Рейнс: Новая империя

Объявление

Навигация
О проекте Гид по матчасти Карта мира Сюжетные события Персонажи в игре Внешности Нужные персонажи
Объявления
ACHTUNG! На форуме сюжетное обновление — выложен сюжетный зачин для новых сюжетных веток, в этот раз они охватят Эстанес, Лигу и острова. Ознакомиться можно здесь. Кроме того, теперь есть возможность играть в июле.
NEU! Дорогие гости и жители Рейнса! Мы празднуем двухлетний юбилей форума, в честь чего полностью обновили дизайн. Не за горами новые сюжеты, акции, etc. Не проходим мимо!
ACHTUNG! Форум перешел с системы активного мастеринга на систему смешанного мастеринга. Будьте бдительны.
В Игре
июнь-июль 1558 года от Великого Плавания

Кажется, все уже не столь и страшно, по крайней мере, для Иверии: император пришел с войсками, у генерала Хольца есть план. Виден свет в конце этого туннеля. В столице же напротив, все самое веселое только начинается: инквизиция берет город под контроль, малефики продолжают наводить на всех ужас, а их лидер, кажется, не знает, как это остановить. Что касается севера, то там, кажется, пока затишье... но надолго ли?
А тут еще и южные соседи подкинули дров в и без того яркий костер — в Эстанесе государственный переворот и раскол внутри правящей семьи, у которого могут быть далеко идущие последствия, и это все на фоне смерти старейшего из владык Рокского моря, Гвиннэ ап Ллевеллина, что означает и для Лиги период перемен.
В общем, все как обычно..


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Рыцарь, рыцарь, стерегущий реку


Рыцарь, рыцарь, стерегущий реку

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Время: 15-16 июня 1558 года, сразу же после Миг между прошлым и будущим
Место: леса близ столицы
Погода: солнечно и тепло, к вечеру холодает
Участники: Эньен фон Эмеан, Игрейн эр Лайе, Альвин ван Вермейен
Описание: дурная голова ногам покоя не дает, или сказка о том, что не всегда драконы похищают прелестных барышень. Иногда барышни увязываются сами, прихватив с собой не-героя-спасителя, ибо кто еще, как не они, выручат несчастного дракона?

0

2

Если бы Эньен только мог закрыть глаза… но те уже ему не принадлежали. Он вынужден был смотреть, как город, вид на который стал таким привычным из окон дворца, пожирает огонь; как обращаются в пепел люди, такие маленькие, как игрушечные солдатики. Они казались почти ненастоящими с этой огромной высоты, и только их отчаянные крики, не давали забыть, что все происходит взаправду. Дракон гневался и ликовал, а фон Эмеан сидел сжавшись где-то вне реальности, существуя и не существуя одновременно. Это было странное ощущение, новое. Не так давно оно пугало виконта своей возможностью, однако теперь казалось спасительным и надежным. Вокруг него была броня – непробиваемая и абсолютная. Сюда не проберется разлагающее колдовство, столь отвратительно мерзкое. Оно пугало Эньена гораздо больше моря огня и где-то в глубине души он ликовал вместе с драконом, что это гадкое нечто горит там внизу.
   А потом стало пусто. С отстраненным безразличием виконт взирал на полотно рейнской земли с пятнами лесов, лугов и пашен, которое простиралось далеко внизу и которое в иной раз могло бы захватить его дух и вызвать восторг в сердце. Дракон наслаждался свободным полетом с юношеским любопытством глядя вниз на царство людей, а фон Эмеан просто не мешал ему, не находил в себе воли, сил и желания. Сейчас ему проще было быть ведомым, ибо куда идти ему он не знал.
   Собственное тело Эньен заполучил назад только вечером, когда золотой зверь вдоволь утолил свое желание движения и досыта наелся. Дракон приземлился посреди корабельного леса, выломав собственным весом немало стройных мачтовых сосен, сбросил в это гнездо недожеванную половину коровы и оставил юношу встречать липкие лесные сумерки в беззащитном одиночестве.  Впрочем, одиночество это было только телесным – сытый и довольный ящер все еще оставался рядом, на грани сознания.
   Фон Эмеан нашел себя все в том же торжественном синем наряде, вовсе не приспособленном для прогулок по лесу, без оружия, без возможности разжечь огонь. Одно только было хорошо – набитое драконом брюхо до тошноты приносило сытость и ему. С брезгливостью виконт глянул на ополовиненную тушу пегой коровы, с одной стороны которой свисал окровавленный язык, а с другой - медленно скользили на землю дурно пахнущие кишки. Эньен пристроился поодаль, на одной из сломанных сосен, не задумываясь, что запросто перепачкается в вязкой смоле.
   Даже робкой мысли о том, чтобы попытаться вернуться назад, не зародилось в его голове. Виконт представлял, как ему придется возвратиться в сожженную столицу, посмотреть в глаза матушке и не было в человеческом языке таких слов, которые он мог бы сказать. Прости? Сотни отнятых жизней – не случайно разбитое окно, которое можно было бы вставить и забыть. Это подданные его отца, люди невинные, которых тот оставил с доверием, уезжая в Иверию, и никак не ожидая, что его собственный сын столь безжалостно с ними обойдется. Юный фон Эмеан представлял себе огромное разочарование и гнев императора, мысленно уже вынося себе приговор и считая недостойным носить славную фамилию.
   Пальцы виконта задрожали, и он судорожно обхватил себя за плечи, давя в горле колючий комок. Сухой взгляд взметнулся к верхушкам высоких сосен, за которые закатывалось краснеющее солнце. Дракон ухмылялся ему.
   Возможно, стоило отправиться в странствование на север одному, как некогда пускались в путь рыцари. Искупить свои грехи помощью случайным людям… и попытаться больше никого не сжечь.

Отредактировано Эньен фон Эмеан (03-03-2017 16:45:23)

+3

3

Это было против совершенно всех правил приличия — мало того, что Игрейн ехала в мужском седле, так и держалась вовсе не так, как полагается девушке из благородной семьи. Но, по правде говоря, пробираться через лес, изящно покачиваясь в седле, не представлялось возможным.
По правде говоря, Игрейн в принципе не представлялось возможным, что она будет ехать верхом сквозь, в нарядном платье, совершенно не подходящем для подобного времяпровождения, и в совершенно непонятной и непривычной компании.
На Игрейн часто смотрели, как на миленькую, но глупенькую и наивную молодую особу; но очень редко кто-то смотрел на нее, как на редкостную дуру.
Альвин ван Вермейен, так он назвался, смотрел на нее именно так. И это было даже немного обидно. Но только немного. Он, в конце концов, согласился ей помочь и даже раздобыл лошадей — сказал, что они были привязаны где-то дальше от холма, куда не добрался огонь, и можно было позаимствовать на время. Игрейн сомневалась, что это было заимствованием, но хорошо было бы их все же вернуть.
Хотя бы попробовать.
— Ты точно знаешь, куда нам надо идти? — Игрейн скосила взгляд на спутника, покачиваясь в седле — перейти хотя бы на рысь или галоп не представлялось возможным, однако все было лучше, чем идти пешком. Пешком бы они далеко не забрались.
— Не точно, но догадываюсь, — Альвин хмыкнул; вздохнул, быстро помрачнев, и пожал плечами. — Я… чую, что ли. Понимаю, где он. Не спрашивай, как это работает. Я не теоретик, да и, по правде говоря, только учусь.
Он и в самом деле едва ли бы смог это объяснить; магия была и оставалась вещью ему — как и многим другим — не совсем понятной. Точнее, вообще не понятной, и он никогда даже не пытался разобраться, как это работает. На уровне более глубоком, чем «чтобы получить огонь, надо выбить искру».
И теперь он просто знал, куда им надо двигаться, но нормальным языком это объяснить бы не мог. Правда, вряд ли Игрейн так уж сильно озадачивалась этим вопросом. Куда больше, в этом он был уверен, ее заботило совсем другое — например, почему же он согласился ей помочь, точнее, просто начал помогать, особо даже не спрашивая. Про себя он знал, отчего так — драконы не берутся из ниоткуда, особенно посреди ясного неба, и, значит, прежде там кто-то был. И этому человеку — или дракону, сложный вопрос, как точно назвать, — наверняка требовалась помощь. А какой-никакой опыт обращения с драконами у Альвина был. В отличие от этой девочки.
«Я видела, кто превратился в дракона, — сказала она в ответ на вопрос, на кой ей это сдалось, и пожала плечами. — Я знаю этого человека. И он… я должна ему помочь»
Одежда у нее была совсем не подходящая для подобных прогулок, но выбирать не приходилось. Если бы она решила переодеваться, из императорского дворца никто бы императорскую же фрейлину не выпустил уже.
Время текло неторопливо и незаметно, снедаемое волнением и тревогой Игрейн и беспокойством и жгучим любопытством Альвина.
— Нам осталось немного, — проговорил Аль, когда солнце начало опускаться за горизонт, озаряя небо багрянцем, и, когда они выехали на небольшую опушку, более-менее свободную от деревьев, вздохнул. — И только сейчас я понял, что обратно нам двигаться по темноте. Если не дракон, то мой мастер точно оторвет мне голову.

Отредактировано Игрейн эр Лайе (05-03-2017 14:43:53)

+1

4

Дракон разделял его мысли – Эньен чувствовал одобрение – сейчас им обоим не хотелось возвращаться в переполненный людьми город. Пусть это было по разным причинам, но единение устремлений было даже приятным, горьким, но приятным. Куда бы виконт теперь не пошел, один он уже никогда не будет, и это стирало страх перед неизвестностью. Единственный осадок, который оставался – это боязнь потерять себя в драконьей мощи, но именно сейчас это почти не заботило фон Эмеана. Для людей Рейнса он уже не сын императора, а чудовище, и именем своим называться не станет более никогда.
   От возвышенных мыслей о своей судьбе Эньена отвлекли комары, которые, почуяв теплую жертву, казалось, слетелись к нему со всего леса. Просто сидеть в сумерках сразу стало неприятно, ибо мелкие твари желали облепить любой свободный от одежды участок тела, а то и умудрялись прокусить сквозь ткань. Ночь без костра виделась все более жуткой.
   Отломив от поваленной сосны разлапистую ветку, виконт попробовал отмахиваться ей, однако спасло это не на много. И после некоторого времени такой борьбы, горечь стала вытесняться злостью. Фон Эмеан раздраженно рыкнул и вдруг насторожился, забыв про досаждающих насекомых. В лесной тишине, где до рассвета смолкли все птицы, ему почудились человеческие голоса, а вместе с этим его настигло непривычное еще чувство присутствия магии. Оно было слабым, смутным, но знакомым – точно так же ощущалось присутствие магистра ван Хейссена, и Эньен поспешил ему навстречу. Он настолько желал сейчас видеть именно лигийца, разделить с ним пережитое и найти  поддержку, что даже не подумал, что это мог быть иной какой-то маг. Только различив среди прямых, как мачты, деревьев двух всадников он остановился. Ни один из них никак не напоминал Рейнара, а при ближайшем рассмотрении, виконт признал в одном из них Игрейн. В отличие он посла Лиги, членов своей семьи фон Эмеан хотел сейчас видеть менее всего, ибо просто не находил в себе сил посмотреть им в глаза.
   Желание бегства волной охватило его, но Эньен остался на месте, казалось бы врос в мшистую землю, уже совсем не замечая, как его облепляют комары. Это было бы недостойно война, трусливо, и виконт только с силой сжал кулаки.
   - Рейна, - подал голос он, однако прозвучал тот надломлено, и фон Эмеан кашлянул, силясь придать ему стали: - тебе не стоило ехать за мной. Тем более считай одной, - он глянул на попутчика тетушки, от которого и исходило магическое веяние, принятое в неопытности за силу магистра. – Здесь очень не безопасно. И тьма комаров…
   Эньен звонко хлопнул себя по щеке.

+1

5

— Промахнулся, — вздохнул Альвин, когда раздался звучный хлопок, и пожал плечами. — Затылок немного не там.
Спешившись, подошел к фрейлине императорской, чтобы и ей помочь — не знал, как хорошо она в седле держится, а под ногами было неровно и ломко, мало ли, еще оступится и попросту наступит неудачно. Лишние проблемы, коих и так было предостаточно, им не требовались.
— А тебе тогда не следовало улетать, куда вздумается, — Рэйна сощурилась, на племянника глянув, и тряхнула волосами, вздохнула. — Ты хоть представляешь, что там теперь во дворце начнется? Лорейн ведь будет волноваться.
И на мгновение замолчала. Вздохнула снова и неловко, смущенно улыбнулась, но улыбка с лица пропала быстро.
— И да. Поэтому, разумеется, я здесь. Не о тебе же одном беспокоиться должны.
Альвин выразительно хмыкнул, перехватывая поводья, чтоб лошадки далеко не разбрелись — не то что бы он так уж сильно намеревался их вернуть, но им еще предстояло возвращаться обратно, — и уверено двинул вперед.
— Альвин ван Вермейен, — он протянул руку, прежде немного отряхнув ее от лошадиной шерсти, и дернул углом рта в подобии приветственной улыбки. — Ученик магистра ван Хейссена.
И негромко хмыкнул.
— Так уж получилось, что я не могу пройти мимо больших крылатых ящериц. У меня к ним, веришь ли, большая слабость. Как видишь, и к девицам в беде в тоже.
На девицу в беде Рэйна тянула слабо — то есть вообще нисколько. Пусть и стояла посреди леса в праздничном платье, совершенно не подходящем для подобных прогулок, выглядела немного растерянной и вряд ли была уверена в правильности своих решений, на несчастную девицу в беде она не походила. Совсем.
— Эньен, — Рэйна осторожно приблизилась к племяннику, но осторожность была вызвана вовсе не страхом перед тем, что она видела утром; нет, боялась другого — что он сам отшатнется или скажет не подходить. — Я не знаю, как убедить тебя вернуться. Но тебя там ждут. Очень сильно. И боятся за тебя тоже все. Особенно, думаю, Лорейн.

+1

6

Невеселая шутка про подзатыльник вызвала лишь столь же невеселый взгляд со стороны Эньена. Не подзатыльника он заслуживал по собственному разумению, а меча палача. Виконт хорошо себе представлял, что началось во дворце, в лицах и красках, и совсем не переживание за его жизнь приходило ему в голову. Попытка Игрейн говорить мягко, как ни в чем не бывало, только усугубляла его ношу. Лучше бы его обвиняли – так было бы гораздо проще оставить собственное прошлое – отсечь и все. Не могла она не видеть случившегося, иначе не примчалась бы сюда.
   Фон Эмеан настороженно прислушался к вечернему лесу, ожидая услышать еще голоса: где гвардейцы посланные за ним? Лес засыпал тихо. Виконт прихлопнул еще парочку комаров на своей шее и, не замечая размазавшейся по пальцам крови, привычно подал руку для знакомства. Жест был не осознанный, этикетный, от которого так просто не избавиться по первому хотению.
   - Эньен, - представился он в ответ, но кроме имени, язык не повернулся произнести императорской фамилии и при рождении полученных титулов. – Спасибо вам, что присматриваете за леди Игрейн. И передайте мои извинения магистру ван Хейссену.
   За что фон Эмеан извиняется, он и сам бы сейчас не смог сказать. За неоправданные ожидания, должно быть. Если от него, конечно, ждали что-то. Возвращаться и говорить все это в лицо, виконт не хотел. Он потупился, когда тетушка робко подошла к нему, но не отшатнулся. Разве не видела она, что то, что она просит невозможно.
   - Рейна, - произнес Эньен, и в этом одном произнесенном имени зазвучала мольба не умолять его, ибо недавно принятое решение уйти, давалось тем самым только болезненнее. – Ты видела, что я натворил… это не искупаемо. Никто не взглянет на меня при дворе, как прежде. А матушка лишь натерпится еще больше! – виконт порывисто схватил руку Игрейн, прижимая к своей груди и спрашивая ее поддержки. – Я решил, что мне лучше держаться подальше от людей, чтобы больше никто не пострадал. Возможно, отправится к сидам, на север – они знали много драконов и смогут мне помочь. Не переживай, я вполне смогу за себя постоять.

Отредактировано Эньен фон Эмеан (20-03-2017 15:45:31)

+1

7

Вздохнув, Альвин крепко сжал руку мальчишки — возможным наследником императора его назвать сейчас было трудно, — и с трудом сдержал себя в желании закатить глаза.
— В самом деле, Эньен. Я думаю, магистр больше обрадуется, если ты извинишься перед ним лично. А не через меня.
Он на мгновение смолк, с неприкрытым интересом разглядывая императорского сынка, и пожал плечами.
— К тому же, подумай, скольких еще людей ты можешь убить, сколько еще бед и горя принести, если сейчас не вернешься. Ты думаешь, много головной боли будет, если вернешься в столицу? Ну-ну. Попробуй соотнести масштабы.
Игрейн недовольно сощурилась, посмотрев на мага, и осторожно сжала руку Эньена своими, тихо вздохнула.
Альвин хмыкнул, бросив предостерегающий взгляд на Игрейн, и, покрепче сжав поводья, кивнул на небольшую прогалину, видневшуюся за спиной Эньена. Как бы там ни было, говорить вот так, стоя и переминаясь посреди леса, отбиваясь от комарья и прочей дряни, он не хотел.
Спустя недолгое время весело полыхал костерок, дым хоть сколько-то, но отгонял комарье. Ван Вермейен задумчиво водил палочкой по земле, вычерчивая бессмысленные узоры, Игрейн куталась в попону, стащенную с одного из коней. Сами кони топтались возле мощного дерева, стреноженные, и если бы не обстоятельства, приведшие их сюда, можно было бы назвать вечер даже томным.
— Ты сказал, что сможешь за себя постоять, — Альвин вытянул ноги, прислонившись спиной к поваленному стволу дерева, и пожал плечами. — Сможешь, разумеется. Со временем даже научишься контролировать… дракона. Наверное. Если он не сломает тебя. Но только со временем. А теперь представь, сколько этого времени пройдет. Пока доберешься до сидов — путь неблизкий, как ни крути, даже если сейчас возьмешь одного из них, — он кивнул на коней. — А в пути много что может случиться. Ты можешь испугаться, разозлиться… да мало ли, что. И представь, что тогда случится с человеком — и хорошо, если с одним, — когда он окажется рядом с тобой в таком состоянии.
— Он ведь прав, Эни, — Рэйна пересела ближе к племяннику и осторожно сжала его руку; обняла, мягко взъерошила светлые волосы, и невесело улыбнулась. — Если сейчас ты уйдешь, матушка твоя точно натерпится больше. Возвращайся. Может быть, никто даже не знает, кто был… драконом. В такой суматохе совсем не до разглядываний было, уж поверь. Может быть, сеидхе и в самом деле смогут тебе помочь. Я уверена, что они смогут. Но прежде тебе нужно до них добраться…
— И едва ли ты сможешь сделать это в облике дракона, Эньен, — Альвин с хрустом сломал веточку, бросил ее в огонь, взметнувшийся чуть ввысь. — Ты еще не умеешь им управлять. А мастер… он сможет тебе помочь. Хотя бы поначалу.

+1

8

Слышать от едва знакомого человека обращение по имени и такое простое «ты» было странно. В любое другое время и в любом другом месте это неуважение могло обойтись ученику чародея дорого, но Эньен сам отстранился от императорской фамилии, сам назвался одним первым именем, да и прибывал не в том состоянии, чтобы зацикливаться на подобном.
   Виконт ничего не ответил Альвину, лишь поднял на него тяжелый взгляд. Уж сколько людей он может убить, за сегодняшний вечер фон Эмеан передумал много. Но спорить об этом стоя посреди леса было и, правда, неловко. Сжав ладошку тетушки, он провел ее к своему лесному пристанищу.
   С разожженным костром стало теплее и меньше комарья – смолистые ветки были щедры на дым, который поднимался прямо в темнеющее небо, которое заволакивала не только ночь, но и низкие облака – возможно к утру пойдет дождь. Смотреть на огонь Эньен не мог: ему все мерещилось драконье пламя, и он сидел на бревне сгорбившись, уткнув лицо в ладони. Разве можно контролировать дракона? Виконт все еще хорошо помнил ощущение собственной ничтожной малости по сравнению с мощью гневного духа огромного зверя. В словах Альвина была своя правда и фон Эмеан вздохнул, когда Рэйна коснулась его, поддался ее утешению и склонил голову к ее плечу. При всем стремлении всех оттолкнуть, он был рад ее присутствию – рад, что был не один.
   - Может быть, - горько повторил он, и внимательно взглянул на ученика чародея, что сидел напротив. – Вы оба, правда, считаете, что нахождение дракона в столице безопаснее для окружающих? Он же может опять разозлиться… и рядом окажутся близкие мне люди, - Эньен отстранился от тетушки, выпрямляясь. – Не говоря о том, что вокруг город.
   Тяжелый вздох вырвался из груди фон Эмеана и он вновь закрыл лицо руками, растирая его точно после сна, желая прояснить свои мысли, которые начали путаться с вмешательством взгляда с иной стороны.
   - Но мне и правда нужна помощь…

Отредактировано Эньен фон Эмеан (05-04-2017 15:11:53)

+2

9

— А так будет лучше, если он разозлится, когда рядом будут другие люди, не близкие, — чересчур понимающе покивал Альвин, всем видом своим не стесняясь выражать, сколь умной ему кажется эта мысль, и вздохнул.
Поворошил прутом угли в костре, потер шею и, не сдержавшись, зевнул. День был долгим, богатым на события, а жар костра разморил. Хотелось бы заснуть, но на кону было спасение если не мира, то хотя бы одного крайне упертого и благородного, но не слишком, судя по всему, умного мальчика, и сон мог подождать.
— Да, если ты отправишься на север, к сеидхе, близких людей рядом не будут. Они останутся позади. Они будут волноваться о тебе, переживать, не знать, что с тобой происходит и жив ли ты вообще, — ученик чародея пожал плечами, прутом выводя на земле закорючки, и поднял взгляд на юнца. — Зато их не будет рядом. Рядом будут чужие — те, кому, видимо, не так страшно навредить, разозлившись.
И закатил глаза, фыркнув, когда Рэйна обняла племянника крепче, ласково гладя его по голове, потерлась щекой о волосы. Разница в возрасте у них была не такая уж и большая, но сейчас складывалось странное ощущение — словно, с одной стороны, Эньен был и того младше, чем на самом деле, но с другой…
— Ты прав, Эни. Тебе нужна помощь, — Рэйна ласково взъерошила светлые волосы, когда он отстранился; поймала его руки, отвела в сторону, чтобы заглянуть в лицо. — И мастер Альвина, магистр, может тебе помочь. Я… я не очень понимаю, почему именно он, — она бросила вопросительный взгляд на Вермейна, в ответ на что тот только дернул плечом, явно не собираясь отвечать, — и, наверное, не то что бы понимаю, как это… как это устроено. Работает. Но… Альвин прав. Надо вернуться. Думаешь, если твои доводы сочтут разумными, тебя не отправят на север? Возможно, что и отправят. Но тогда Лорейн будет знать, что ты жив и в порядке, и… и не только она. Все мы. Тебе нужна помощь. Но ты сам же пытаешься от нее сбежать.

+1

10

Слова Альвина хлесткие, насмешливые, разом вытеснили из сердца Эньена горечь и наполнили его обидчивым гневом. Вовсе не так он мыслил! Вовсе не принижал жизней незнакомцев! Захотелось даже ударить обидчика, отчего задремавший в сытости дракон прислушался к происходящему, приоткрыл один глаз. Фон Эмеан отчетливо почувствовал его внимание и сдержался, лишь хмуро глянув на говорившего поверх языков костра. На фоне этого, утешения тетушки показались крайне неуместными. Виконт так и ощущал, как ван Вермейен смотрит на него снисходительно, точно бы на малого мальчишку, хоть и не видел в эту минуту его взгляда. Мягко, но настойчиво Эньен выпростал свои руки из ладошек Рейны, гордо поднимая голову – нежностей на чужих глазах ему не хотелось.
   - Я вернусь в столицу, - твердо объявил он, нехотя сознавая, что его попытка избавить всех от страданий действительно выглядит просто бегством в глазах окружающих. Бегством от сделанного, бегством от ответственности за это, бегством от осуждения прочими. А выглядеть трусом фон Эмеану не хотелось. Совет магистра ему и правда был нужен, хотя виконт и не был уверен, что тот станет говорить с ним как прежде – именно трусом называл Рейнара дракон и Эньен тогда чувствовал его презрение.
   - Магистр ван Хейссен просто много знает о драконах, - немного запоздало пояснил тетушке виконт, сочтя нужным прикрыть чужую тайну, не оставив места для лишнего любопытства. – Он мудрый человек. Мне не стоило отходить от него во дворце…
Фон Эмеан все еще не представлял, как станет говорить с матушкой, как будет глядеть людям в глаза, но решение было принято, возможно и только оттого, чтобы доказать сидящему напротив сейчас, что он не трус.
   - Прости, что заставил тебя волноваться.
   «Я никогда еще не сжигал столько людей» - отчаянно хотелось добавить после.

Отредактировано Эньен фон Эмеан (05-04-2017 15:11:39)

+2

11

— Другое дело, — Альвин довольно хмыкнул, поймав чужой взгляд, и дернул плечом. — Это звучит намного лучше, чем… — глянув на Игрейн, приподнявшую брови и поджавшую губы, он примирительно поднял руки.
— Возвращаешься и славно.
— Ничего, — Рэйна улыбнулась коротко, прежде чем закрыть лицо руками, растирая виски. Вздохнула. — Не скажу, что «бывает», но это не то, за что ты должен извиняться, Эньен. Едва ли хоть кто-то должен извиняться за такое.
Слова про магистра она приняла к сведению, но не сказать, что поверила. Нет, наверное, Эньен не врал — но не врать можно разными способами. Например, недоговаривать и избегать прямого ответа, обходясь неполными формами. В самом деле, многое знать про драконов можно по разным причинам.
Но об этом можно было подумать позже — если она вообще собиралась об этом думать, потому что о Двое, в самом деле, последнее, что её интересовало — грязные тайны лиговского магистра.
Возможно, именно поэтому она никогда бы не смогла стать хорошей фрейлиной или хотя бы чувствовать себя при императорском дворе уверенно и нужной.
Её жизнь при дворе — скорее даже существование — было наверняка бессмысленным и разочаровывающим, сама она была скорее обузой сестре, нежели помощью, и… и вообще.
Но думать об этом стоило явно не сейчас. Сейчас намного важнее был Эньен и то, что он все-таки согласился вернуться домой. Может быть, Альвин смог бы заставить его сделать это силой — но очень вряд ли.
Дракон, золотой, бликующий и обжигающий глаза своим видом в лучах солнца, не был похож на безропотную зверушку, которую так уж просто заставить что-то сделать. По правде говоря, слушая разговор Альвина и Эньена, Игрейн допускала, что драконы — не то что бы и совсем уж зверушки…
Но и об этом подумать можно было позже.
Если вообще стоит, разумеется.
— Раз все решили, — Рэйна выпрямилась, сложив руки на коленях, разгладила измятую ткань и устало моргнула, с трудом сдерживаясь, чтобы не зевнуть, — то можно возвращаться. Во всяком случае… я не хочу сидеть здесь всю ночь. Холодно, комарье, а в замке нас наверняка ищут. Может быть, лучше подождать до утра, чтобы лошади не переломали себе ноги, но, Альвин, ты ведь можешь, ну… посветить?
Ван Вермейен кивнул, поворошил угли и поднял голову, вглядываясь в небо.
— Сюда мы добрались только к ночи, хотя отправились… рано. Обратно будем добираться даже немного дольше, я думаю.

+1

12

Эньен не прочь был бы подождать до утра. Общество комаров и диких зверей все еще виделось ему лучше, возвращения и неизвестности,  не так пугали, как разговор с матушкой и возможно прочими, кто пожелает призвать его к ответу за содеянное. Но высказывать свое мнение виконт не стал, опасаясь, что его вновь сочтут трусом, даже на фоне того, что предложение не идти куда-то в ночь выглядело разумным без учетов каких-либо обстоятельств. Он просто следовал за своими спутниками, подчинялся тем решениям, которые принимали они, даже если это грозило возможностью заблудиться в лесу вовсе. Впрочем, их наверняка бы вскоре нашли по кострам местные лесничие.
   Сначала фон Эмеан раздумывал, что стоит сказать и как себя повести по возвращении, но довольно скоро оставил эту затею, отдавшись течению собственной судьбы и воли богам. Странное спокойствие охватило его, вовсе не похожее на усталость и безразличие, скорее он ощутил дракона в себе не как нечто чужеродное, но как силу, которая была с ним и которая могла разорвать любые цепи и вырваться из любого заточения. Эньен позволил себе наконец расслабиться: тетушка не отвернулась от него, даже зная кто он теперь и что сделал,  неужели матушка отвернется от него?

+2


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Рыцарь, рыцарь, стерегущий реку


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC