Рейнс: Новая империя

Объявление

15 сентября — 31 октября 1558 года

Война за влияние в Рокском море в самом разгаре: Эстанес принес огонь и меч на Паро. Рейнс охвачен собственными проблемами: сразу после выборов императора сидхе предъявили претензии на часть северной имперской земли. Эйверская лига связана во внутреннем море конфликтом с Дилвейном, который грозит вылиться в полномасштабную войну. Если только сам Дилвейн не погрязнет в усобицах с аргелльцами.
В общем, все идет привычным чередом и порядком. Кроме того, что пришел черед богов вмешиваться в людские судьбы. В таком случае, скучно не будет. И в стороне не остаться никому.

избранная цитата

"Что может привести солидного чародея в публичный дом? Оттенберга туда вела нужда в деньгах. Ах если бы он знал, сколько получают распутные девки, то сильно бы задумался. Но и без этого он давно убедился, что чистая наука дело малоприбыльное, в отличие от торговли".

Вальтер Оттенберг, "Хитрый лис и верный пес"

"Не Бездна расширяет границы, срывает замки: сама ты решаешь, когда отступить от привычного шаблона”.

Меррин фон Адель, "Я силой истины завоевал вселенную"

"Стоит только обнаружить что-то ценное, – сразу начинаешь бояться это потерять".

Гектор Меса, "Цена земных сокровищ"

"Грех не есть источник одержимости. И уж тем более, не его следствие. Это придумали те, у кого на блуд и выпивку денег не хватало".

Хельм ван Эгераат, " Ars Moriendi"

"Строение не вписывалось в скромное окружение Эль Морона. Будто ветер-проказник принес дом из-за моря и аккуратно поставил в чистом поле, а уже потом, вокруг, разрослась деревня. Деревня беднела, а дом рос, обрастал, жирел. Здесь водились хоре. А хоре сестринству были нужны, очень. Хоре — и не только; но ведь и ножи, и люди стоят денег".

Инес Аньес, "Quien si no yo"

"Людской род всегда недостаточно сильно ценил силу крови, не думали младшие о том, что в каждой капле ее хранилась память, которую невозможно было вычеркнуть из истории".

Иннис ап Ллиар, "Тени исчезают в полдень"

"В самые темные дни люди хватаются за чудо, но толпа, охваченная страхом, способна растоптать ненароком и его".

Морвенна Альмейн, "Там, где найдешь..."

"Где малефик там жди беды, где двое – катастрофы. Разве не об этом шептали детям перед сном?"

Ламех Сафарди, "Внизу земля - падать больно"

разыскиваются

Лина де Мейер

чародейка, исследовательница

Пабло де Кордова

дезертир

Серен фон Ревейн

маркиза Улвенская

Фа Вэй

шиноби

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Есть в близости людей заветная черта


Есть в близости людей заветная черта

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Время: 3 октября, вечер
Место: Рейнс, Нейский дворец
Погода: за окном дождь
Участники: Эстер и Доран
Описание: после ссоры кто-то всегда подходит первым.

0

2

[indent] Эстер открыла резную шкатулку и достала из нее фиолетовый медальон. Оказывается, статус императрицы позволял ей получить почти любую диковинку, не выходя из дворца. В ее руках, однако, вещица выглядела совершенно обыкновенной, только чуть отдавала металлической прохладой. “Будет ли с нее хоть какой-то толк…” - тревожно думала Эстер, укладывая ее на место.
[indent] Муж ее прошлой ночью вновь предпочел ночевать не в ее покоях. Может быть он так ответственно соблюдал предписание доктора, но Эстер полагала, что он все еще зол на нее за ту сцену, что разыгралась прошлым утром. Когда она выходила замуж, то была готова была принять то, что спать они будут раздельно, и даже то, что у Дорана останутся другие его женщины. Сейчас она смотрела на этот вопрос иначе и не собиралась делить его ни с кем.
[indent] - Ваше Величество, Его Величество удалился в свою спальню, - к Эстер подошла служанка, сообщая то, о чем императрица загодя просила предупредить ее. Она не хотела мешать Дорану днем, когда он был занят делами, но вечер, ночь и утро должны были принадлежать ей.
[indent] - Он был один?
[indent] - Да, Ваше Величество, - кивнула девушка, и Эстер улыбнулась расслабленно. По крайней мере сейчас Доран еще не нашел ей замену.
[indent] - Это хорошо. Налей сюда кипятку и принеси к дверям его покоев, - она указала на фарфоровый чайник, в котором уже были подготовлены к завариванию травы, подходящие для сегодняшнего вечера.
[indent] Перед дверью своего мужа, она постучала в дверь, забрала у служанки поднос с чаем, поставила на него шкатулку и вошла после того, как услышала разрешение войти.
[indent] - Прости, что побеспокоила тебя. Я ненадолго, - сказала она мужу, закрывая дверь, - Тяжелый был день? Я заварила тебе мяту и сбор северных трав. Этот настой поможет отдохнуть.
[indent] Она поставила поднос на прикроватный столик и налила чай в тонкостенную кружку, расписанную изящными цветами. Сердце билось где-то в горле, отдавая болью в виски. Хотя Эстер и не хотела показывать свое волнение, пыталась вести себя, как обычно, она чувствовала себя неуютно. Ее сюда сейчас никто не звал, а то, что Доран не пришел к ней сам, могло указывать на то, что он не хочет ее видеть.
[indent] - Просто попробуй, мне кажется, что тебе понравится, - предложила она, протягивая ему кружку.

+1

3

[indent] Доран как может, оттягивает момент, когда нужно отходить ко сну. Когда уходит к себе, еще долго не гасит свечи, не раздевается, только снимает тесный дублет и ослабляет завязки на горловине рубашки. Он не хочет спать. И не хочет идти спать, но и признаваться в том, что ему просто боязно неловко даже самому себе, остается только бездумно перелистывать папку с дипломатической почтой, прихваченной из рабочего кабинета вопреки собственному обещанию этого не делать. Вопреки намерению оставлять государственные дела за порогом спальни, он листает и перечитывает их, не понимая, что именно читает и зачем.
[indent] Эстер застает его за этим — застает врасплох. Доран не успевает даже решить, как реагировать и как себя с ней теперь вести, так стремительно и уверенно она входит, почти врывается. Несмотря на то, что он разрешил, но он теперь уже понимает, что бросил это разрешение совершенно не осознавая себя в тот момент.
[indent] — Спасибо.
[indent] Это все, что он может вымолвить в ответ. Удивленно и обескураженно взять горячий напиток из ее рук, сделать большой глоток, не сводя с нее взгляда и глядя поверх черненого ободка. Настой обжигает губы и горло, но это приятное, умиротворяющее тепло. Оно скользит вниз и горячим, мягким комом оседает где-то в желудке, согревая. Доран только сейчас вдруг осознал, что успел продрогнуть, сидя в одной рубашке в спальне у сквозящего окна, за которым зарядил настоящий осенний дождь, столь типичный для этого края в это время года.
[indent] — Мне нравится, — говорит он, все так же не сводя с Эстер внимательного, изучающего взгляда. Весь прошедший день они толком не разговаривали, если не считать разговором ничего не значащие, пустые фразы в присутствии посторонних и разговор за ужином, где внимательная и усидчивая Магдалена наверняка заметила пробежавший холодок. Доран опасается признаться себе, что сожалеет об этом. О том, как неловко завершилась ночь накануне, и о том, что ей пришлось прийти к нему первой.
[indent] Он хотел быть этим первым, но слишком затянул. И в то же время, он рад. Размолвка далась на удивление непросто.
[indent] — Можно еще? — Доран поднимается со своего места, встает к ней вплотную. Смотрит как будто бы серьезно, но глаза улыбаются. — Или не стоит?

+1

4

[indent] Сердце ее нежной пташкой затрепетало в груди от того, что он просто подошел ближе, от того, что в нем не было сейчас той злости, с которой они расстались вчера, и от этого стало так хорошо, спокойно и легко. "И что же ты со мной делаешь, Доран?" - думала она, удивляясь сама себе, "Я же уже давно не ребенок..." Но реагировала она на него так же, как юная девица на первого в ее жизни юношу.
[indent] Она смогла прервать свою оторопь только кивком. Эстер опустила взгляд, мягко провела по его руке от запястья до пальцев, забирая пустую кружку. Рука была холодная.
[indent] - Можно, конечно.
[indent] Настоя в чайнике должно хватить еще на несколько кружек и не будет вреда даже, если они выпьют их все. Сон только крепче будет. Эстер улыбалась разливая чай по кружкам, сейчас ей казалось уже очевидным, что она себя накрутила напрасно, и от этой очевидности стало легче дышать. Да, это была их первая размолвка, вероятно будут и другие. Единство сердец бывает мгновенным лишь в сказках, а безупречным только у богов, они же оба - живые люди, разные с разными мыслями, стремлениями и мечтами. Пройдет время прежде, чем они научатся легко понимать друг друга.
[indent] Эстер отдала ему чай и взяла с подноса ту самую шкатулку с нехитрой вещицей. Ей нужен был повод, чтобы подойти к нему после ссоры. На поиск повода ушла вчерашняя ночь и сегодняшний день, а теперь Эстер чувствовала, что он и вовсе не был нужен. Можно было просто прийти к мужу с капелькой своей заботы.
[indent] - Я вчера подумала, поискала немного в книгах… - начала она, крутя в руках коробочку с подарком, в пользе которого сомневалась, - Этот метал, который используют инквизиторы для борьбы с малефиками, может быть может помочь и тебе. Он же как-то поглощает магию, а твой дар, вероятно, тоже имеет магическую природу.
[indent] Все это сквозило неуверенностью, сомнением. Казалось, что сами боги позаботились о том, чтобы во главе империи оказался человек, наделенный даром видеть будущее, и кощунством было бы от их подарка отказываться. Кроме того, Эстер не была чародейкой и о магии, и о кевлите знала мало. Она подозревала, что он может не сработать или сработать как-то не так, как она ожидает. Она все еще считала, что Дорану хорошо бы поговорить об этом с кем-нибудь из тех, кто разбирается в таких вещах лучше. Хотя бы с кем-нибудь из преподавателей военной академии, которая находилась здесь же в столице.
[indent] Только, она уже предлагала это Дорану, и он отказался. Предлагать повторно, смысла, наверное, не было, а вот попробовать что-то новое смысл был.
[indent] - Если это сработает, то ты будешь контролировать видения ночью, избегать их тогда, когда к ним не готов. Сможешь уехать на юг, как и хотел.
[indent] Она протянула ему шкатулку с кевлитовым медальоном.

+1

5

[indent] Сердце делает один, но очень болезненный, удар о грудную клетку и начинает биться быстрее. Это волнение, вызванное ее жестом, таким простым и понятным, даже в каком-то смысле обыденным, от которого за грудиной странно ноет — Доран несколько растерянно смотрит на шкатулку в ее руках, как будто не понимает до конца, о чем она.
[indent] Первая мысль — нет, так нельзя. Это бегство от трудностей, от испытаний. Он давал себе слово встрчеать их с открытм забралом, быть готовым к разным поворотам судьбы и никогда не прятаться от последствий собственных решений.
[indent] Вторая мысль — она просто хочет ему помочь. Заботится о нем, как умеет, и от этой искренности щемит сердце и перехватывает дыхание чувством вины за прошлое утро. Доран медленно протягивает руку, берет в руки медальон. Металл чуть ощутимо покалывает ладони, греет, как будто был недавно вынут из кузнечного горна и теперь отдает остаточный жар. Держать его неприятно, и он догадывается, что это, возможно, говорит в нем сидкая кровь, что не любит преград и оков. Может, дар не хочет томиться в узде, но Доран об этом сейчас и не думает. Совершенно не важно, будет он в итоге им пользоваться или нет. Гораздо важнее другое, то, что словами толком нельзя выразить.
[indent] — Это... это и правда может помочь, — говорит он, убирая медальон назад. Держать его трудно, почти неприятно, но Доран не подает вида. Не хочет ее расстраивать. — Спасибо.
[indent] Пауза, которая повисает, длится мгновения. Он не смог бы объяснить, чем был вызван порыв — он просто забирает шкатулку из ее рук, ставит в сторону настой, он берет ее лицо в ладони, прижимается к переносице губами. Все это происходит быстро, так быстро, что он не успевает подумать о том, что происходит. И что сказать.
[indent] — Прости меня. За вчерашнее утро. Я был неправ. Я не хотел.
[indent] Он редко искренен, придворная жизнь вытравила это умение из сердца, и сейчас Доран чувствует, что выразить все, что хочется, сложно. Привычка прятаться за ложью и недомолвками сыграла злую шутку с ним, и он может только обнимать ее и целовать, в щеки, в губы, в прохладный лоб, чтобы хоть как-то сказать, что хочет.
[indent] — Я тебя люблю. Даже если ты со мной не согласна. Прости.

+1

6

[indent] - Доран…
[indent] Все мысли разом вылетели из головы.  Она забыла, что хотела поговорить о том, что кевлит, даже если он работает, должен остаться крайней мерой. Главное, что он может дать - это уверенность в том, что Доран не сойдет с ума, не запутается в своих видениях, потеряв грань между ними и реальностью. А полностью отказываться от того дара богов, который он получил, было бы все равно, что завязать глаза при прогулке по краю пропасти.
[indent] Они, наверное, еще поговорят об этом позже, когда разберутся, есть ли в новой затее Эстер хоть какой-то смысл.
[indent] Сейчас хотелось забыть обо всех разговорах, дать своим рукам и губам распутать те узлы, которые они завязали словами. Эстер замерла не в силах сразу поверить в заветное “люблю”. Это слово, произнесенное здесь и сейчас наедине в их спальне, было ей дороже всех клятв, данных ими в церкви. Тогда это был лишь договор, которому они брали богов в свидетели, а сейчас - голос сердца, и свидетели им были не нужны.
[indent] - Я люблю тебя, - прошептала она в ответ и обняла его так крепко, как хватило сил, потом отпустила, подняла глаза и встретилась с ним взглядом, - И я верю в тебя. Верю, что справишься. Со всем, что будет.
[indent] Замолчала. Уткнулась лбом в его грудь. Слова сейчас имели какую-то особую ценность. Чувствуя потребность объясниться, высказать все то, что было за эти дни передумано, Эстер боялась сказать что-то лишнее.
[indent] - Ты рассказал все так резко, так неожиданно. Так мало дал мне времени подумать…
[indent] Она все еще так и не смогла разобраться, что же его тогда так задело. И все еще считала, что рассказал он ей так поздно, в последний момент перед официальным заявлением, потому что сомневался в ней и не доверял. Эстер решила не говорить сейчас об этом. Да, и, подумав, она приняла, что доверие ему, возможно, вообще дается не просто. Ее же он знает всего пару месяцев.
[indent] - Я была не права. Прости. Ты разбираешься лучше меня, и я была не права, что набросилась на тебя. Ты бы не принял такое решение, не обдумав его.
[indent] Непросто было признать собственную глупость и слабость даже перед самой собой. Тем более сделать это не абстрактно на словах, а на деле. Эстер потребовалось время, чтобы прийти к выводу, что решение, которое ей самой казалось странным, на самом деле было ей просто непонятным.

+2

7

[indent] — Да нет, — говорит, коротко улыбаясь, все еще держа ее лицо в ладонях. Оглаживает ее щеки пальцами, спускается к плечам. — Дело не в этом.
[indent] Ему непросто объяснить, в чем именно. Но объяснить стоит — перед алтарем Супругов они обещали быть искренними и честными, но ему это искусство не давалось никогда. Или он давно этот навык подзабыл за ненадобностью. Возможно, раньше, когда он был юн и полон мечтаний и неверных представлений о мире, он мог бы разбрасываться словами от сердца, необдуманно и резко, не размышляя о последствиях и тем самым оголяя собственную душу для ударов. Потом эта стало опасно. В какой-то момент и вовсе непростительно, и Доран стал избегать не только демонстрации эмоций, но и мыслей. Он и сейчас не скажет, что опаснее.
[indent] — Это просто привычка. Плохая привычка, — Доран снова улыбается, почти смущенно. Это звучит, как глупые оправдания, пусть это и самая что ни на есть правда. — Все держать в себе, ни с кем не делиться своими мыслями, не рассказывать.
[indent] Он умалчивает о причинах — Эстер, пожалуй, может догадаться и сама. Она не так давно в столице, где двуличие привычно называть правилами игры, а неискренность — вежливостью, и с этим приходится мириться и жить каждому, на кого в это непростое время направлены стрелы критиков. Им стоит лишь дать повод. И Доран знает, что дает им возможность снова возопить на всю империю в сидском выродке, который не чтит богов, пусть даже на ужинес семьей он и облек это в форму, наиболее удобоваримую для всех, кто ждет возможность бросить камень. То, как все на самом деле, в сущности, знает только Эстер. И пара человек в дипломатическом корпусе.
[indent] — Я должен был тебе сразу сказать, — он все также держит ее плечи, но смотрит куда-то мимо. — Когда Хайме и Соледад только прибыли. Ты имеешь право знать, что творится в твоей империи, в твоем городе, прямо под боком. Ведь все могло случайно вскрыться, кто-то мог узнать... слава Двум, это не случилось, но все-таки. Прости. Это было в последний раз.
[indent] Доран переводит на нее взгляд, смотрит серьезно, даже чуть встревоженно. Понимает, что в Рейнсе все императрицы через такое проходили — в Рейнсе императрица не красивая кукла, нужная, чтобы рожать детей и обеспечивать трону преемственность, или чтобы выгуливать реликвии короны и демонстрировать послам и заморским торгашам богатство страны и полноту казны. И все же, он не может за нее не тревожиться.

+2

8

[indent] - Нашу империю, - Эстер не могла удержаться от поправки. И так-то это звучало странно, страшно почти, а для нее одной эта ноша была бы и вовсе неподъемной.
[indent] - Ты не мог мне сказать, - она провела рукой по его волосам, стремясь поймать его взгляд, - Мы знакомы всего пару месяцев. Я понимаю.
[indent] Ей потребовалось время, чтобы понять это. Надо было вспомнить и сопоставить даты, чтобы осознать, что тогда еще ни о каком доверии и речи не могло быть. Они еще не были знакомы. Если только не считать знакомством ту историю по дороге в столицу, которая позволила им обоим лучше узнать друг друга. Их отношения могли бы развиваться медленно и степенно, если бы не то нападение, когда Эстер едва не умерла, а Доран спас ее. Именно из-за той истории после свадьбы все закружилось так быстро, что теперь казалось, что они знакомы давно.
[indent] Но прошло всего чуть больше месяца.
[indent] - Ты не знал меня тогда, когда они прибыли. Ты не мог знать, можно ли мне доверять, - она улыбалась, глядя ему в глаза, но чуть нервно, словно еще не была уверенна в том, что уж теперь-то все будет по-другому, честно, открыто и откровенно. Старые привычки не меняются так быстро. Даже, если он и правда признает, что был не прав и хочет дальше вести себя иначе, они наверняка еще не раз об это споткнуться, но Эстер верила, что споткнувшись, они смогут идти дальше. Вместе.
[indent] - Мне правда будет легче, если я смогу знать, что ты не будешь скрывать от меня свои планы. Ты не обязан мне все рассказывать, но жить с осознанием, что ты скрываешь что-то важное, это, как ходить по весеннему льду - опасно и страшно.
[indent] Сказала и замолчала. Задумалась: а смогла бы она сама держать в тайне то, что должно оставаться скрытым? И не только от широкого круга, но и от своих близких, родных, от духовницы своей, наконец, которую ей экзарх наверняка выбрал не случайно. Эстер представила это и подумала, что привычка хранить свои, чужие и государственные тайны сама по себе может быть тяжела.
[indent] - Я думала, что я не нужна тебе больше, - прошептала она, решившись выдать свой потаенный страх, - Что тебе проще одному или с кем-то, кто в душу не лезет.

+2

9

[indent] Ему и правда проще одному, но ей он про это не скажет. Это тоже дурная привычка, и от нее избавиться будет труднее всего. Долгие годы одиночества не проходят бесследно, они дают о себе знать тягой к молчанию. Доран и вовсе не думал, что ему однажды придется с этой привычкой расставаться, и не думал, что ему захочется делать над собой такое усилие. Он снова гладит ее по щекам, чтобы Эстер успокоилась и не думала лишнего, не волновалась о том, что ее волнения не стоит.
[indent] — Ты мне нужна, — говорит он серьезно, в этот раз без тени улыбки. — Я раньше думал, что я справлюсь сам. Но раньше все было по-другому. В дипкорпусе всегда хватало людей, которые могли подставить плечо. Это почти как семья. Здесь все иначе.
[indent] Он вдруг понимает, что не очень может объяснить. Выразить словами это ощущение — на вершине холодно и пусто, и он знал об этом, когда карабкался в эту гору. Кто бы мог тогда подумать, что это станет проблемой?
[indent] — У меня ведь большая семья, — продолжает он, отпуская ее от себя и усаживая на свое прежнее место. Наливает им чуть подостывший отвар и протягивает ей чарку, снова дышит ярким ароматом трав. — У меня есть брат, трое племянников, двое их них совсем взрослые. Один даже слишком, — он усмехается, делая глоток травяного настоя, который тут же мягким и обволакивающим теплом скользит внутрь и удобно устраивается чуть пониже сердца. Эстер поймет, о чем он. О ком. — Есть бабка-сеидхе, есть отец в сидах. Есть сестра, теперь уже за морем. И целый княжеский сидский род. Но так вышло, что я много лет ощущал себя им всем чужим, и сидское родне, и человеческой... а теперь у меня есть вы, есть Магдалена и Герхард, есть их дети и все остальные... это непривычно. Порой даже страшно. За целую страну нести ответственность проще, чем за нескольких дорогих людей.
[indent] Та, изначальная, семья никогда не нуждалась в его защите. Их берегла и стерегла Рианнон, всегда готовая прийти на помощь в минуты трудности и опасности, а этой, второй, семье, нужна именно его защита. Его рука, на которую можно опереться, и Доран смотрит на Эстер сверху вниз, он ждет ее ответа. Он хочет понять, понимает ли она, что иногда единственной защитой кажется молчание.

+4

10

[indent] У него большая семья, и Эстер как-то странно осознавать, что в ней можно чувствовать себя одиноким. Когда она думала об этом, то сравнивала, и понимала, что ее-то семья всегда была рядом, рукой можно было дотянуться до брата и племянников. Семья Дорана была далеко, почти на краю света, а теперь и вовсе оказалась разбросала по миру. Но так вышло не случайно. Это он сам уехал от них в столицу, променял жизнь степенную на яркую и богатую на события. Эстер не верила, что это решение было неосознанным, и что он о нем жалел теперь.
[indent] Настой в чашке почти остыл, но в воздухе еще смешивался терпкий аромат тимьяна со свежим мяты и легким сладковатым привкусом вереска, почти заглушенным более сильными травами. В золотистом напитке плавали тонкие листья и мелкие розовые цветки, просочившиеся в кружку через изогнутый носик чайника. Это было красиво. Эстер не хотела пить сейчас, но вкус настоя знала. Изучая подарок, она даже попробовала незнакомые травы на вкус еще сухими. Ей нравился этот сбор.
[indent] Она не знала ответственности подобной той, о которой говорил ее муж. Эстер была младшим ребенком, и список членов семьи, которые зависели от нее, был короток. Он заканчивался на ее сыне. Странно, но она не чувствовала, чтобы что-то в этом изменилось после коронации. Хотя Эстер и отчетливо понимала свое новое положение, но вершительницей судеб себя не ощущала. Это была роль ее мужа - человека опытного, мудрого и умного.
[indent] - Твою ответственность - проговорила она, поднимая взгляд на него, - я хочу разделить с тобой.
[indent] Они говорили о чем-то подобном еще до свадьбы, но, выходит, не получилось у нее стать Дорану должной опорой и поддержкой. Пока еще нет. Иногда ей казалось, что даже у Магдалены это получалось в большей степени: она имела схожий образ мыслей, разделяла его цели и могла стать ему лучшей подругой, чем сама Эстер.
[indent] - Это все-таки и моя семья тоже.
[indent] Она отставила кружку в сторону, принялась вытаскивать шпильки из тугой высокой прически. Она не спрашивала у мужа разрешения остаться, поскольку оно казалось сейчас не нужным. Эстер не верила, что он хочет, чтобы она ушла. Не после прозвучавшего признания.
[indent] - Если когда-нибудь потом ты опять не захочешь делить со мной задуманное, - она не удержалась от вздоха при этой мысли, что вызывала досаду и печаль, - Что ж. Я это пойму и приму. Но, если ты рискнешь доверить мне тайну, я смогу сохранить ее.
[indent] Здесь больше уже нечего было добавить. В итоге Доран и дальше будет принимать важные решения сам, единолично. Увы, жена ему здесь не помощница, и не советчица. Эстер было тяжело это признавать. Это болезненно било по ее самооценке, и она бы ни за что не примирилась с такой властью мужа в своем прошлом браке. Пусть тихо и за закрытыми дверьми, но она бы спорила бы до упора, пока Николас не признал бы ее правоту или не согласился бы на уступки.
[indent] В этом браке все было не так, как первом, и Эстер приходилось усмирять свою гордыню, свою уверенность в себе. Приходилось признавать, что она знает слишком мало, а цена ошибки слишком высока, чтобы рисковать.
[indent] Темные волосы широкими волнами расплескались по плечам. Эстер растрепала их еще сильнее пальцами, чувствуя блаженную свободу от натяжения. Без спешки, все еще погруженная в свои мысли, сняла она и платье. Оно было проще, чем подвенечное, и со шнуровкой корсажа можно было справиться без чужой помощи.
[indent] - В каких богов ты веришь, Доран? - спросила она, когда уже осталась в одной тонкой нижней рубашке и босиком.
[indent] Вроде бы предполагалось, что в тех же, что и сама Эстер, но Доран удивлял ее так часто, что она чувствовала необходимость уточнить, а не доверяться тому, что предполагается.

+2

11

[indent] Он вздыхает, коротко, несколько расстроенно. Он ведь совсем не это имел в виду. Совсем не это хотел сказать. Видимо, ему нужно учиться переводить с витиеватого языка дипломатии, которая предпочитает ничего не говорить прямо, на простой человеческий. Начать говорить то, что он думает, а не бесконечно намекать.
[indent] И он улыбается ей чуть виновато, тянет на себя за руку, когда она спрашивает о богах. О богах ему говорить не хочется — это удел исповедников и священников и людей божьих, тех, что имеет право о них говорить. Он старается не поминать всуе их имен, помнит о них, но обращается редко.
[indent] Возможно, стоит начать.
[indent] — Я ведь не об этом, — мягко говорит он, садится на край кровати, и смотрит теперь снизу вверх. — Совсем не об этом.
[indent] Иногда ему жаль, что из всех даров, на которые щедра сидская кровь, ему достался именно провидческий дар, приносящий только беспокойство и осложняющий им обоим жизнь. Не дар читать в чужих душах, как в открытой книге, чувствовать эмоции других, как свои, и проживать их так же ярко. Он бы тогда знал, быть может, как говорить с Эстер так, чтобы она не думала себе лишнего, чтобы понимала правильно.
[indent] —  Это та тайна, которую ты хочешь знать? — спрашивает он, грея ее руки в своих ладонях. Ее пальцы почему-то кажутся ему холодными, и неприятное воспоминание бередит накануне ночи сердце, ведь очень скоро он снова может увидеть нечто подобное, если только не ляжет спать с амулетом Эстер у сердца. Сейчас это кажется здравой мыслью. — Это не тайна. Потому что я не знаю. Я хочу думать, что верю в Двух, но Дана и Дананн чаще являли мне свидетельства своего существования.
[indent] Доран догадывается, как это звучит для нее. Как слова сидского выродка и богохульника, как эхо обвинений, что в него кидают с самого восхождения на трон. Улыбка смазывается, сползает с лица, превращается в невеселую усмешку, которая кривит уголок рта, пока он не смотрит на нее — уже нет. Как будто ему есть, за что виниться перед ней.
[indent] — Но если ты скажешь верить в Двух, я буду верить, — он вскидывает голову и улыбается шире. — Если ты в них веришь, и я буду.

+1

12

[indent] Она поцеловала его в ответ и целовала так долго, как могла, стараясь, чтобы эта наигранная улыбка ушла с его лица. Она искала его искренности, хотела, чтобы он мог позволить себе быть откровенным хотя бы в ее постели. Может быть истинная агастианка и уцепилась бы за эти его слова, норовя обратить императора в свою веру, но Эстер не была святой. Ей был важен ее муж. Ей была важна ее семья.
[indent] - Да, я верю в Супругов, - выговорила она, когда для поцелуя уже не хватило воздуха. И поцеловала его снова.
[indent] Если бы в той жизни до свадьбы, она бы узнала, что их император верит в иных богов, вопросов и сомнений у нее возникло бы не меньше, чем у барона Анхольта, и они были бы сродни его памятным словам. Сейчас так вышло, что их императора она знала куда лучше, чем могла бы, останься в своей глуши, и не могла так легко отречься от этого человека. Даже поклоняйся он самому Третьему, она вряд ли выдала бы его Церкви.
[indent] - Я спросила, потому что хочу узнать тебя лучше, - пояснила она, когда воздуха не хватило вновь, - Я не прошу тебя отказаться от своих богов и поверить в моих. Они признают наш брак действительным? Этого достаточно.
[indent] Она смотрела в его глаза очень близко, обнимая его, путаясь пальцами в его волосах. Она хотела видеть, что он ее услышал. Это было важнее любых богов.
[indent] - Ты не обязан притворятся рядом со мной, - проговорила она тихо и поцеловала его коротко еще раз, - Если не хочешь этого сам.
[indent] Эстер села на кровать рядом с ним. Ей было зябко. По полу тянул едва заметный сквозняк, и женщине, оставшейся в одной тонкой рубашке, хотелось уже забраться под одеяло, прижаться к теплому телу мужа. Она взяла его за руку, сплела пальцы их в замок также, как сплелись воедино их судьбы. Им еще долго шагать рука об руку вместе.
[indent] - Но и над моими богами смеяться не смей.
[indent] Она хмурилась, вспоминая, как он тогда ответил барону, почти предлагая богам самостоятельно покарать его, если он не является достаточно искренним агастианином. В тот момент его ответ казался ей удачным, никто не сказал бы лучше, но теперь он выглядел насмешкой над богами, в которых Доран, оказывается, не верил. Эстер подняла взгляд на мужа:
[indent] - Даже, если ты в них не веришь, не стоит бросать им вызов, как тогда на балу, - ей казалось, что он поймет и так, о каком именно случае идет речь, - Они могут и ответить тебе.
[indent] Она верила, что могут. На то они и боги.

+1

13

[indent] Он улыбается едва, подставляя ей лицо, закрыв глаза — в темноте закрытых век прикосновение ее мягких губ ощущаются сильнее, чувственнее. Но серьезнеет, вдруг думая о том, о чем раньше не задумывался, когда Эстер заговаривает о богах и их способности наказать за насмешку, за брошенный вызов. 
[indent] — Может, они уже ответили.
[indent] Не думал, что его дар, который легко оборачивается и наказанием, это проявление воли Супругов, которые решили его испытать. Не наградить за труды земные и служение стране, которая испокон веков числится их главным на этой земле доменом, а именно испытать — стойкость и то, насколько он вообще пригоден для короны империи, провозглашающей себя оплотом агастианства в мире ереси и заблуждений? Проверить, насколько сильна в нем пресловутая сидская кровь, способна ли заставить свернуть с пути людей и пойти путем существ, которые смотрят на присущую людям веру с долей снисхождения?
[indent] Доран помогает ей улечься, укрывает тяжелым одеялом и узорватым покрывалом, которое лучше сбережет тепло их тел в ночи — ночи становятся холоднее, и скоро жаровни будут держать в спальнях и гостиных не только перед приходом людей, а постоянно, чтобы сырой замковый воздух не застаивался, не нет болезни и лихорадки. При таком количестве детей зима обещала быть шумной, но тревожной. Доран поднимает на нее взгляд, вспоминает как будто, что так и не объяснился.
[indent] — Может быть, этот дар — это от них и испытание. И напоминание. Кровь у меня, может, и сидская отчасти, и Дана и Дананн не раз через свой народ являли свою силу, короновал меня все-таки агастианский первосвященник, да? — он чуть улыбается, одним уголком губ. Тянется к кевлитовому медальону, заботливо раздобытому Эстер, оглаживает его тусклую поверхность пальцем. — Не хочу бросать им вызов, но и отступать тоже не хочу.
[indent] Он кладет медальон на одеяло рядом, придвигается к ней ближе. Слои одежды на них обычно скрывают тепло, исходящее от живого тела, теперь же можно ощутить его кожей, как и дыхание. Вместе с внимательным взглядом, в котором золотой россыпью дрожат золотые искры свеч.
[indent] — Но тебе спокойнее будет спать со мной рядом, я его надену, — то, как Эстет забралась к нему в постель, даже не спрашивая, можно ли остаться, волнует что-то внутри, ниже солнечного сплетения. И это несмотря на их размолвку, несогласие и его дурные сны, от которых ему самому хотелось бы держаться подальше.

+2

14

[indent] Эстер смотрела на мужа с удивлением. Вдумываясь в его слова, она понимала, выходит как-то так, что он, в ее богов не верящий, лучше способствовал их замыслу, лучше выполнял их волю, чем она, почитавшая их, тратившая время на молитвы и изучения богословских текстов. Она подумала сейчас вдруг, что богам может быть и вовсе безразлично, как люди отзываются о них. Может быть им было совсем не важно, хулят ли их те, за кем они наблюдают, смеются или поклоняются им по всем законам. Может быть богам были интересны только мысли и поступки людей.
[indent] Одеяло было прохладным. Оно еще не наполнилось теплом их тел, и Эстер прижалась к Дорану поближе.
[indent] - Не отступай, - проговорила она негромко, - Эти боги возвели тебя на трон, а значит они считают верным то, что ты делаешь. Если твой дар - это испытание, то ты с ним справляешься. Не отступай, как не отступал раньше.
[indent] Если бы Эстер не успела уже извиниться за все сказанное ею в позапрошлую ночь, она бы сделала это сейчас. Повторяться она не стала. Просто лежала, глядя, как язычки пламени свечи танцуют в глазах мужа, и думала о том, что ее последние слова можно было отнести не только к его дару, но и к политике, которую он вел.
[indent] - Тебе не нужен кевлит, чтобы я чувствовала себя спокойно с тобой, Доран, - она ободряюще улыбнулась ему в ответ, - Я так чувствую себя всегда, когда ты рядом.
[indent] Она погасила свечи, и комната погрузилась в темноту и тишину. Только дождь шуршал за окном, и под этот шум было так сладко лежать в теплой постели, обнимая мужа. Эстер хотела поговорить еще о чем-нибудь легком и беззаботным, чтобы успокоить его самого перед сном, но уснула раньше, чем успела что-нибудь сказать. Обе прошлые ночи она спала плохо, а рядом с Дораном ей было действительно очень спокойно.

+2

15

[indent] Конечно, не боги возвели его на трон — на трон его возвели люди, причем вполне конкретные, у них есть лица и имена, и его собственное к тому стремление. Он думает об этом с улыбкой, глядя на нее, но молчит.
[indent] Боги не то, о чем им стоит говорить. Не то, о чем ему хочется с ней говорить.
[indent] Но иногда говорить не хочется вовсе — и не нужно, и сейчас как раз такой момент. Он всегда находил особый смысл в тишине, когда наедине им не нужны слова, чтобы находиться рядом и не чувствовать неловкости. В придворных кругах молчание считается дурным тоном. Неловкие паузы — признаком скуки и отсутствия интереса друг к другу, но в кругу самых близких ему чаще хочется оставить слова при себе и дать говорить взглядам и жестам. Прямо как сейчас. Ему кажется, что им впервые за все недолгое время совместной жизни оказалось достаточно внимательных взглядов друг для друга, чтобы понять — он забирается к ней в под одеяло, когда Эстер уже начинает дремать. Осторожно натягивает выше тяжелое одеяло, но, помедлив, решает, что рядом с ним ей будет куда теплее, чем под любым одеялом. И потому так же осторожно, бережно предлагает ей свое плечо, и потом тихо перебирает ее распущенные волосы, невесомыми движениями пальцев оглаживает хрупкие плечи, на которые за последнее время упала слишком тяжелая ноша. Доран долго лежит без сна, слушая ее дыхание и тихий стон ветра за окном, он думает о завтрашнем дне, когда о Содедад де Сарамадо узнает двор и высший свет Рейнса, откуда эта новость, дополненная и расцвеченная немыслимыми фактами, пересказанная на все возможные лады, утечет  в народ, и в их глазах он теперь будет не только северным выродком, который почитает сидских богов, но еще и тем, кто поручкался с собаками-эстанцами, противниками всего святого.
[indent] Ему все равно. Ему все равно, что подумает о нем знать, слишком далекая от истинного положения дел в стране, чтобы оценить подобный шаг. Ему все равно, что решит себе чернь, которая никогда не бывает довольна своими правителями, ибо при них случаются засухи и голод, орозные зимы и весенняя распутица, как не волнует его и возможное недовольство  церкви, но он уверен, что экзарх промолчит. Проглотит и это, ведь это он, в конце концов, его венчал на царство, возложил на голову корону и закрепил за ним право на самые смелые решения. И право ссылаться на Церковь при принятии таких решений.
[indent] Ему не все равно, что думает о нем она. Не все равно, считает ли еретиком, предавшим веру отцов и матерей, или авантюристом, как говорит о нем порой Бервин эр Рейналлт, осторожный старый лис. Доран чуть поворачивает голову, проверяя спит она или нет... Эстер спит, и сон ее, к счастью, спокоен.
[indent] И хочется верить, что это и правда потому, что в эту ночь они спят в одной постели.

+2


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Есть в близости людей заветная черта


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно