не есть источник одержимости. И уж тем более, не его следствие. Это придумали те, у кого на блуд и выпивку денег не хватало".

Хельм ван Эгераат, " Ars Moriendi"

"Строение не вписывалось в скромное окружение Эль Морона. Будто ветер-проказник принес дом из-за моря и аккуратно поставил в чистом поле, а уже потом, вокруг, разрослась деревня. Деревня беднела, а дом рос, обрастал, жирел. Здесь водились хоре. А хоре сестринству были нужны, очень. Хоре — и не только; но ведь и ножи, и люди стоят денег".

Инес Аньес, "Quien si no yo"

"Людской род всегда недостаточно сильно ценил силу крови, не думали младшие о том, что в каждой капле ее хранилась память, которую невозможно было вычеркнуть из истории".

Иннис ап Ллиар, "Тени исчезают в полдень"

"В самые темные дни люди хватаются за чудо, но толпа, охваченная страхом, способна растоптать ненароком и его".

Морвенна Альмейн, "Там, где найдешь..."

"Где малефик там жди беды, где двое – катастрофы. Разве не об этом шептали детям перед сном?"

Ламех Сафарди, "Внизу земля - падать больно"

разыскиваются

Лина де Мейер

чародейка, исследовательница

Пабло де Кордова

дезертир

Серен фон Ревейн

маркиза Улвенская

Фа Вэй

шиноби

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью


Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью

Сообщений 1 страница 20 из 26

1

Время: 29 сентября 1558 года, после обеда
Место: г. Каллар, о. Паро
Погода: тепло, немного ветрено 
Участники: Гаррет, Марко, Аманте, Алеана Тис
Описание: Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням. ©

Отредактировано Марко (26-03-2020 01:03:09)

+2

2

После того как более-менее разрешилась ситуация с Тайроном, Гаррет желал только одного - как можно скорее попрощаться с Калларом. Город жил ожиданием войны и казалось воздух в нем был напитан страхом и слухами, которые не способствовали позитивному настрою горожан. Поэтому, атаман и его пассия планировали забрать добычу из тайников (в трактире и на месте лесного лагеря Крыс в окрестностях Каллара) и затем найти подходящий корабль, чтобы уплыть как можно дальше от приближавшейся эстанской бури.
Уйти из города Гаррет и Мили планировали в ближайшие дни, но прежде необходимо было запастись всем необходимым в дорогу. Купить еды, которая не будет портится, а также обзавестись добротной теплой одеждой, на случай ночевки где-нибудь в лесу. Все же не следовало забывать, что теплые дни вскоре неизбежно подойдут к концу - так что прихватив деньжат, Гаррет отправился на городской рынок, где нынче было не столь многолюдно как в прежние дни. Ушлые торговцы и крестьяне, что привозили плоды своих трудов на базар, естественно, не упускали возможности поднять цены, зная что люди по-любому раскошелятся. Атаману потребовалось около получаса, чтобы найти все что ему было нужно - отменную солонину, сыр, свежеиспеченный хлеб и конечно же выпивку. Покупать все это в трактире не было никакого смысла, зная что одна из служанок поставляет сведения Сафарди. Она запросто могла рассказать ему о том, что Гаррет и Мили собираются сделать ноги и тогда тот вполне мог придумать очередное геморройное поручение, от которого было бы не отказаться. Поэтому, покупать провизию атаман решил на рынке и пошел туда один, дабы не привлекать ненужного внимания. В другое время, он возможно поторговался бы за более выгодную для себя цену, но сейчас это не имело никакого значения - уйти из города на рассвете и навестить старый лесной схрон было куда важнее экономии нескольких серебряных монет.
- Отличная засолка, сеньор, - похвалил свой товар один из эстанских торговцев, передав Гаррету пару глиняных горшочков с солониной. - Уверен, что вы будете довольны.
- Еще бы мне не быть довольным, - буркнул в ответ Гаррет, которому не особенно хотелось болтать попусту. - Держите деньги, спасибо.
После истории с шпионом, атаман выковырял пару камешков из обложки того самого злосчастного требника, которые и отнес к местному меняле. Так что недостатка в серебре у Гаррета сейчас не было - должно было хватить на все необходимые для побега покупки и на то чтобы оплатить проезд на каком-нибудь корабле. Ну а далее, как говорится, хоть трава не расти и разбойники обязательно найдут чем им заняться, когда окажутся подальше от эстанско-рейнско пароссийской заварушки. Во всяком случае торчать в осажденном городе и жрать крыс у атамана не было никакого желания.
Он направился в ремесленные ряды, размышляя обо всем что недавно произошло, когда вдруг заметил странного человека. Гаррет сам не знал, почему этот человек показался ему странным... возможно сработала интуиция, или вернее нюх, который редко подводил разбойника. Бедно одетый мужчина, привлекший внимание атамана не делал ничего предосудительного - просто наблюдал за кем-то, стоя возле одной из закрытых лавок. Судя по всему, ее хозяин уже давно решил прикрыть свою торговлю и тоже смылся из города, не желая встречаться с войной.
Гаррет остановился неподалеку от странного человека, на которого никто не обращал внимания. Пес его знает, почему ему сейчас стукнуло в голову понаблюдать за незнакомцем, позабыв про собственные важные дела. Но атаман всегда неплохо разбирался в людях и потому сразу понял, что этот мужчина наблюдая за кем-то, постарался быть незаметным. Вроде бы и не прятался... но в то же время и не особо светился?
К тому моменту когда незнакомец прекратил наблюдать за кем-то на базаре, Гаррета одолело любопытство. Он совершенно позабыл про собственное, казалось бы твердое решение держаться отныне в стороне от всех возможных шпионских игр. Сложив все свои покупки в заплечный мешок, атаман направился следом за странным человеком, который явно направлялся к бедному кварталу. И быть может, стоило бы бросить эту дурацкую затею, если бы не одно "но".
По дороге к бедному кварталу, незнакомец вновь остановился, внимательно посмотрев на двоих торговцев, что беззаботно болтали друг с другом, явно порадовавшись возможности перемыть кому-то кости. Увы, но порой мужчины могут дать сто очков вперед женщинам в любви к сплетням и способности почесать языки. Гаррет стоял достаточно близко к торговцам, чтобы слышать обрывки их разговора, в котором не было абсолютно ничего интересного. Но если так, то почему тогда они заинтересовали странного незнакомца?
Он смотрел на них, не отволя взгляда и почти что не моргая. Интересно, зачем? Чем дольше атаман наблюдал, тем больше ему казалось, что дело здесь явно нечисто...

+4

3

[indent] Обратная дорога в Каллар оказалась не настолько простой, насколько выдалось аколиту его первое путешествие, когда он принес в город тихое, безмолвное предупреждение от Братьев, чья правда восторжествует наконец-то на этой земле. Марко пришлось пройти безлюдными дорогами, с осторожностью оглядываясь по сторонам, дабы не наткнуться на шнырявших вокруг мародеров, жаждущих наживы на том скудном скарбе, который бросили сбежавшие жители деревень близ столицы княжества Орейн, ратуя за собственную жизнь, а не за материальное, понимая, что эстанцы в праведном гневе своем не будут знать пощады для них презренных. Но также, малефикару приходилось соблюдать осторожность, дабы не привлекать внимания к своей персоне у лазутчиков, выходившим на разведку к невидимым границам, по которым проходила линия фронта, кромсая остров на новые лоскутки. Он обещал салиарию, что будет максимально осторожным – сбережет себя и побережет свои способности до той поры, пока он не окажется за стенами города, что жил тревогой грядущей осады и штурма.
[indent] Ему было с чем сравнивать. Еще в августе столица Орейнского княжества цвела, и находились где-то в тавернах смельчаки, говорящие о том, что эстанцам – не взять этот город, ведь за ним стоит столько сильных сторонникам, что он попросту не может пасть. Но теперь Марко не мог разглядеть, куда подевались эти охочие к браваде калларцы. Им бы он с радостью первых отметил даром своего духа, что шептал ему тихо и вяло:
[indent] —  Осторожно… тихо… смерть настигнет их в свой час, от нее они не уйдут. Не укроются за стенами своих домов.
[indent] И он молчаливо соглашался, опираясь на свою палицу, с которой точно пилигрим пришел на закате перед самым закрытием городских врат на ночь.
[indent] Монсеньор позаботился о том, чтоб в кошеле у преданного слуги божьего были средства, дабы он ни в чем себе не отказывал. Но роскошь была чужда Марко, а из желания своего укрыться где-то под ясным небом, но не под защитой тех людей, которым он не нес добра, он нашел себе пристанище в одной из конюшен какого-то богатого сеньора. Семья этого местного аристократа, служившая прежде империи Эстанес, а нынче мерзкой дочери Асгарты, возведшей на свое чело венец власти, была ничем иным, как еще одной кучкой предателей, которая уже на утро почувствует недомогание, а в первый день октября их души уже познают всю справедливость Всесильных Богов.
[indent] Выбравшись с конюшни по утру, Марко достал из своей сумки-мешка, привязанной к поясу его, яблоко. Им он поделился с мальчишкой-сиротой. Ребенок смотрел на него своими большими глазами, а живот его, не видевший еды уже несколько дней, выступал вперед.
[indent] —  Кто ты, мальчик? —  спросил аколит у чумазого мальца, присев перед ребенком у питьевого фонтана, который возвели еще во времена, когда эти земли знали мир и водили дружбу с югом.
[indent] —  Я – Марко, —  признался он, поразив тем самым малефика.
[indent] Он не ожидал, что имя прозвучит именно это.
[indent] —  И чей ты будешь?
[indent] —  Ничейный я, сеньор.
[indent] Он молчал, держа в своей руке яблоко.
[indent] —  Да?
[indent] —  Да. Мои родители сгорели в пожаре.
[indent] —  И что же ты тут делаешь, Марко?
[indent] Ребенок молчал, глядя на него своими большими темными глазами.
[indent] —  Крадешь? Просишь милостыню?
[indent] Чего стоило ожидание ответов от ребенка на такие очевидные вопросы? Правда была, как на ладони.
[indent] —  Держи. Яблоко твое, но лучше в этом городе не оставайся, если хочешь выжить.
[indent] Он не смотрел, как ребенок бросился на яблоко. Ушел, предупредив мальца. Если тому хватит ума – он послушается. Но, конечно, Марко не думал, что голодный тощий мальчик станет слушать такого, как он. Жаль, но тогда боги возьмут его к себе, предоставив тому, быть может, шанс прожить иную жизнь.
[indent] Недолго пребывал в раздумьях о божественной справедливости Марко. Подойдя к стенам княжеского дворца, он ожидал увидеть ее, дочь Асгарты, решившую противостоять натиску Эстанеса. Но богомерзкая княжна скрывалась за высокими стенами своего дворца, тогда как аколиту нельзя было терять время зазря. Он скитался узкими городскими улицами, переплетавшихся точно лабиринт из древней сказки, смысл которой затерялся еще в далеких детских годах, оставив по себе блеклое воспоминание. Останавливался лишь для того, чтобы отметить тех людей, которым была оказана честь пасть и проявить своей кончиной волю Братьев. Точно ткач он завязывал узлы жизни, зная – во благо.
[indent] «Мне ли не возненавидеть ненавидящих Вас, Братья, и не возгнушаться восстающими на Вас?» - шептал он слова молитвы. «Полною ненавистью ненавижу я их: враги они мне…»
[indent] И тогда он почувствовал, как за ним идут.
[indent] Делая остановки то здесь, то там, Марко было любопытно, кто преследует его: лазутчик хадданея, о котором говорили часто и много еще раньше, или некто другой? Такого же, как и он слугу Агреса, Соуза знал, что почуял бы. Поэтому, остановившись, посмотрел на мужчину.
[indent] Испытайте меня, Боги, и узнайте сердце мое; испытайте меня и узнайте помышления мои; и зрите, не на опасном ли я пути, и направьте меня на путь вечный, - закончил он свою молитву, прежде чем решил заговорить с неизвестным.
[indent] — Зачем ты следуешь за мной? Жаждешь добыть денег у бедного скитальца без крыши над головой?

+5

4

Старые сказки говорят, что зло вершит свои страшные дела лишь под покровом ночи, жизнь же учит тому, что солнечный свет, увы, не спасает от всевозможных напастей. Гаррет знал об этом как никто другой и в отличии от простых горожан, сразу заметил подозрительного человека, явно замыслившего недоброе. Потому как странный мужчина, наблюдавший за калларцами, старался быть незаметным для окружающих, несмотря на то что вроде бы находился на виду. Атаман знал многих хороших воров, предпочитавших работать среди бела дня и большого скопления народа. Правда заработок от "щипания" фраеров обычно был небольшой, но при этом требовал большой сноровки и ловкости рук. Как говорится в народе, дешево и сердито... вот только подозрительный незнакомец щипачом не был. Он ни разу не приблизился к людям за которыми наблюдал, просто стоял и смотрел на них, ничем не выдавая своего близкого присутствия.
Это было более чем странно, так что вполне естественно что Гаррета одолело любопытство. Да и те шпионские дела, от которых в последнее время было практически не избавиться, фактически приучили атамана видеть эстанские происки буквально во всем. Подозрительный мужчина вполне мог быть одним из шпионов, почему нет? Каллар жил ожиданием войны и пока что не был закрыт, так что присутствие превосходно замаскировавшегося лазутчика было вполне объяснимо. В данный момент времени, крестьяне из окрестных деревень, прибывали в город практически каждый день, надеясь что его стены сумеют защитить их от эстанцев. Затесаться среди беженцев и затем вести наблюдение в городе было более чем просто для хорошо обученного человека. Тем более что сейчас неприятель (эстанцы либо мааленцы?) лишился одного из весьма удачливых и что немаловажно, долго работавшего информатора?
К сожалению, Гаррет шпионом не был, иначе совершенно точно постарался бы не выдать своей слежки за странным мужчиной. Все это привело к весьма незатейливому и ожидаемому итогу: незнакомец его заметил и добро бы просто заметил - недолго думая, он решил поинтересоваться, чем мог привлечь к себе внимание.
- Так уж и бедного скитальца? - смысла выдумывать какие-либо отговорки, Гаррет не видел. Да и мужичонка не показался ему достойным противником и навряд ли прятал в своих старых портках или нищенской сумке пару острых кинжалов. - Или вражеского лазутчика, прикинувшегося бедняком?
Верного топорика сейчас при атамане не было, но зато был превосходный нож с широким лезвием - лучший друг моряка. И мысленно, он уже прикидывал как сдаст хадданею еще одного шпиона, что называется, тепленьким и с поличным. А почему бы и нет? Золото никогда не бывает лишним, особенно когда собираешься сбежать подальше от войны.
Гаррет сделал было шаг к незнакомцу, но тут случилось нечто такое, что привлекло не только его внимание, но и всех прочих горожан на улице.
Явно со стороны главных ворот Каллара, по улице брел старый и тощий старикашка в перепачканной дорожной пылью монашеской рясе. Он шел прихрамывая и опираясь на посох, заставляя всех прохожих оборачиваться. Атаман видел, что торговцы и прочие горожане не просто оторопели, увидев старика - они словно застыли на месте.
- Подкрепитесь, святой отец? Вы должно быть устали с дороги? - поинтересовалась одна из сердобольных торговок, протянув старикашке свежего хлеба со своего лотка. Но против ожидания, он шарахнулся от нее точно от заразной.
- Едите, пьете... проклятый богами город! Скоро вас настигнет божья кара.., - выдал старикашка и глаза его при этом горели лихорадочным огнем. - Презренная дочь Асгарты сидит на троне своих предков, убийца и блудница! Она навлекла на всех вас беду, все скоро сгорите в огне Бездны... будете гореть в нем вечно за свои грехи!
Так дед вещал все время, пока брел по улице и шаркал ногами по выщербленным мостовым камням. И по мере того, как он плелся, горожане замирали, не сводя с него глаз. Гаррет едва удержался от искушения, дать явно безумному старикашке хорошего пинка и снова повернулся к странному незнакомцу.
- Ну так что, бедный скиталец? Много ли ты высмотрел в городе? - поинтересовался атаман. - Всех ли сосчитал гвардейцев, все ли военные укрепления разглядел? Судя по тому что ты не торопишься уходить, в Калларе еще есть на что посмотреть и о чем рассказать своим хозяевам?

Отредактировано Гаррет (28-03-2020 02:21:38)

+4

5

[indent] Порой, задавая людям самые обыкновенные и даже простые вопросы, есть возможность поставить их в тупик. Так уж водится в этом мире, что люди порой следуют своим животным инстинктам, что были свойственные их далеким и темным праотцам, о которых не сохранилось места в анналах истории, или даже в самой красивой и страшной легенде, которых полным-полно бродит этим миром. Из уст одних те звучат точно сказка, из уст других – точно жестокая правда. А ведь все потому, что лестная и приятная ложь греховной богини опутывает своими чарами разум людей, склонных к заблуждениям и лживым фантазиям.
[indent] О чем думал этот человек, стоящий напротив Марко этим днем? Аколит мог только догадываться. Он заглядывал в его глаза, видя в них скитальца, не знавшего богов и покорности их воле. Но этот человек был тем, о котором Черный Брат сказал бы: слишком внимательный. Но в своих словах, сказанных громко, со всей той бравадой, на которую был способен рослый мужчина, битый не в одном бое, из которого ему посчастливилось уйти победителем, он все же ошибся.
[indent] Вот только что следовало ответить на эти обвинения Марко?
[indent] Впрочем, было разве это обвинением?! То был лишь разговор, который он сравнил бы с прогулкой между зыбучими песками Аррано, на которых затерялся не один лазутчик и проповедник лживой богини. Монах оставался спокойным, как и его дух был ровным и тихим. И только вторжение предупреждающей речи иного скитальца заставили оторваться на мгновение от разговора столкнувшихся лицом к лицу незнакомцев.
[indent] — Ты, я погляжу, человек излишне беспокойный, — заметил Марко, выслушав новую порцию обвинений от мужчины, который мог представлять собой опасность для него. И дело тут было не только в физическом росте и силе рук, но и в словах, которые могли потревожить излишне взволнованные умы.
[indent] — Я понимаю, — утвердительно кивнул в такт своим словам малефикар, не прерываясь.
[indent] — Я понимаю, что тебя тревожит – опасение за будущее этого города, стены которого могут рухнуть еще до того, как враг подойдет совсем близко, — спокойно ответил ему аколит. — Могу тебе сказать, что ты – не один среди тех, кто обеспокоен. Но право дело, стоит ли обвинять тех, кто ходит улицами этого города в том, чего они не творили? Даже если они и не одного с тобой народа, — он пытался обойтись с этим человеком по-доброму. Хотел показать, что он пришел в этот город с иной целью. — Я также желаю спастись, как и ты, - продолжил Марко, стоя на своем. При том, его нельзя было обвинить во лжи. Он правда желал спасения для себя, для своей души. Но пути к спасению, которые вели его этим городом, были совершенно не такими, которые можно было себе представить.

+4

6

Как должен был повести себя человек, обвиненный в шпионаже? Естественно начать отрицать свою вину, либо попытаться сбежать, раз уж в воздухе "запахло жареным" - но странный незнакомец, не сделал ни того, ни другого. А еще, он выдал весьма странный ответ на заданный ему вопрос, что еще больше заставило Гаррета сомневаться в его невиновности...
Честно признаться, атаман понятия не имел как ему стоит поступить. Если он сейчас плюнет на все и уйдет, отпустив странного мужчину, то позже Каллару придется худо в том случае если тот реально шпион. Одни только боги ведают, сколько он уже дней топчется в городе, изображая бедняка и запоминает все возможные нюансы готовящейся обороны. Пока еще город не был закрыт, любой человек мог увидеть как гвардейцы калларского гарнизона укрепляют ворота, а также подвозят повозки камни, высокие глиняные горшки с маслом и все прочие необходимые элементы обороны. Гаррет не был шпионом - и то успел заметить все это, а еще видел как провизию из городских складов вывозили как можно дальше от городских стен. Ведь во время штурма, именно городские склады неприятель постарается уничтожить всеми возможными способами, дабы приблизить свою победу.
- Я человек, который на собственной шкуре убедился к чему может привести коварство шпионов, - ответил атаман, усмехнувшись. - И если бы я не был глуп и жаден, то послушал бы своего отца и давно уже покинул Паро.
Гаррету очень бы хотелось узнать, где сейчас находился Фор... он отдал бы все на свете, чтобы вновь увидеть косой парус "Юной Амелии" в калларском порту. Тогда многие проблемы можно было бы решить простым и доступным способом и позволить себе мучиться сожалениями о собственнлй глупости, когда орейнский берег исчезнет за кормой старой доброй посудины Фора.
- Сомневаюсь что можно спастись в городе, который вскоре будет окружен, - произнес Гаррет, глазом не моргнув. - Все кто действительно хочет спасти свои жизни, днюют и ночуют в порту, желая попасть на какой-нибудь корабль. Возможно это не мое дело, но я решил сделать напоследок одно доброе дело. Ты пойдешь со мной к человеку, который умеет распознавать шпионов как никто другой. И я не советую сопротивляться.
Чтобы наглядно продемонстрировать свои намерения, атаман достал свой матросский тесачок. Выбор был сделан и нынче Сафарди получит еще одного эстанского шпиона. Так сказать, на блюдечке к обеду.

+4

7

[indent] Какие могут быть оправдания?
[indent] Соуза никогда не оправдывается в своих деяниях. Где согрешил – он знает, и покаялся за свои прегрешения. За другое ему не имеет смысла нести оправдания. Братьям это не нужно, а враги все равно не поверят.
[indent] Возможно, Марко, действительно, следовало начать извиваться точно уж на сковороде, дабы только отвести тень подозрения от себя. Но то было противно аколиту Черной Церкви, не желавшему марать собственную душу грехом лжи. Да и, право слово, ничего дурного Соуза не сделал за эти дни в Калларе. Его не интересовали стражники – то, что ставил ему в вину этот молодой мужчина, явно успевший замарать свои руки в крови невинных. Он пришел в этот город со своей важной миссией и намеревался ее исполнить от и до, как и обещал монсеньору.
[indent] Ибо этого от него хотели Братья.
[indent] Ради этого он был рожден и воспитан тем, кем являлся в своей жизни.
[indent] — Бездельника хлебом не корми, а дай порассуждать, да и в умении очернить других ему не откажешь. Он всегда готов найти оправдание собственной никчемности, — беззлобно вторил Марко одному из мудрейших отцов дней ставших частью анналов истории.
[indent] — Только я — не шпион, — добавил аколит в момент улыбнувшись.
[indent] — В этом ты ошибся, молодой человек, но это все вопрос твоего страха перед неизведанным, — со знанием дела продолжил малефик.
[indent] Он правда не хотел прикасаться к этому грешному человеку. Ему хотелось дать этому мужчине шанс узреть истину Братьев, навернуться в истинную веру. Вот только некоторые души невозможно навернуть на путь истинный, когда они полюбили грех и заблуждение так сильно, что и нет мочи в их сердцах.
[indent] — Жизнь — пуста. Но известное спасение, конечно, есть, — рассуждал Соуза, выслушав незнакомца, которому уже вынес приговор своим взглядом и тихим шорохом мыслей Карроньо, оставившими на человеческом теле свою смертельную метку.
[indent] — Спасение может прийти по воле наших Богов, — пока он решил не говорить излишне откровенно, заглядывая в самую душу незнакомца. — Оно может прийти с облегчением от бремени у женщин, а может прийти и с пламенем огня, что пожирает греховную плоть.
[indent] Чего бы он еще сказал? Все, что необходимо было донести до этого человека, чей путь к погибели уже был начат, он уже сделал.
[indent] — Покайся в своих грехах и ступай с миром, — произнес едва слышно Марко, прежде чем закричать совсем другое.
[indent] — Люди! Вор! Держите вора! Он украл у этого сеньора кошель!
[indent] Крик должен был дезориентировать излишне наблюдательного и любопытного человека, а люди крайне не доброжелательно относящиеся к ворам, обязаны были самостоятельно задержать его, предоставив брату черного братства немного времени, чтоб укрыться от его глаз. И пускай побег — не самая достойная вещь в жизни мужчины, будь он воином или аколитом, сейчас это было тем, что он был обязан сделать ради Братьев и ради Империи. После этого нехитрого маневра, Соуза решительно направился прочь от этого человека. Но он не бросился к рынку, где было много даже для такого дня, как сегодня, и не людными улицами. Он пошел теми улицами, на которых не было ни души в этот обеденный час, зная, что его начнут преследовать. И давать волю своим умениям и мастерству, которым его обучили в монастыре, Марко не хотел посреди оживленной площади, если ему уже придется отбиваться от этого человека.

+3

8

Жизнь любого человека наполнена ошибками, на которых ему суждено учиться, дабы более не повторять их и становится умнее. Естественно, Гаррет это знал - и быть может, даже лучше чем другие люди. Несмотря на свою молодость он достаточно повидал в своей жизни, но частенько предпочитал действовать сгоряча, так сказать на кураже и с налета. Очень часто такая тактика приносила свои плоды, вот и сейчас атаман был уверен, что сумеет сопроводить подозрительного мужичонку к хадданею без каких-либо проблем. На человека, умевшего хорошо обращаться с оружием лн совершеннл точно не был похож.
Обычно, реакция людей на достаточно угрожающего вида тесак была иной. Опять же, самым верным путем к спасению было поспешное бегство... но незнакомец не стал этого делать. Он был спокоен и даже улыбнулся Гаррету, смотря на него словно на какого-то идиота, не понимавшего очевидных вещей и говорил точно священник на воскресной проповеди.
- Ну да, ты не шпион - а я тогда король Маалена, - усмехнулся Гаррет после слов незнакомца. - Страха перед неизведанным у меня нет и искать спасения у богов я не собираюсь. Так что не заговаривай мне зубы, любезный и топай вперед. Один мой хороший знакомый в этом городе умеет говорить с шпионами...
Вся эта проповедь порядком надоела Гаррету, но из-за нее он потерял бдительность и упустил тот самый момент когда шпион все-таки удрал, сделав это очень хитро и можно сказать по классике - заорав "держи вора". После этого и атаману пришлось поспешно уносить ноги, растворившись в толпе на базаре. Любой вор знает, что от подобной шумихи следует держаться как можно дальше, так что Гаррет вернулся к закупке провизии, нисколько не жалея что возможное вознаграждение уплыло из рук.
Он провел еще около часа на рынке, найдя все что было нужно для скорого отъезда. Оставалось только приобрести добротный и прочный кожаный мешок для того чтобы унести из леса весь общак и заодно ювелировы побрякушки. С таким капиталом вполне можно было уехать в Лигу или Рейнс и какое-то время прожить безбедно, прежде чем решить как жить дальше.
Но прежде чем смыться наконец с Паро, Гаррет и Мили должны были заехать в Маркану за матушкой атамана и рыжей вредной девчонкой-найденышем. Таверну отчима придется продать и надо полагать, что на нее очень быстро найдутся покупатели? При должном управлении, она приносила стабильную и хорошую прибыль - но по сути дела, имея деньги вполне можно было открыть такое же заведение в любом другом портовом городе, в Лиге или Рейнсе.
Размышляя об этом, Гаррет направился к трактиру, где проживал последнее время вместе со своей пассией. И где-то на половине пути, он ощутил странную слабость, накатившую внезапно и заставившую его пошатнуться. Это было лчень странно, учитывая тот факт что атаман крайне редко болел чем-либо... Да и с чего было сейчас болеть? В Калларе разбойники жили словно короли, имея крышу над головой и более-менее удобную постель. Но от любой болезни всегда отлично лечил подогретый яблочный шаф, которого в трактире было в избытке, так что Гаррет ускорил шаг, поудобнее перехватив лямки заплечного мешка с провиантом и прочими необходимыми вещами.
- Мили, посмотри-ка? - произнес атаман, зайдя в комнату и поставив мешок на стол. - Я нашел хороший сыр и солонину, а еще купил пару вязаных безрукавок, вроде тех что одевают под кольчужные рубашки. Когда выйдем в море, они точно не помешают.
Он не успел выложить свои покупки, как его накрыл новый приступ слабости, намного сильнее первого. Гаррету даже пришлось присесть на старый колченогий стул, чтобы не грохнуться ненароком. Такого с ним определенно давненько не случалось?

+4

9

Сегодняшний день был одним из тех, которые Аманте проводила в блаженном бездействии. Быть может, ей стоило отправиться вместе с Гарретом на базар и после пройтись немного городом, но вместе они были более узнаваемой парочкой. Поэтому девчонка осталась в комнатушке, которую они снимали уже несколько недель. Близился часть платы, а потому лучше было всегда кому-то быть на месте – так и держащий постоялый двор мужик будет поспокойнее, и улизнуть без лишних трат будет возможность, когда все будет готово для побега. Сэкономить лишних пару серебряников не помешает – кто знает, сколько времени им придется добираться до Марканы, а оттуда к более безопасному месту, подальше от этой всей войны?
Ирис думала, что Тайрон отправится с ними в дорогу. Но парнишка, которого они вытащили из лап Сафарди, решил остаться в Калларе, третий знает зачем. Впрочем, быть может, шулер чего-то недоговаривал. Этого не следовало исключать, и разбойница строила цепочку собственных предположений и с подозрениями смотрела в сторону хадданея, с которыми так запросто не стоит связываться. Свяжешься раз – век не отвяжешься!
Когда Гаррет вернулся, Аманте лежала на постели, всматриваясь в потрескавшийся потолок, по которому паук поджидал муху, летавшую по комнатушке. Казалось, еще мгновение и она попадется в его сети. Но вот дверь хлопнула, и муха испуганно умчалась в окошко…
- Не твой день, паучок, - тихо пробормотала она, после чего поднялась на ноги, направляясь к мужчине. Добытчик принес немало добра, которое еще и хорошо пахло – свежак!
- Чего ты так долго? – спросила девчонка, заглядывая в мешок со всем съестным. Момент о приобретенных безрукавках заставил ее скривиться: - Надо было мне раздобыть их. Я бы стащила – и не пришлось бы тратиться, - произнесла она следом, но не довела до конца свою мысль.
Гаррет ростом пошел в своего батю, давно погибшего в волнах Рокского моря. Рослый и крепко сложенный, он всегда демонстрировал своим видом несгибаемость и уверенность, которая и заставила Крыс уважать его и слушать. Никогда еще Ирис не приходилось видеть, чтоб атаман был таким бледным и еле держался на ногах. Даже в дни, когда он получал раны, казалось, он был тверд в своей ходьбе! Не то, что сейчас…
- Эй! Ты чё?! – произнесла она, взяв под руку Гаррета, чтоб подвести его к скрипучей кровати, на которой сама еще недавно кантовалась.
Приложив ладонь к челу разбойника, Аманте ощутила, как его лихорадит. Липкий пот выступал точно роса утром, когда руки его были холодными точно лед.
- Слушай, давай, я дам тебе выпить воды, - предложила она, теряясь в сомнениях, как поступить. Сама она о лечении знала немного, как и все в их шайке. Если кто-то приболел: отлеживался где-нибудь и оно само проходило. Или приходилось обратиться к знахарке какой-то в первой лучшей деревне. Знавшиеся на травах, они помогали. Так что, видя, что Гаррету не становится лучше, а, похоже, дела были только хуже, Ирис решила все-таки поискать знахарку.
- Я сейчас приду, ты только не умирай. Ладно?
Пожалуй, сейчас у мужчины был шанс взять реванш за все те случаи, когда его недалекая подружка оказывалась где-то на границе между жизнью и тем светом, за которым разное говорили скрывается. Доподлинно зная, что не нужно в такие моменты терять время, она сбежала вниз по лестнице, и допросила кухарку из местных – у той болела не так давно дочка, и та ходила к той самой знахарке. Разузнав, в которую лачугу следует стучать за помощью, Аманте побежала.

+4

10

[nick]Алеана Тис[/nick][status]наделенная[/status][info]Малефикар Эрарского ковена, умеет лечить людей и животных, а также видеть недалекое будущее.[/info][sign]

https://a.radikal.ru/a38/2004/fe/a96e75770085.gif
Северный цветок

[/sign][icon]https://b.radikal.ru/b28/2004/88/080927a14942.png[/icon][indent] Миловидная и очень активная девчонка невысокого роста явилась к ней на следующий день после разговора с регентом. Увидев ее лицо тогда, Алеана была готова поспорить, что оно ей знакомо, однако едва ли могла сказать точно – откуда она ее может знать и был ли у них до этого разговор. Ощущение знакомства перебило в ней другое – ожидание прихода определенного человека или вообще иных обстоятельств, которые бы свидетельствовали о скорейшей смерти раскрытой ведьмы-целительницы, проживающей свой спокойный век на задворках Каллара.
[indent] Внешность и настрой Амины, именем которой девушка представилась, на мгновение отогнали гнетущее состояние Леи, вернув привычный настрой лекаря, каждый день ожидающего посетителей. Но знакомый браслет на тонкой ручке, которым она бодро потрясла перед лицом Алеаны, мигом вернул ведьму ко всем событиям, произошедшим до сего дня.
[indent] Амина оказалась шпионкой и подавальщицей в трактире, в котором пару раз бывала Алеана, и который не особенно запомнила, тем более не уделив должного внимания его персоналиям. И вот прошлое вернулось, вернув с собой позабытые, мельком увиденные образы.
[indent] Всему пришел конец – будущее стало как никогда туманным, будто спрятавшись в изгибах орнамента на медной поверхности.

[indent] Следующие несколько дней она бродила по городу, наведывалась привычно к пустеющим лавкам базара, смотрела на реки людей, текущих мимо нее в поисках спасения. Каллар готовился к войне, и осознавать это было неприятно и, в какой-то мере, тяжело. Боли усилились, словно назло пробиваясь сквозь туман, наводимый отварами, которые Алеана готовила себе всю свою жизнь. Тело перед лицом опасности решило резко дать сбой, пойти в разлад с разумом. Передвижения становились все тяжелее, хотя Леа не оставляла попыток найти в шумной испуганной толпе других наделенных.
[indent] Пару раз ей казалось, что что-то чувствует, но нет – ощущение пропадало также резко и незаметно, как и появлялось, растаяв в мгновение ока. Но такие сигналы только усиливали инстинкт ищейки, создавали какое-то особенное, звериное желание охотника. Превозмогая дискомфорт в теле, Алеана задерживалась на улицах дольше обычного, выработав привычку уходить от оживленных потоков в пустые переулки, прислушиваться, принюхиваться, полностью открывая свое нутро. Каждый раз боялась в ответ получить очередной приступ видений. Но вечность молчала, а Леа словно брела в пустоте, подумывая о том, чтобы в конце недели попросить у Амины  крова в трактире – оставаться в своем доме на окраине города становилось все более небезопасно. Кроме того, находясь в городе, ей будет проще выполнять свою работу с поисками, которые, однако, казались ей все более бессмысленными. Малефикары – тот народ, который первый исчезнет с полыхающих полей. У них прекрасное чутье на опасность, и если все остальные только поднимут головы, чтобы увидеть бурю на горизонте, эти будут знать о том, когда она ударит, много раньше.

[indent] К слову, к концу недели она исполнила планируемое, Амина договорилась с хозяином за небольшую плату и бесплатное целительство. И теперь осталось только забрать все необходимое.
[indent] Сегодня был день, когда она планировала закончить переезд. Скотина была отдана в уплату еды и ночлега, и дело осталось за малым – собрать все лекарские принадлежности и личные вещи.
[indent] О чужом прибытии Иранар сообщил раньше, чем шаги прошелестели по узкой дорожке средь выжженой травы, минуя повозку с запряженной в ней лошадью. Сидя на коленях около одной из тумб и слегка морщась от боли, Леа посмотрела в проем распахнутой двери, где на фоне темнеющего неба с предзакатным солнцем, вырисовывалась незнакомая фигура.
[indent] - Кому-то нужна помощь?

Отредактировано Хелен Магвайр (19-04-2020 19:48:58)

+5

11

Говорят, волка ноги кормят. А вот в действительности у волка вовсе и не ноги, и совсем их не две.
К сожалению, или к счастью, а в детстве каждый слышит вовсе не то, что поможет ему выжить в этой жизни. К примеру, что даже девчонке необходимо научиться быстро бегать. И Ирис бегала. В большинстве случаев, правда, девчонка убегала, спасая свою шкуру, которую порядком успело потрепать за последние года. А впрочем, далеко не надо заглядывать. Свежий шрам на плече и руке только успел зарубцеваться, и моментами давал о себе знать, как будто он еще был свежий. Но в этот раз ей пришлось бежать вовсе не для себя, а для кого-то другого; ради того парня, что однажды вытащил ее из худшего места, в которое только могла попасть благовоспитанная эстанка, столкнувшаяся лицом к лицу жестокой правдой мира и бича тех, кто оказывался веками вне закона.
Гаррет не раз спасал ее шкуру. И было бы обидно, если бы она задержалась хоть на каком-то повороте, когда казалось уже и дыхания не хватит, чтоб пройти последний пролет между старыми хижинами, в одной из которых и должно было быть обнаружено спасение.
Впрочем, кухарка достаточно ярко описала ей место, куда стоит постучаться.
Дверь подалась ее стуку, и после нескольких ударов костяшками пальцев со скрипом отворилась, позволяя Аманте увидеть просторы дома, к которому давно была протоптана дорожка страждущих калларцев. Не сразу обнаружив хозяйку этого дома, разбойница предположила, что не застала тут никого. Но голос быстро привлек ее внимание и девчонка заметила светловолосую женщину, определенно слишком юную, по мнению Ирис, для того, чтоб заслужить столько уважения и похвалы от требовательного местного жителя, ходившего к целителям иной раз чаще, чем следовало.
Несколько мгновений девчонка истратила на то, чтоб отдышаться. Она совсем не представляла, как следовало бы описать болезнь, которая свалила Гаррета, и за все то время, что спешила к этой Алеане, не думала, какими словами будет просить ее пойти с ней. Ей, в общем-то, не так уж и часто приходилось просить.
Но чего не сделаешь ради любви?
- Да. Нужна, - сказала она, перешагнув порог дома. – Есть человек, который очень плох. С утра и днем все было еще нормально. У него ничего не болело, а пришел в трактир – прямо стоять не может. Началась лихорадка, - произнесла она быстро, на ходу припоминая, что еще могла подметить за то время, что была при Гаррете. – Прошу, пойдем со мной – у меня деньги есть. Много. Я не поскуплюсь на плату, - вертясь в мире, где деньги были силой, способной решить практически любой вопрос, Аманте решила упомянуть и их. Благоразумно, без лишних чисел и уточнений количества оплаты – на всякий случай. Хотя погодя, уже засомневалась.
Вдруг эта не захочет идти с ней?

+4

12

[nick]Алеана Тис[/nick][status]наделенная[/status][info]Малефикар Эрарского ковена, умеет лечить людей и животных, а также видеть недалекое будущее.[/info][sign]

https://a.radikal.ru/a38/2004/fe/a96e75770085.gif
Северный цветок

[/sign][icon]https://b.radikal.ru/b28/2004/88/080927a14942.png[/icon][indent] Смотря на незнакомку, Алеана продолжила заворачивать в ткань одну из толстых книг: Scientiam de mineralibus. Судьба, в свою очередь, заворачивала разумно мыслящих в свои ленты, не давая времени для раздумий. В этом ведьма уже точно убедилась и, вздохнув, поднялась с колен, очередной раз слегка поморщившись.
[indent] Идея с палкой была не столь плоха
[indent] Отмахнувшись мысленно от духа, как от назойливой мухи, она положила темно-синюю книгу к стопке таких же. Деньги в грядущем будущем Лею волновали все меньше. Интуиция и здравый смысл подсказывали, что окажись она в беде, жизнь свою за серебро выменять не сможет. Не в те игры впуталась. Но помогать людям она была призвана, иначе зачем этот дар? Да и память об отце не позволит отвернуться от чужой беды.
[indent] Кроме того, такие внезапные лихорадки не сулили ничего хорошего и могли быть чем угодно на горизонте приближающейся или, вернее, уже пришедшей войны. Не хватало им мора, занесенного извне или, как бы нелепо это не звучало, являющего себя ни чем иным, как карой богов. Тогда их планам с регентом точно суждено будет провалиться. Доброй половины народа не станет, а те, что останутся на этом свете, мгновенно сдадутся врагу, а заодно сдадут ему и город вместе с правителем.
[indent] - Тебя как зовут? У меня повозка у дома, поедем на ней. Иначе утащат все, - взгляд беспорядочно заметался по разбросанным по полу кучам вещей, до которых она еще не успела добраться, - Только соберусь. Я как раз вот переезд устроила.
[indent] Бегство к беглецам
[indent] Иранар был сегодня в чудном настроении и сыпал колкостями, к которым Леа была привычна в той же мере, что и к своим мыслям. Поразмыслив с полминуты, ведьма подошла к одной из беленых стен, на которой еще остались пучки трав. Сорвав парочку, вернулась к столу за флакончиками, жидкость в которых плескалась, в основном, на дне. Сложив все в холщовую сумку, а также прихватив со стола оставшиеся книги, вернулась взглядом к пришедшей, с неудовольствием отмечая очередной скачок боли в суставе.
[indent] Но иногда возникает от новой и скрытой причины
[indent] Боль неожиданно; средства известные тут помогают.
[indent] С пользою верной тогда чистотел добавляется к соли,
[indent] Сера и шерсть, согревая, приносят с собой исцеленье.

[indent] - Куда надо-то, в город?
[indent] В повозке оставались уже ранее сложенные вещи – нехитрый скарб молодой ведьмы, ведшей в некотором понимании отшельнический образ жизни. Гнедая кобыла периодически била передним копытом землю, верно недовольная качеством доступной ей травы, смятой и запыленной у края разбитой дороги. Солнце неумолимо шло к закату, наполняясь тьмой и яркостью цвета одновременно, отчетливо выделяясь границами на южном небе. Вокруг лежали яркие желтые поля и мелкие пролески высоких, рвущихся к небу кипарисов и кедров. Природа шла своим чередом, не замечая людей, тянущихся по тракту к городским стенам.

Отредактировано Хелен Магвайр (24-04-2020 00:06:32)

+4

13

Эстанку не сильно прельщала мысль о необходимости просить и упрашивать кого-то. Были дни, когда она говорила, что лучше бы ей язык отсох, чем она станет просить – но, как водится, в жизни случается всякое. И не привычный просить, становится просящим. Когда дело заходит о дорогом человеке, не единожды подставившего тебе свое плечо – охотно нарушаешь данное некогда слово. А все ведь ради того, чтоб он жил да здравствовал. Ведь чего стоит жизнь в одиночестве? В таком-то жестоком мире.
И все-таки светловолосая знахарка, которую ей посоветовала кухарка в трактире, не поспешила подняться на ноги, и в спешке собирать все необходимое ей для лечения больного. Не единожды им требовался лекарь или знахарь, умевший залечивать раны и другие хвори, а потому Ирис знала о чем судит. Другие на месте этой Алеаны гнались за наживой, тогда как эта, точно ленивый код, неспешно отвечала и подвелась с колен, будто считая, что время у нее еще есть.
Она была не такой, как прежние, встречавшиеся ей.
- Аманте, - коротко ответила Ирис, назвав одно из своих имен.
Этим именем она пользовалась разбойницей. О нем могли слышать и в Калларе тоже. Поэтому ради ускорения знахарки, девчонка назвала именно его.
- Да, видела повозку, - ответила разбойница, пройдясь тыльной стороной ладони по зачесавшемуся носу. – Подожду снаружи, только не долго, - предупредила она, выйдя во двор. Запах трав щекотал ноздри и выкуривал ее на свежий воздух. Но так она думала будет быстрее
В любом случае добираться до трактира на повозке будет быстрее, чем идти пешком. Еще быстрее было бы, если у нее была лошадь. Вот только «одолжить» лошадь у кого-нибудь из местных Аманте не додумалась раньше – теперь приходилось пожинать плоды своей поспешности и ждать. О, богиня! Как же она ненавидела ждать! Она намотала сразу несколько кругов подле повозки, прежде чем дождалась прихода знахарки.
- Да, - забравшись в повозку рядом со знахаркой, Аманте снова ответила максимально коротко. Ей эта знахарка не нравилась, и только из чистой выгоды и обещанной помощи она все еще не ударилась в угрозы, которыми привычно руководила любым процессом сотрудничества с другими обывателями города и всего острова. – Мы остановились на постоялом дворе «Еда на тарелке». Кухарка сказала, что ты полечила кого-то из ее родственников. И сказала, что ты зазря денег не берешь и точно можешь исцелить все, - добавила Ирис, точно ожидая теперь подтверждений всем тем хвалебным словам, которые были высказаны в адрес знахарки.
Нужно было бы теперь или подтвердить или точно сказать, что ей наврали – люди часто врут. Просто, потому что могут себе это позволить.

+4

14

[nick]Алеана Тис[/nick][status]наделенная[/status][info]Малефикар Эрарского ковена, умеет лечить людей и животных, а также видеть недалекое будущее.[/info][sign]

https://a.radikal.ru/a38/2004/fe/a96e75770085.gif
Северный цветок

[/sign][icon]https://b.radikal.ru/b28/2004/88/080927a14942.png[/icon][indent] От темноволосой незнакомки веяло опасностью и холодной неприязнью. Яркие черты ее лица брали свои корни, вероятно, в Эстанесе, потомков которого Алеана периодически видела на острове. Черный горящий взгляд этой нации никогда не был ведьме близок, не водила она ни с кем из них дружбу и даже немного опасалась, хотя за предрассудки себя корила.
[indent] Но здесь и сейчас корить себя ей было не за что, и забираясь на козлы, сопровождаемая тянущей болью в коленях, сама на мгновение стала излучать нечто подобное, чувствуя как мысленно сжался, напрягся Иранар, ожидая опасности, до этого в любопытстве своем наткнувшись на острые человеческие эмоции.
[indent] Книжки она уложила назад, к одному из сундуков, накинула сверху серой тканью – мало ли какой-люд ползет чрез эти земли мимо ее дома к вожделенному спасению и мало ли чем они решат поживиться на этом пути. Книги были золотом, созданным не из металла вовсе, а для Леи они были целой жизнью, знаниями, без которых она была бы лишь бледной тенью той, которой является.
[indent] - Ага, понятно, - искоса взглянув на сидящую рядом Аманте в ответ на обозначение их конечной точки пути, и подумав о том, что имя той подходит как нельзя кстати – немного резкое, экстравагантное, достаточно короткое и броское, чтобы врезаться в память и навсегда запечатлеть образ эстанки, которая не была похожа на примерную жену, мать троих детей или даже дочь ремесленника, которая решила идти по стопам отца. Она могла быть скорее торговкой или вором, наемницей. Интуиция Алеаны подсказывала, что женщина, сидящая рядом с ней, в любом из своих методов опасна.  Но, к счастью ведьма не любила долгие молчания и напряженные паузы, тем более что Аманте любезно предоставила ей повод для беседы.
[indent] - Да, кухарка не соврала. До сих пор все по силам было мне, надеюсь, так и сейчас будет, - мимо скользили однотипные пейзажи и уставшие, запыленные лица на таких же повозках или на своих двоих, солнце било остывающими лучами в спину, - Странно это все, конечно. И лихорадка, скажу тебе честно, такая, чтобы на пустом месте - не к добру. Но по первичным знакам есть у меня все необходимое, а там дело рук мастера, как говорится. Главное, чтобы к человеку твоему больше в комнату никто не заходил. И когда прибудем, мне надо будет много воды чистой, ткань и уксус.
[indent] Про то, что в одном трактире они квартируются, Алеана решила умолчать – ни к чему эти лишние сведения. Задумалась только, что неслучайно все это, неслучайны все эти совпадения. При въезде в город в очередной раз пришла мысль, что мироздание ускорило свой ход, неожиданно, когда не ждали, а как хотели? Так оно и бывает – это Алеана знала наверняка, но спокойнее на душе не становилось. Были и свои причины бояться подобных расстройств – давая слабину, ведьма часто становилась сильным источником своих видений, которые обрушивались на ее без того нестабильную психику слишком резко и масштабно, неся в себе до ужаса красочные, естественные образы. И в преддверии войны и дела, в которое ее затянули, эти образы могли стать кошмарами.

Отредактировано Хелен Магвайр (28-04-2020 22:53:48)

+4

15

Тревоги ранее не знали пути к сознанию Аманте. С тех пор, как она сбежала из борделя, присоединившись к шайке, разбойницу более никогда не беспокоило ни во что она оденется, ни где придется провести ночь грядущую. Их шайка всегда находила выход из ситуации, в которую попадала, умела выкрутиться и научила девчонку терпеть неудобства, что были временным явлением, пока новый куш не будет получен. День в нищете – ради двух дней праздности. Именно так они и жили, мечась по миру, нигде не задерживаясь надолго, чтобы никто не мог попозже схватить их за яйца. Но сейчас девчонке пришлось вспомнить дни прежние, когда действительность пугала своей жестокостью, а ситуация казалась безысходной.
Она понимала, что поддаваться своим опасениям, самым пугающим и страшным предположениям предстоящих событий – было началом конца. Поэтому очень хотела верить в те слова, которые сказала ей кухарка. И которые все-таки подтвердила знахарка.
Врожденная недоверчивость ей шептала о том, чтобы Аманте не верила этой незнакомке. Обманет же? Впрочем, мысленно разбойница уже разложила все по полочкам: если та не спасет ее мужика – больше, значит, никому не будет лапшу на уши вешать.
- Откуда вообще могла взяться эта лихорадка?
Ирис не бралась судить, спрашивала ли она у знахарки, как человека знающего, или задавала этот вопрос себе сама?
- К нему никто не пойдет, - с уверенностью произнесла Аманте. – Наши друзья не в Калларе, - продолжила она следом, кривя все-таки душой.
Подносчица вина в трактире обожала Гаррета, а он потворствовал ей в этом то и дело отвешивая комплиментов – она могла к нему прийти и спросить, что стряслось. Тем более, когда знала, что сварливая баба ушла прочь. Тайрон мог решить заглянуть, хотя предварительно они сговаривались только на следующий день свидеться, когда простятся навсегда с этим проклятым городом.
- Попробую достать все, что надо, - это было последним, что произнесла эстанка в ответ. И зная Ирис, никто бы не сомневался в том, что она всю душу вытрясет из кухарки или любого другого, ставшего на пути добычи нужных ей материалом, но достанет то, что ей нужно. Потом это ей принесет немалые проблемы, но это все будет как-нибудь потом.
Тем временем они преодолели часть дороги, въехав в город через все еще открытые ворота, к которым стекались горожане и жители близлежащих селений. Народ, занятый разными делами, все еще блуждал улицами города, готовившегося к осаде, потому им пришлось ехать медленнее. Но к счастью, путь не может быть вечен, и рано или поздно ему приходит конец.
Аманте указывала дорогу к трактиру, желая добраться к месту назначения как можно скорее – за то время, что они с Гарретом провели в городе, они успели изучить все возможные пути, не исключая, что однажды им придется бежать. И как только повозка остановилась, девчонка спрыгнула на землю, направившись вовнутрь. В первую очередь она подошла к кухарке, не забыв позолотить ей ручку, дабы та оформила в быстром темпе все, о чем говорила ей знахарка и только затем поднялась с блондинкой в комнатушку, где она и оставила Гаррета.
Больше всего Ирис боялась того, что могла бы не успеть.
- Здесь, - сказала эстанка, войдя первой.
Без предисловий, она подошла к Гаррету, желая проверить, как он. Лихорадка все еще присутствовала, а лицо обильно было укрыто потом, будто кто вылил на него ведро воды. Или каких-то нечистот. Сразу же девчонка умыла влажной тряпицей его лицо, оглянувшись на знахарку.
- Что это за болезнь такая?

+4

16

[indent] Источников болезней в современном мире было масса – начиная от продуктов разложения животных и насекомых и заканчивая проклятием, нечистой магией – скверной. В преддверии войны начинающаяся эпидемия могла быть чем угодно. Город рос изнутри, в него стекались со всех земель, кто-то мог принести заразу, которая в условиях возникшей скученности распространится очень быстро и соберет хорошую жатву. Но божий промысел или происки неприятеля – не одна из причин не казалась легче другой.
[indent] Проезжая по городским улицам, облепленным людьми, словно капля меда – осами, Алеана молчала, ловко направляя кобылу по указаниям Аманте, в которых в принципе не нуждалась. Но для сохранения своего небольшого секрета делала вид незнающий. В городе прибавилось грязи, знахарка это заметила, несмотря на то, что была здесь всего день назад.
[indent] Доехав до знакомого места, Леа с трудом слезла с телеги, при соприкосновении ног с землей по обыкновению чуть скривившись, и скоро поковыляла за попутчицей. Пока та передавала указания кухарке, сама Леа сумела выловить одну из подавальщиц и наградив ту монетой, попросила спрятать книги.
[indent] Прежде чем Аманте распахнула дверь, все существо ведьмы напряглось. Словно до слуха донёсся мотив давно забытой песни, с которой было связано что-то не очень хорошее. Едва различимо коснулся, оставив внутри тянущее к неприятным воспоминаниям чувство. Иранар, до этого молча считывающий будничную обстановку, возник в мыслях.
[indent] Подойдя к кровати, Алеана положила руку на лоб мужчины, ощущая пробивающиеся через жар нотки тления и возникающие вместе с тем образы пепла и пыли, летящих по заводненным людьми улицам Каллара. Через секунду прикосновения ведьма закрыла глаза, и образы стали еще ярче, еще ощутимее, с треском проламывались через собственные мысли, овеваемые чутьем демона. Вместе с тем она слышала неровное дыхание больного.
[indent] Легкий транс длился не больше минуты. В комнату тем временем притащили таз с водой и небольшую бутыль с уксусом.
[indent] – Боюсь, у этой болезни нет названия, – Леа убрала руку и посмотрела на Аманте, – Но корни ее меня настораживают больше, чем у известных болезней. Я сниму головную боль, но для остального мне нужно время.
[indent] Промокая влажную тряпку в уксусе, Алеана с тревогой думала, едва ли оно у нее есть – это время. Если то, что сказал ей демон, то, что она ощутила, словно дотронувшись до отравленного цветка, было правдой, времени не было ни у кого из них.
[indent] – Сейчас исчезнет боль, думать станет легче, – ведьма обратилась к мужчине, присев на край кровати и прикладывая к его лбу светлую ткань, она продолжила держать ладонь, от которой больными по обыкновенно ощущается либо распространяющаяся прохлада, либо тепло. В случае с лихорадкой – это была прохлада, мягкая, плавно, но быстро распространяющаяся по телу, снимающая болезненный спазм в висках и ломоту в мышцах, – Прежде чем ты уснешь, расскажи мне, что ты делал вчера и сегодня. Что ел, что пил. Возможно, было что-то странное. Любое воспоминание о странном вкусе, запахе, разговоре или прикосновении сейчас важно.
[indent] Она говорила тихо, но отчетливо – так, чтобы светлеющий разум больного мог услышать ее слова и дать необходимые ответы. Пока она облегчала его участь и выигрывала время, используя естественные реакции еще живого организма. Но с подобным никогда не сталкивалась, потому и боялась проиграть скверне, которой была наделена.

+4

17

- Я сейчас приду, а ты только не умирай. Ладно?
Эти слова донеслись до Гаррета словно бы из глухой бочки. Ему казалось, что он горит... и такое на памяти разбойника было впервые. Даже когда у него случались какие-нибудь раны, атаман не чувствовал себя настолько хреново как сейчас. На нем всегда все заживало как на собаке, так что даже не приходилось подолгу валяться в постели чтобы поправится. Однако, сейчас все было иначе.
Ему впервые в жизни стало по настоящему страшно. Неужели это и есть конец его пути? И все что они с Мили задумали, уже не сбудется - отъезд из Каллара, собственный корабль, таверна где-то очень далеко от войны. Все это было зря...
Гаррет попытался пошевелится, но у него не хватило на это сил. А потом все поплыло перед глазами и разбойник отключился - или погрузился в навязчивый бредовый сон, вызванный сильной лихорадкой.
Он снова увидел себя на маленьком островке на отмели посреди моря. Той самой, где бывал много раз, еще когда жил с родителями в бедной рыбацкой деревушке, неподалеку от Марканы. Несколько раз Гаррет привозил на эту отмель свою любимую Мили, когда они прятались после ограбления одного из марканских богатеев. Сейчас же атаман был совершенно один... и с удовольствием подставил разгоряченное жаром лицо под свежий морской бриз. Если это и есть смерть, то она не так уж и плоха?
- Не думал, что все так будет.., - раздался знакомый голос за спиной у Гаррета и обернувшись, он увидел своего отца - таким, каким запомнил его при жизни. - Поверь, мне очень жаль. Больше всего на свете я хотел вывести тебя и твоих братьев в люди. Хотел чтобы вас уважали...
- Ты разочарован? - произнес Гаррет, вглядевшись в хорошо знакомые, но казалось так давно забытые черты. - Я не стал уважаемым человеком, отец. Я бандит, ловлю легкие деньги и не собираюсь ничего менять. Это был мой осознанный выбор.
- Каждый выживает как может. Кто я такой, чтобы тебя судить? - совершенно спокойно ответил отец. - Я знаю как тебе и твоей матери жилось в Маркане. Но я все-таки надеюсь, что когда-нибудь ты остановишься.
- Что значит... ты знаешь как нам жилось? - удивился Гаррет. - Мать сама нашла того ублюдка. Жаль я не решился прирезать его, прежде чем сбежал.
- Я прошу тебя лишь об одном. Когда ты уедешь с Паро, не забывай о своей матери, - ответил отец. - Ты лучше меня знаешь, что она окажется в опасности, когда эстанцы войдут в Маркану. Увези ее и позаботься о том, чтобы она прожила остаток своих дней в достатке. Она любит тебя, Гаррет - не забывай об этом.
Гаррет хотел было добавить, что именно так и собирался сделать... но отмель истаяла и он снова оказался в комнате на постоялом дворе. Какая-то женщина держала ладонь на его лбу - возможно, лекарша или знахарка? В какой-то момент ему стало немного легче и разум прояснился настолько, что окружающее пространство перестало плыть перед глазами.
- Я был сегодня на базаре... там был странный человек. Он смотрел на горожан и мне подумалось, что он шпион, - ответил атаман. - Я решил поймать его, а он начал нести какую-то ахинею насчет спасения... а потом сбежал. Больше ничего подозрительного не было, а ел я в этом трактире. Вместе с Мили.
Того странного мужичонку Гаррет бы совершенно точно не забыл - даже несмотря на то что находился сейчас на пороге смерти.

+4

18

Разбойникам не привыкать ходить по краю пропасти. Они привыкли полагаться на себя и то оружие, которое держали в своих руках, не жалея противников. Пока была у них такая возможность – они знали, что всегда есть шанс выстоять. Эта призрачная надежда, приводящая каждый раз к очередному ликованию и празднеству, в котором каждый из них топил свою радость и свое счастье – ведь они снова выжили.
Прежде чем стать разбойницей, не было Аманте в этом мире. Была другая девушка, к которой все еще взывал по имени Гаррет. А ведь сейчас она впервые за много лет вспомнила один из их разговорах в борделе. Тогда он рассказывал о своей свободной и веселой жизни, полной опасностей и непредвиденных обстоятельств, из-за которых он не надеялся умереть в своей постели и старым. Возможно, он просто не испытывал в то время уверенности в своих умениях и везении? Но тогда, как и сейчас, Ирис испытывала ужасающий страх перед смертью. Какой бы ни была она – все же лучше остаться живым, испытывая привычные радости и тяготы бытья, чем отправляться в неизвестность, в не бытье.
В каждой церкви, куда их приводила судьба, им приходилось слушать то, что священники говорили своей пастве. О дне, когда их душа предстанет пред богами. Одни говорят о Братьях, другие – о Супругах, а третьи – о ком-то одном из этого сонма безликих эфемерных всесильных богов, что не стали защищать свои святыни, когда разбойники решили взять то, что лежало без присмотра. И оказалось весьма кстати для погашения их долгов в трактире, где сейчас находились.
Надолго ли?
Сейчас Аманте приходилось надеяться на то, что Гаррету и правда не придется умереть в постели, и Алеана поможет ему. Отступив от постели любовника, она волком смотрела на знахарку, чья бледная кожа и светлые волосы в паре с манерой речи выдавали в ней такую же приезжую, какой была и сама Ирис. Вот только с очень разных сторон их принесло на эти берега.
Недоверие было в природе Аманте, которая могла положиться разве что на Гаррета. Ну, или Тайрона с Фором. Поэтому девчонка не отводила взгляда от знахарки, которая приступила к так называемому лечению. Мысленно она уже давно все решила: прирезать, если не сможет или обманет. Но стоило ей вновь задуматься об этом, как пришлось хорошенько переосмыслить собственные решения. В комнате будто появилась некая сила, стоило знахарке прикрыть глаза. И это что-то не исчезло, стоило ей заговорить.
- Что с ним? – коротко спросила разбойница. – Жить будет?
Она не ответила. Вместо этого обратилась к Гаррету, которому, похоже, стало немного лучше. Во всяком случае, он хотя бы заговорил. Подойдя ближе к нему, Ирис взяла атамана за руку, слушая его внимательно, как только была способна, рисуя в своем не скудном воображении то, что рассказывал мужчина.
- Как выглядел этот чумной?

+4

19

[indent] Слова о странном человеке заставили Алеану насторожиться. Подобное стечение обстоятельств не бывает случайным, а еще бьет по прошлому без промаха. Тогда в горную деревушку в забытом Богами Брогге пришел мор. Леа, как и ее отец, думали лишь о классических причинах его возникновения, но затем встретили человека, за спиной которого оживали легенды и страшные сказки. Вспоминать об этом не хотелось, но данный опыт научил многому.
[indent] Ведьма кинула недовольный взгляд на подсевшую рядом Аманте. От предостерегающей реплики ту спасло лишь знание демона – следов скверны в окружающем пространстве не было, демон не чувствовал ее ползущих к новой жертве нитей. Уже неплохо.
[indent] – Он касался тебя? Когда пытался поймать его, ты трогал его одежду? –  важно было понять механизмы действия, и, если человек упомянутый нес в себе губительное для Каллара поветрие, хорошо бы, чтобы оно распространялось хотя бы через какую-то очевидную и понятную схему, например, через прикосновение. О человеке, раскидывающему проклятия направо и налево одним взглядом или мыслью, думать не хотелось.
[indent] – О каком спасении он говорил?
[indent] Алеане подумалось, что там, вероятно, были строчки о покаянии и сдачи врагу. Возможно, сумасшедший был всего лишь сумасшедшим – создавшим собственную религию и считающего всех других, в том числе и Двух – ложными идолами. Демон мог совратить его, исковеркав суть истины. Но в преддверии войны такое «знамение» могло быть не просто поводом задуматься о грехах. Вот тебе и новости для регента – малефик найден, но есть пара нюансов.
[indent] Иранар подсказывал о том, что тлетворная сила могла проявляться как угодно и действовать по каким угодно принципам, здесь четких границ не было. Демоны были загадкой даже для своих носителей, куда там до всех остальных.  Она вздохнула, убирая руку со лба мужчины и ненароком рассматривая его лицо. Ему стало легче, но ненадолго – то, как действовала скверна в его теле, пугало Лею. Заражение шло слишком быстро, и она чувствовала его каждой клеточкой тела – тяжелое дыхание смерти, рассыпающееся прахом.
[indent] Слушая ответы, знахарка отсчитывала секунды до погружения его разума в спасительный сон, одновременно с этим собираясь с силами.

Отредактировано Алеана Тис (14-05-2020 23:21:18)

+3

20

Сознание Гаррета плыло, так словно его затягивало в глубокий и темный омут. Но никакого страха не было - наоборот, темнота обещала тишину и покой, желанный и долгожданный отдых. Полностью провалится в сон атаману мешала одна только мысль, о том странном мужичонке, которого он нынче встретил на базаре. Ведь не просто так он следил за горожанами? Гаррет никогда не служил в регулярной армии, но все же хорошо знал, как обычно действуют шпионы перед осадой города. Это только в глубокой древности города брали одной лишь смелостью и решительностью, нынешняя же позиционная война требовала особой хитрости и коварства. Шпионы обычно проникали в нужный город задолго до начала осады, вместе с множеством беженцев и далее начинали свою подрывную деятельность. Кто-то подсчитывал численность солдат, кто-то искал бреши в укреплениях - а некоторые проводили более серьезные диверсии, вроде отравления воды или поджога складов с провизией. Было похоже, что тот странный человек скорее всего должен был наблюдать за ситуацией в Калларе и без сомнения, ему будет что рассказать своим хозяевам?
- Он говорил, что просто ищет спасения, как и все остальные люди, - ответил Гаррет. - Я не дотрагивался до него, а он до меня... я просто достал нож и сказал что отведу его к Сафарди. После этого он сбежал...
Гаррет не слишком часто сталкивался с чем-то сверхъестественным, если не считать встречи с сидом, которого разбойникам все-таки удалось грабануть. Он и представить себе не мог, что на свете может быть кто-то опаснее того ушастого мужика... тот, кто может нанести вред ближнему своему, не обнажая оружия.
- Он... просто стоял и смотрел на людей, что собрались на базаре, - добавил атаман, борясь с сонливостью. - Смотрел на протяжении нескольких минут и затем шел дальше. Я тогда и подумал, что он следит за кем-то... зачем еще нужно было смотреть за торговцами и прочими горожанами?
Веки Гаррета все больше и больше наливались свинцом, а окружающее пространство расплывалось и проваливалось в спасительную темноту. Прежде чем полностью отрубиться, атаман успел подумать о том, что наверное не сумеет выполнить просьбу отца и добраться до Марканы. Он рассчитывал поскорее сбежать из Каллара, чтобы наконец стала реальностью мечта о собственном корабле, или таверне где-нибудь очень далеко от войны.
Похоже, что все должно было закончится в "Еде на тарелке"? Но при любом раскладе, у Мили будут необходимые для побега из осажденного города средства - а все прочее было уже неважно.

+4


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно