Рейнс: Новая империя

Объявление

Навигация
О проекте Гид по матчасти Карта мира Сюжетные события Персонажи в игре Внешности Нужные персонажи
Объявления
ACHTUNG! На форуме сюжетное обновление — выложен сюжетный зачин для новых сюжетных веток, в этот раз они охватят Эстанес, Лигу и острова. Ознакомиться можно здесь. Кроме того, теперь есть возможность играть в июле.
NEU! Дорогие гости и жители Рейнса! Мы празднуем двухлетний юбилей форума, в честь чего полностью обновили дизайн. Не за горами новые сюжеты, акции, etc. Не проходим мимо!
ACHTUNG! Форум перешел с системы активного мастеринга на систему смешанного мастеринга. Будьте бдительны.
В Игре
июнь-июль 1558 года от Великого Плавания

Кажется, все уже не столь и страшно, по крайней мере, для Иверии: император пришел с войсками, у генерала Хольца есть план. Виден свет в конце этого туннеля. В столице же напротив, все самое веселое только начинается: инквизиция берет город под контроль, малефики продолжают наводить на всех ужас, а их лидер, кажется, не знает, как это остановить. Что касается севера, то там, кажется, пока затишье... но надолго ли?
А тут еще и южные соседи подкинули дров в и без того яркий костер — в Эстанесе государственный переворот и раскол внутри правящей семьи, у которого могут быть далеко идущие последствия, и это все на фоне смерти старейшего из владык Рокского моря, Гвиннэ ап Ллевеллина, что означает и для Лиги период перемен.
В общем, все как обычно..


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Трубят рога - скорей, скорей...


Трубят рога - скорей, скорей...

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

Время: 18 июня 1558
Место: Рейнс, императорский парк при Нейском дворце
Погода: ясная
Участники: Келлен фон Эйстир, Эдмунд фон Лойте
Описание: В столице все еще оплакивают погибших, рыщет инквизиция, хватая любого, кто покажется ей подозрительным, приходят все более дурные вести из Иверии – люди злы и напуганы. Маркграф Формарка заточен в темнице, ожидая своей участи, а его наследник беззаботно придается забавам, словно бы происходящее вокруг вовсе его не касается. При этом он умудрился втянуть в это и юную фон Эйстир.

+1

2

Об охоте, как казалось Келлен, она знала многое. Многочисленные рассказы, скрашивающие темные улвенские вечера - вот то единственное, что давало ей основание думать так. В Улвене самым частым объектом охоты был зверь черный. Волки, кабаны и медведи были грозными соседями в северных лесах и развлечение аристократов, помимо прочего, носило сугубо практический характер: аристократы уменьшали поголовья опасного зверья. Охота казалась Келлен интересным приключением, будоражащим кровь, ведь похвастаться тем, что вернулся с добычей удавалось далеко не всем. Иногда охота затягивалась и участники проводили в погоне за зверем несколько дней и понурые или радостные, но неизменно усталые и довольные приключениями, возвращались с новыми рассказами, которые виконтесса Эмайн Ард, лишенная возможности увидеть воочию, с удовольствием слушала, рисуя картины действа в своем воображении.
Келлен проснулась с рассветом. Несмотря на то, что все распоряжения относительно сопровождающих и лошадей были отданы еще с вечера, виконтесса хотела убедиться, что все подготовлено должным образом. К тому моменту, как появился обещанный фон Лойте сопровождающий, Ленна уже успела не только собраться, но и изрядно измаяться ожиданием.
- Доброе утро, милорд. Благодарю Вас за приглашение. - Келлен улыбнулась виконту Фромм, подъехав на приличествующее расстояние, с трудом сдержав порыв помахать издали. Сопровождающие ее три охранника и две служанки, среди которых не было знакомой Эдмунду по предыдущим встречам, камеристки, остановились поодаль. Кэтрин, до сего момента неизменно сопровождающая госпожу во всех ее поездках и выходах в свет, была оставлена с подобранными не так давно детьми. На самом деле, Ленна даже сама до конца не осознавала, что это был лишь повод. О том, что камеристка, изначально приставленная к ней Дораном, обо всем докладывала брату, а теперь, наверняка, Верену, Келлен догадывалась и раньше, но до сей поры этот почти установленный факт ее не смущал, лишь после вчерашнего разговора Ленна, пока еще сама того не понимая, стремилась избавиться от пристального внимания дипломатического корпуса, а быть может, избавить от оного виконта Фромм.
Фон Эйстир перевела взгляд на пока еще не спущенных собак. Тонкокостные, поджарые, они сильно отличались от привычных ей брудастых улвенских волкодавов и дирхаундов, которые были спутниками охотников на севере.

+1

3

Охота в императорском парке была немного не той, которой придавались аристократы в своих владениях. Здесь было меньше случайностей, меньше опасностей. Зверь, на поиски которого порой уходили многие часы, тут был заранее подготовлен егерями,  чтобы его можно было выпустить на усладу гостей и не изматывать их лишними блужданиями по лесу. Для настоящего, заядлого охотника – подобное было детским развлечением, однако для леди Келлен, которая никогда прежде такому увеселению не придавалась, эта упрощенная охота должна была стать демонстрантом всей сути и прелести этого занятия.
   Все было оговорено еще вчера, все было оплачено, и фон Лойте с нетерпением ждал новый день и новой встречи. Это бегство от дел в приятную компанию и к одному из излюбленных развлечений было отдушиной. После всех изматывающих и напряженных дней Эдмунд чувствовал необходимость в отдыхе, не только телесном, но и умственном, чтобы после взяться за все свалившиеся заботы с ясной головой. Во всяком случае, именно так он объяснял себе происходящее.
   На небольшой опушке был разбит лагерь, где господин и его слуги дожидались приезда гостьи. Виконт лично возился со своими собаками, раззадоривал их игрой, прежде чем вручить поводки своему псарю. Был здесь и местный псарь с единственной, понурой псиной-ищейкой, на вид такой же старой, как и ее хозяин, но именно она должна была первой взять след выпущенного зверя. Здесь же раскладывали походные столы, чтобы когда вдоволь наскакавшиеся охотники вернуться, им был готов подобающий обед или ужин.
   - Миледи, - приветливо улыбнулся фон Лойте, оставляя свое занятие и шагая навстречу юной фон Эйстир. – Рад вас видеть вновь. Разведчики доносят, что как раз неподалеку видели свежие следы косуль, - виконт взялся за щечный ремень уздечки, лошади Келлен, глядя снизу вверх на свою собеседницу. Вторая его рука непринужденно лежала на навершии охотничьего меча – опасных зверей в императорском парке не водилось, но все это было частью одной большой традиции. -  Охота обещает быть удачной. Погода тоже. Надеюсь, что вы получите удовольствие сегодня. Поверьте, вам откроется целый новый мир! Желаете немного отдохнуть перед началом? Начнем как только вы пожелаете.

+1

4

Июньский лес, а это, несмотря на именование части массива императорским парком, был именно он, имел свой, особенный запах. И хотя он отличался от аромата улвенского леса, расположенного гораздо севернее, сумел вызвать у виконтессы чувство ностальгии. Подняв голову вверх и прикрыв глаза от падающих солнечных лучей, Келлен вдохнула глубже и улыбнулась. На мгновение ей почудилось журчание горного ручейка и она распахнула глаза, оглядываясь, чтобы понять, что это всего лишь плод ее разыгравшегося воображения. Память, порой, играет с людьми, подкидывая яркие образы, делая на мгновение их близкими к реальным, почти осязаемыми.
Императорский парк изобиловал множеством троп и просторных полян, а где-то вглубине его, как слышала фон Эйстир от словоохотливых служанок по пути сюда, было множество прудов, от маленьких, занимающих площадь, не большую, чем маленькая охотничья сторожка, до сравнимых по размерам с небольшими озерами. Насколько этой информации можно было верить, Ленна не знала - служанки, как оказалось, никогда не были не только в этой части, но и в императорском парке вообще, а слышали об этом от кого-то еще. Вполне возможно, что на поверку это окажется не более чем выдумкой или сильно преувеличенным отражением реальности.
Келлен повернулась к виконту, стоящему подле лошади. Ей не терпелось начать приключение под названием “охота”, сделать шаг в новый, неизведанный доселе мир, но отказать себе в общении с Эдмундом фон Лойте, в желании расспросить больше о императорском парке, она не могла. Девушка спрыгнула с лошади, как привыкла это делать в Улвене. И тут же смутилась под обратившимися к ней взглядами, но сумела сохранить все то же приветливое выражение лица, лишь чуть розовели щеки и подрагивали ресницы.
- Милорд, расскажите мне немного об императорском парке. Правда ли, что он занимает почти восемь гектаров земли, а некоторые его пруды сравнимы по размерам с озерами? - в смущении и спешке сгладить возникшую после выходки, простимой подросткам, но не леди ее возраста и положения, виконтесса даже не ответила на поставленный вопрос и хотя ее действия не давали возможности двух толкований, этикет все же предполагал иной формат диалога, но этой промашки, все еще смущенная предыдущей, фон Эйстир даже не заметила.

+2

5

Леди Келлен спрыгнула с коня ловко и довольно внезапно для виконта, отчего он даже успел удивиться. Однако такая выходка даже пришлась ему по нраву. Юная фон Эйстир была куда интереснее скучных девиц, которые держались за рамки дозволенного, и куда приятнее девиц развязных, которые выходили за эти же рамки вызывающе вульгарно. Виконтесса же все еще напоминала девочку, любознательную, невинную в мыслях и поступках, свободолюбивую. Ей хотелось покровительствовать: одновременно защитить этот ее хрупкий мир, и научить чему-то большему - развернуть для ее пытливого ума вещи, которые она никогда не видела.
   Оттого ее вопрос о парке вызвал у фон Лойте невольную улыбку.
   - Он гораздо больше, - охотно ответил он, перехватывая коня виконтессы под уздцы, что должен был бы сделать ее слуга. – Не берусь точно судить о его размерах, но он постепенно переходит в корабельный лес, который простирается еще дальше, а затем переходит в совсем дикий и тянется до самого Тамира. Заблудиться здесь есть где.
   Эдмунд немного преувеличивал, для красивого слова: лесной массив во многих местах перемежался с полями и поселками, но при должной неудачи по нему и вправду можно было уйти очень далеко, не встретив человеческого жилья.
   - Но не переживайте, с нами будут егеря, которые непременно выведут из любой глуши, даже если охота уведет нас слишком далеко. К тому же, как говорят, здесь отовсюду слышны колокола Рейнского собора, - улыбка фон Лойте никак не желала меркнуть в этой беседе. Она не была явной, но задержалась в уголках губ и глазах, отчего можно было решить, что виконт подшучивает над своей собеседницей. А вместе с тем ему был приятен этот разговор, непринужденный и легкий, и некому было напомнить Эдмунду, что пустые беседы подобного рода он не жаловал. – Прудов в парке действительно вдоволь. Есть и довольно большие. На центральном, что ближе к дворцу, живут совсем ручные лебеди. Они не боятся человека, а некоторые даже берут еду из рук. Если хотите, после охоты, мы можем заехать туда.

+1

6

Келлен слушала описание парка с почти детским восторгом. И почему она не бывала здесь раньше? Ведь если не уходить далеко, придерживаться одного направления, наверняка даже она смогла бы не потеряться. В азарте охоты это было сделать куда проще, потому упоминание о егерях было как нельзя кстати. Виконтесса Эмайн Ард, несмотря на свое родство с народом холмов и вопреки количеству лесов в Улвене, не обладала хорошим чувством направления и без ярких ориентиров запросто могла потеряться даже в небольшой роще. Несколько лет назад, юная фон Эйстир, упрямая и временами взбалмошная, мнившая себя наездницей не хуже кузена, настояла на том, чтобы очередную прогулку совершить на жеребце, известном своим норовом. Разве могла она проигнорировать замечание юношей относительно своих навыков? До определенного момента все шло хорошо, пока напуганное громко треснувшей веткой животное не понесло. Чудом удержавшись в седле и сумев успокоить лошадь, Келлен подняла победоносно голову. Она справилась и никто теперь не скажет, что в платье невозможно держаться в седле столь же хорошо, как в штанах. Обернувшись с довольной улыбкой и не увидев никого рядом, виконтесса еще какое-то время блуждала по лесу, пока не поняла, что окончательно заблудилась. Не иначе, как сами Супруги послали ей навстречу представителя народа холмов. Келлен улыбнулась, отгоняя воспоминания. Сейчас ей нечего бояться.
- Это чудесно. Я ужасно ориентируюсь на местности, - заговорщическим шепотом призналась девушка, отчего было не ясно, говорит она серьезно или шутит, - А Вам присуще чувство направления, милорд?
После того случая, Ленна даже узнала, что положение в пространстве и стороны света можно определять по звездам и солнцу, и если на открытой местности она ориентировалась почти безошибочно, то под кронами деревьев внутренний компас неизменно указывал ей в неверном направлении.
- Это было бы замечательно, Ваша милость, - улыбка, не покидавшая лица фон Эйстир, сейчас растянулась еще шире. Лебедей Келлен любила. Грациозные и величественные, они не покидали полотен художников, с ними сравнивали возлюбленных в стихах, но не столь часто их можно было увидеть вблизи. Обитающие на малолюдных водоемах, эти птицы старались избегать людского общества. Лишь раз или два Ленне удавалось подобраться достаточно близко, чтобы рассмотреть белоснежную птицу. Куда как чаще их можно было видеть, косяками улетающих на юг.

Отредактировано Келлен фон Эйстир (05-05-2017 13:59:29)

+1

7

Желание блеснуть перед девушкой своими талантами возникло внезапно, стихийно, однако Эдмунт сумел его задавить. Последний раз, когда он приукрашивал свои охотничьи похождения перед северянами, это кончилось для него неприятно – попранной гордостью. С тех пор фон Лойте предпочитал не набивать себе цену за счет того, что он сделать не мог, и этот деловой подход себя оправдывал.
   - Я неплохо ориентируюсь по картам, но лес тоже не моя стихия, - с немеркнущей улыбкой сообщил виконт. – Однако здешний парк не чета улвенским непроходимым борам: деревья прорежены, буреломы разобраны, - просматривается далеко. Вот, - Эдмунд снял с себя ремень с подвешенным к нему резным, окованным рогом и протянул юной фон Эйстир, - держите. С его помощью вы всегда сможете дать о себе знать. Полагаю, вы не знакомы с охотничьими сигналами, но если вы отстанете, то он сослужит вам службу.
   Доводить до подобной ситуации фон Лойте не собирался. Он намеревался следить за леди Келлен сам и приказать это своим слугам, дабы они были заняты исключительно приглядыванием за гостьей. Потеряться в таком лесу было действительно сложно, но тем нелепей будет инцидент, если он произойдет, ведь по планам Эдмунда пройти охота должна была идеально: все было оговорено, все скоординировано, все расписано.
   - Вернете в конце дня. Или… если он вам понравится, то можете оставить себе, - отданный рог был образцом искусства мастера, вещью дорогой и статусной, однако виконт был готов с ним расстаться легко и даже испытал робкую надежду, что юная фон Эйстир вернуть его не поторопиться. Делать откровенный подарок Эдмунд не решался, но забыть забрать вещь, которая напоминала бы о нем самом и еще только начинающемся дне, казалось неплохой мыслью.  – И мы непременно заедем к лебяжьему пруду, если у вас останутся на то силы.
   Фон Лойте не стал спрашивать, хорошо ли его гостью держится в седле – встреча на морском берегу однозначно говорила о том, что верховые прогулки для этой девушки вполне естественны и возможно любимы, а потому он просто предупредил:
   - Когда выйдем на след зверя, погоня будет быстрой: быстроногий зверь, борзые собаки. Придется гнать лошадей и возможно долгое время. А сейчас, если вы немного отдохнули, то я предложил бы начать. Летнее солнце долгое, но лучше оставить больше свободы на вечер.

+1

8

- Боюсь, Вы не представляете всю глубину проблемы, - Келлен весело улыбнулась и на мгновение смущенно опустила взгляд. Признаваться в собственной несостоятельности в каких-либо вопросах виконтесса не любила и хотя, безусловно, осознавала, что преуспеть во всех науках не под силу никому, в своих слабостях сознавалась редко и неохотно. Улыбчивому юноше, которого Ленна про себя уже окрестила апельсиновым виконтом из-за слов Нэссы, хотелось доверять. Казалось бы, с момента официального знакомства прошло совсем немного времени, но столько событий уместилось в этот короткий промежуток, что иногда девушке казалось, будто прошло не меньше месяца.
- Он прекрасен, - взяв протянутый рог в руки, Келлен на мгновение замешкалась, проводя пальцем по искусной резьбе. На мгновение мелькнула мысль, что она была бы не против получить что-то на память от виконта Фромм, но тут же была отброшена, - Благодарю, милорд, но боюсь, что не смогу принять столь дорогой подарок.
Губы фон Эйстир тронула извиняющаяся улыбка. И виконтесса тут же поспешила продолжить:
- Дело не в том, что он мне не нравится, - девушка прикусила губу, краснея, - Но не думаю, что это будет правильным. Это может быть истолковано превратно.
Как бы ни убеждала она себя в обратном, виконтесса Эмайн Ард не хотела принимать подарок не столько потому, что так требовали правила приличия, сколько потому, что он преподнесен таким образом.
- Да, я отдохнула достаточно. Давайте начнем, - Ленна повесила рог на шею и улыбнулась, радуясь, что можно более не говорить на эту тему. Воспользовавшись помощью стражника, девушка вновь оказалась в седле и мягко вынула повод лошади из рук фон Лойте, почти ложась на шею кобылы, - Благодарю, Ваша милость.

+1

9

По светлому костяному боку рога вился незатейливый растительный орнамент, заполненный черным лаком, а на металлических пластинах, обхватывающих его края, неслась чеканная охота с всадниками и собаками. Вещица явно понравилась юной фон Эйстир, но она поспешила отказаться от нее, приняв за чрезмерное проявление внимания. Эдмунд был раздосадован ее отказом, однако принял его с улыбкой.
   - Вы правы, наверно это чересчур для тех, кто знаком, по сути, недавно, - согласился он со словами виконтессы, видя по зардевшимся щекам девушки, неуместность своего предложения. – Извините меня, я совсем не подумал, как это выглядит со стороны.
   Толику сожаления фон Лойте действительно испытал, ибо никак не хотел смущать леди Келлен своим поступком. Порыв выскользнул из глубины души и вовсе не таил в себе желания какой-то выгоды, и не преследовал никакой цели – чувство было абсолютно спонтанное и безгранично щедрое. Но теперь, когда оно наткнулось на препятствие, Эдмунд поспешил заточить этого монстра глубже.
   - Если вы перекинете ремень через плечо – скакать с ним будет гораздо удобнее, - счел нужным предупредить виконт, однако все мысли разом вылетели у него из головы, когда юная фон Эйстир подалась к нему с седла за поводом. На какой-то момент мир для фон Лойте схлопнулся до такого простого ощущения, как натяжение ремней поводьев в его пальцах, прикосновения через предмет.
   - У вас глаза, как бренди, - ляпнул Эдмунд, обрывок тягучей мысли, даже не осознавая на первый момент, что сказал ее вслух. Лишь мгновением позже он отпустил повод, преисполненный смущением и пьянящим восторгом. – Простите, сейчас начнем.
   Отведя взгляд, виконт поспешил к своим слугам, поднимая их с мест. Маленький лагерь пришел в еще большее движение; взволновано завертелись собаки, предвкушая охоту. Фон Лойте легко вскочил в седло подведенного ему коня и набрал повод настолько коротко, что статное животное выгнуло тонкую шею не хуже лебедя. Зверь был отцовский, лощеный, с рыжей шкурой, которая при малейшем луче солнечного света отливала золотом. Эдмунд предпочитал выбирать для себя скакунов скромнее на вид, однако сегодня его захлестывало желание покрасоваться.
   - Держитесь возле меня, - вернулся к прежней деловитости виконт, подъезжая ближе к своей гостье, и подал знак старому егерю. Тот шагнул под густую кромку леса первым, и его невзрачная псина пала носом к земле, выискивая след будущей добычи, да с таким рвением, что хрипела от сдавливающего ей горло ошейника при предельно натянутом поводке. Вся кавалькада всадников двинулась за ним следом размеренным шагом.
   - Она завоет, когда возьмет свежий след, - попутно пояснил фон Лойте, ровняя своего коня с кобылкой леди Келлен. Тот взволнованно захрапел от такого соседства, пытаясь то и дело сунуть нос для близкого знакомства, но виконт держал его железной рукой. – И когда будет видна добыча, мои псари спустят борзых. Тогда и начнется самая захватывающая часть. Я слышал, что среди северных семей довольно много крови сидов и семья фон Эйстиров не исключение. Вам должна придтись по сердцу эта забава, ведь сказки рассказывают, что точно так дивный народ охотился и на людей.
   Эдмунд улыбнулся, желая показать, что его слова не более чем простая шутка, которой он решил скрасить размеренный путь через лесистый парк.

Отредактировано Эдмунд фон Лойте (09-05-2017 20:01:26)

+1

10

Ей делали множество комплиментов. Дежурных, продиктованных воспитанием и искренних, и обычно Келлен могла принять их с достоинством. Легкая улыбка, чуть трогающая губы, благодарность - дань вежливости, но этот юноша уже во второй раз заставлял ее смутиться и если в первый раз это было связано с тоном, никак не вяжущимся со словами, то сейчас лишенный возвышенности и метафоричности, не сравнимый со многими, что ей доводилось слышать ранее при дворе, комплимент заставил виконтессу потерять дар речи. Рука, держащая повод на мгновение замерла и Келлен широко распахнутыми глазами смотрела в глаза юноши, не в силах отвести взгляд. Всего мгновение, но ей оно показалось вечностью. Испугавшись собственной реакции, которая ей показалась крайне глупой более, нежели близости и не приличествующего юной леди положения, девушка отвела взгляд, наконец овладевая поводом полностью. Резко выпрямившись, фон Эйстир свободной рукой начала поправлять прическу, хотя все пряди до сих пор лежали идеально. Кэтрин, зная о любви своей госпожи к быстрой езде, зафиксировала их особенно плотно.
Когда фон Эйстир наконец вынырнула из своих мыслей и перестала пытаться проанализировать ситуацию, решив, что ее, несомненно, смутила именно близость юноши и его эмоции, а вовсе не высказанный комплимент, все вокруг уже закрутилось с немыслимой скоростью и девушке пришлось изрядно потрудиться, прежде чем она нашла взглядом знакомые курчавые волосы фон Лойте. Скакун под ним был красив и статен и Ленна тут же выкинула из головы все лишние мысли, с восхищением рассматривая жеребца, который, казалось был соткан из золота. На мгновение другой образ встал перед глазами, заставив виконтессу побледнеть и слишком сильно натянуть повод, отчего кобыла недовольно всхрапнула, возвращая свою хозяйку в реальность. Со времени происшествия на балу прошло слишком мало времени и сколь бы не хотелось девушке не думать об этом, страшные образы время от времени всплывали в памяти, заставляя зябко передергивать плечами.
Вспомнив слова фон Лойте, Келлен перекинула рог через плечо и мягко тронула поводья, двигаясь навстречу виконту Фромм.
- Благодарю, милорд. Постараюсь не отставать ни на шаг, - девушка искренне улыбнулась и перевела взгляд на ищейку, берущую след. Сейчас, когда охота началась, она полностью погрузилась в действо, стараясь не упустить ни одной детали. Шутка ли - виконтесса северного графства в девятнадцать лет впервые увидит таинство охоты. Сколь много она слышала об этом светском развлечении, но все это не могло дать эффекта присутствия. Разве упоминал кто-то о том, как ветер треплет собачью шерсть, о том, какой траектории следует ищейка, выискивая след, как рвется с повода, стремясь скорее выполнить свое предназначение? Столь мелкие детали не упоминал никто, но разве не из них состояло само действо.
- На людей? - услышав о подобном, Келлен оторвалась от наблюдения за псом и повернулась к юноше, не успевая сгладить недоумение и растерянность во взгляде, - Моя бабушка сеидхе, но не думаю, что эти сказки имеют отношение к реальности, виконт.
Когда фон Эйстир увидела на лице собеседника улыбку, ей тут же стало стыдно за свой строгий тон и она тут же поспешила исправиться:
- Полагаете, меня стоит опасаться? - Келлен обезоруживающе улыбнулась, продолжая шутку, начатую виконтом.
В Улвене к сеидхе относились тепло и подобные сказки не были в ходу у детей севера. Лишь единожды Келлен слышала что-то подобное от заезжего барона в Каэр Ревейн, но герцогиня в тот раз мягко осадила говорившего, переведя все в шутку. Родством с народом холмов на севере гордились и толки подобного рода сразу же пресекались, ведь это могло бросить тень на репутацию самих фон Ревейн.

+1

11

Улыбка Эдмунда стала более явной. Юная фон Эйстир вовсе не была глупа, наоборот, в ее речах явственно виднелась рассудительность и пытливый ум, но она казалась при этом оранжерейным цветком,  который не заливал дождь и не рвал ветер. Чужая жестокость и хладнокровие были для нее чем-то из ряда вон выходящим, хотя мир за пределами ее малого опыта, был именно безжалостным. И именно магия сидов кровавее всего разодрала людей на глазах виконта. Но разубеждать свою спутницу, или что-то доказывать ей фон Лойте сейчас не стремился. В какой-то степени ему нравилась в этой девушке именно ее чистота. Она словно бы сошла на грешную землю с каких-то белоснежных цветущих высот и грязь этого мира не приставала к ней. И находясь рядом, Эдмунд чувствовал себя таким же легким.
   - Полагаю, что – да, - ответил он, обращая взгляд вперед, но улыбка его не меркла. – Ведь говорят еще, что сиды способны чаровать людей. И глядя на вас я готов в это верить…
   Слова были произнесены с внутренним волнением, сердце на мгновение сбилось с ритма и предательски застучало быстрее. Быть настолько откровенным фон Лойте не приходилось. Даже в детстве он предпочитал держать свои переживания в себе, не выставляя их, ни давая и малейшей возможности, кому-то догадаться о них. Иначе он чувствовал себя слабым и раздетым перед людьми. Но сейчас разум не владел над его языком.
   Ищейка взвыла, и Эдмунд выслал своего коня вперед, даже не глянув, как приняла его слова леди Келлен. Впереди, меж деревьев мелькнуло светлое пятно – белый самец косули, выпущенный егерями, метнулся от людей в спасительную глубь леса. Виконт неплохо доплатил за редкий экземпляр, которым потом юная фон Эйстир смогла бы похвастаться при возможности. Кто-то из слуг затрубил в рог, и три эстанесских борзых, спущенные с поводков, рванулись следом за добычей в миг обгоняя лошадей.
   - А теперь держитесь! – с азартом выкрикнул фон Лойте и дал своему коню волю, ослабив поводья. Охота понеслась стремительно, быстро оставив позади пеших слуг, и запетляла среди деревьев, следуя за напуганной косулей, которая под час совершала внезапные и резкие скачки в сторону. Но, как и обещался, Эдмунд поглядывал за своей спутницей, что пару раз стоило ему хлестких ударов низких веток по лицу.

+1

12

Первая волна смущения едва успела схлынуть, как тут же Келлен накрыло второй. Эмоции виконта Фромм заставляли сердце предательски сбиваться с ритма, щеки фон Эйстир наливались спелыми яблоками, а на лице вопреки здравому смыслу, который предупреждал об опасности подобного поведения с малознакомым юношей в присутствии такого количества людей, расплывалась широкая улыбка. Келлен прикусила губу, словно в попытке удержать губы в прежнем положении и слегка опустила голову, поглаживая кобылу по шее. Если и в иное время, при других обстоятельствах, Ленна с трудом могла сохранять невозмутимое выражение лица, то с этим юношей и вовсе стиралось большинство тщательно возводимых барьеров. Но не могла виконтесса Эмайн Ард признаться даже самой себе, сколь хрупка ее защита. В который раз рядом с фон Лойте эмпатия играла против нее самой, ведь не будь эти слова подкреплены эмоциями и щеки Келлен рдели бы от возмущения подобным комплиментом. Вой ищейки заставил девушку встрепенуться и вынырнуть из собственных мыслей. Посмотрев в спину мужчины, опередившего ее уже на добрых десять ярдов, Ленна с облегчением поняла, что он не видел ее реакции и привычная улыбка тут же вернулась на лицо, а девушка, тут же выкинув из головы все лишние мысли, пустила кобылу галопом и восхищенно следила за грациозным белым животным, не замечая ничего вокруг, пока он не скрылся среди деревьев, и лишь его белая шкура позволяла замечать мелькание быстрого силуэта, только успевай поворачивать голову. За эстанскими борзыми уследить было еще сложнее и если поначалу фон Эйстир вовсе не замечала то и дело цепляющих ткань платья веток, то одной, мазнувшей девушку по лбу, хватило, чтобы перестать вертеть головой и полностью сосредоточиться на дороге. Спустя некоторое время, впереди послышались возгласы и девушка, оказавшаяся в середине кавалькады, ускорила кобылку, спеша оказаться в первых рядах.

Отредактировано Келлен фон Эйстир (19-05-2017 09:16:31)

+1

13

Лес, в котором шла охота, был старательно прорежен, отчего всадники могли без опаски гнать своих лошадей. Во всяком случае, риск переломать коням ноги, разбить собственные колени о древесные стволы или головы о массивные ветки был сведен к минимуму. Собаки гнали быстроногую добычу проворно, и непременно настигли бы ее уже, будь вокруг ровное поле или луг, но косуля петляла среди деревьев и кустов, отсрочивая неизбежное – борзые были все равно выносливее. Они нагнали белого оленя у одного из прудов, к которому тот кинулся из последних сил, надеясь найти в воде спасение. И пусть собаки были чуть меньше косули, втроем они свалили загнанное животное на землю, вцепляясь в ноги и шею. Хорошо выученные, они не драли свою добычу, лишь крепко держали ее поверженной, ожидая, когда хозяин велит им отпустить и напоит их за работу пущенной кровью. Охваченный ужасом, с широко распахнутыми глазами, олень порывался вскочить, бился, приминая траву и марая сияющую шкуру в водянистой земле, что бы на какое-то время замереть, тяжело дыша, собрать еще немного сил и повторить попытку вырваться. Но псы держали его крепко, широко расставив лапы и гортанно порыкивая от переполнявшего их азарта.
   Азартом были полны и люди. Они съехались к берегу пруда, окружая пойманного зверя, и довольство от скачки переполняло их. Разгоряченные кони под охотниками не желали стоять на месте и пританцовывали, переступали, всего за несколько минут превращая зеленый берег в болотистую грязную мешанину. Но Эдмунд не побрезговал спрыгнуть в нее, наскоро перекидывая повод коня одному из своих слуг. Он торопился получить долгожданный трофей, преподнести его юной фон Эйстир с торжественностью и радостью, с гордостью покорителя бросить пойманного зверя к ее ногам. Это желание было таким же всеобъемлющим, как недавняя попытка неуклюжего подарка. Вот только на сей раз все было виконтом продумано, выверено, просчитано. Этот подарок он выбирал осознано.
   Достав на ходу охотничий нож, фон Лойте присел меж своих собак, велев им отступить косулю, и те послушно попятились, тяжело дыша и вываливая языки. А Эдмунд придавил добычу к земле коленом, наваливаясь едва ли не всем весом на все еще сопротивляющееся животное, и схватил свободной рукой за рога, такие же белые, как вся шкура. Второй рукой виконт поднес к горлу оленя нож, единым взмахом желая его перерезать.

+1

14

Азарт, переполнявший людей вокруг, заставлял и ее сердце биться чаще. Келлен нетерпеливо пробиралась к первым рядам, вытягивая шею, пытаясь заглянуть за головы впереди стоящих всадников. Кобыла фыркала, приплясывая на месте, словно разделяя стремление своей госпожи выяснить, что же произошло. Открывшаяся картина ошеломляла. Сердце пропустила удар и виконтесса остановилась, натянув повод. Мгновения назад она восхищалась грациозностью и быстротой косули, а сейчас псы прижимали зверя к земле, на белоснежной шерсти висели комья грязи, налипшие в процессе неравной борьбы. Тяжело вздымалась грудная клетка и липкий страх стелился по земле, лишь раззадоривая собак. Фигура фон Лойте отделилась от толпы и Келлен как сквозь туман наблюдала, как юноша подходит к предпринимающему еще одну попытку вырваться, зверю, отгоняет собак и прижимает косулю коленом к земле.
- Стойте! - крикнула фон Эйстир, вырываясь из пелены тумана и спрыгивая с лошади. Сапоги с громким хлюпаньем погрузились в мешанину, оставленную копытами лошадей, но сохранность обуви и платья в данный момент мало волновала девушку, чей взгляд был прикован к происходящему на берегу водоема. Мелькнуло лезвие и девушка с ужасом поняла, что виконт Фромм, должно быть, ее не слышал за рычанием собак и подбадривающими криками участвующих в охоте всадников.
Фон Эйстир подобрала юбки и побежала к пруду. Расстояние было не больше десяти ярдов, но Ленне казалось, что она бежит слишком медленно и ни за что не успеет остановить происходящее.
- Остановитесь, прошу Вас! - налипшая на подошвы грязь сделала свое дело и девушка, поскользнувшись, упала на колени, не добежав до юноши каких-то пары ярдов. По щекам ее струились слезы, но Келлен не замечала ни их, ни возмущенных возгласов всадников, оставшихся за спиной.

+1

15

Окрик заставил виконта замешкаться, и он поднял взгляд на бегущую к нему девушку. Непонимание отразилось на его лице, а в душе обеспокоенность: неужели с кем-то что-то стряслось в разгар охоты? Однако такое же недоумение царило среди прочих всадников, и Эдмунд опустил нож, хоть удерживать пусть измотанного, но живого зверя было не так-то просто. Для этого пришлось с силой запроникуть ему голову, выворачивая в неудобное для оленя положение, дабы изворачиваться ему было труднее, и косуля притихла, замерла, лишь тяжело и шумно дыша. Но и спокойную добычу фон Лойте едва не выпустил, когда виконтесса упала. Два противоречивых стремления поднялись в нем: желание помочь и нежелание отпускать трофей. Они боролись друг с другом настолько сильно, что на какое-то мгновение Эдмунд просто оцепенел, глядя как катятся слезы по щекам юной фон Эйстир.
   - Что с вами? – с обеспокоенностью спросил он.
   Леди Келлен поспешили помочь без него: слуги из свиты виконтессы помогли ей подняться на ноги, и только теперь до фон Лойте дошло, что она просила не убивать оленя. Однако осознание этого вовсе не принесло понимания.
   - Если вас смущает вид крови, то вам стоит отойти. Я могу убить его ударом в сердце – так крови будет меньше и он умрет быстрее, - виконт улыбнулся, словно бы предлагал всего лишь нарезать пирог такими кусочками, какие пожелались бы юной фон Эйстир и точно бы это могло ее сейчас утешить. Платье девушки было непоправимо перепачкано, и Эдмунд мысленно отметил для себя, что стоит подарить ей рулоны ткани, которые бы она могла пустить на новое.

+1

16

В ответ на вопрос юноши, Келлен помотала головой. С ней все было в порядке. Чувствуя как служанки тянут ее за предплечья, помогая встать, виконтесса даже не взглянула на них, принимая помощь, не поблагодарила улыбкой, что случалось с ней разве что в моменты глубокой задумчивости. Взгляд был прикован к лезвию ножа на белом фоне. Она не видела за ним даже фон Лойте.
- Ну что же деется-то? Такое платье ведь испортили, - причитала немолодая уже служанка, пытаясь привести подол в порядок, но только лишь больше размазывая грязь. Вторая охала и крутилась вокруг, пытаясь выведать, отчего виконтесса плакать изволит, не ушиблась ли она, на что Келлен лишь рассеянно кивала - слова пролетали мимо, не достигая сознания фон Эйстир, полностью поглощенной разворачивающейся картиной. Наверняка и виконт остался бы не услышанным, если бы не мелькнувшее яркой вспышкой “убить”. Он предлагал ей отойти подальше так, словно надеть перчатки, чтобы не испачкать рук, будто от этого мог измениться результат или смерть белоснежного существа от этого не останется темным несмываемым пятном на ее совести. В отличие от платья, запачкав однажды, ее уже не отстирать, разве что возможно закрыть глаза и сделать вид, будто живописная клякса последний писк рейнской моды. Как она не могла понимать этого раньше, как, поддавшись чужим словам, могла воспринимать охоту, как увлекательное приключение?
Девушка была бледна, как полотно и лишь ярким багрянцем возмущения горели щеки.
- Я никуда не уйду, - нетвердой походкой, вскинув голову так, словно не ради нее это все затевалось, словно не она едва ли не прыгала от радости не далее, как несколько часов назад, виконтесса подошла ближе, - Не делайте этого. Я не хочу, чтобы Вы его убивали.
Голос фон Эйстир осип от недавних криков и дрожал. Как не пыталась девушка, слегка успокоенная тем, что немедленная казнь откладывается, сохранить лицо, получалось это у нее крайне плохо. Да и был ли в том смысл после недавнего представления? Холеные руки сжимались в кулаки и заметно дрожали, на лице, лишенном и тени улыбки, застыла мрачная решимость, уже знакомая виконту по встрече в Эмайн Ард.

+1

17

Будь на месте юной фон Эйстир кто-то другой, приказные нотки в отзвучавших словах были бы восприняты Эдмундом в штыки в схожей ситуации. Но сейчас виконт видел, как бледна девушка, как подрагивают ее руки, и сколько сил ей требуется, чтобы держаться. Точно такой же она была несколько лет назад в злополучной лавке – сейчас фон Лойте вспоминал это особенно ярко: тот же взгляд, то же желание заступиться за другого, то же зажатое бессилие. Похоже чужие страдания глубоко трогали ее, человеческие ли, животные.
Эдмунд искренне не понимал жалости к добыче, на которую охотятся веками, которую веками подают к столу, но испытал сожаление, что столь тщательно приготовленный подарок оказался неуместен и отвратен. И вместо того, чтобы принести виконтессе радость, он принес лишь разочарование. Фон Лойте стало неловко от того, что столько глаз сейчас смотрят на его провал. И пусть все они были всего лишь слугами, взгляд каждого из них прибивал его к земле, точно он был напортачившим мальчишкой. Хотелось отослать всех вон, немедленно. Прочь.
   - Как пожелаете, -  виконт поднялся, отпуская злосчастного белого оленя, но не поднял головы. Косуля еще какое-то время лежала, тяжело дыша, и словно не понимала, что получила свободу. Однако резкое движение, с которым Эдмунд вложил нож в ножны, заставило ее резко подскочить. Ошарашенный зверь, метнулся в сторону, но не увидел для себя выхода, окруженный всадниками и подскочившими следом собаками. Фон Лойте приказал тем оставаться на месте, но олень уже бросился в пруд.
   Ослабшие от длительного бега ноги, вязли в болотистом дне и косуля даже пару раз упала на отмели, но тут же вставала, чтобы двигаться дальше к маячившей перед ней свободе на противоположном берегу. Вот только сил доплыть у нее уже не было, и белоснежный зверь начал тонуть.
   Эдмунд взглянул на это лишь искоса, через плечо и глубокое мрачное равнодушие поднялось из его сердца, чтобы поглотить недавние переживания, как воды пруда поглощали загнанную косулю.
   - Когда Двое призывают чью-то душу, вы ничего не можете с этим поделать, - холодно объявил он.

+2

18

Виконтесса тяжело вздохнула и слабо улыбнулась фон Лойте, который отпустил бывшего когда-то белоснежным, зверя. На мгновение сожаление, мелькнувшее в эмоциях юноши, заставило отвести взгляд. Понимание того, что ради нее все это затевалось, было проведено столько подготовительных мероприятий, накрыло с головой и от этого становилось стыдно. Безусловно, косулю было жаль, но и злость на виконта мгновенно отступила под натиском эмоций, оставив за собой лишь сожаление испорченным днем и настроением участников сего действа, но даже сейчас, возвращаясь к моменту поимки животного, фон Эйстир понимала, что не могла поступить иначе, не могла отвернуться, закрыть глаза и ничего не предпринимать, зная, что происходит.
- Спасибо, - выдохнула виконтесса и отвернулась.
Келлен смотрела на попытки косули добраться до противоположного берега с изумлением, не зная, что ей делать - сейчас она ничем не могла помочь несчастному зверю. Подбежав к кромке воды, намочив сапоги, она сжимала кулачки, словно это могло хоть как-то изменить происходящее. Животное начало тонуть и робкая улыбка, до сих пор еще трогавшая губы, померкла окончательно, брови нахмурились. Еще несколько мгновений, после того, как рога ушли под воду, Келлен вглядывалась в водную гладь, ожидая, что косуля вновь появится на поверхности, но чуда не происходило и фон Эйстир, поняв что все кончено, обессилев, осела в воду. По щекам бежали слезы, и девушка закричала, заплакала навзрыд, стуча по поверхности воды, не в силах изменить произошедшее. Так, как плакала разве что после того, как умерла ее любимая собака. Так, как не плакала даже после смерти матери. Все это казалось какой-то чудовищной ошибкой, которую она должна была исправить. Хотела. Но не могла.
- Вы говорите, что на все воля Двоих? - фон Эйстир обернулась к юноше, сверля фон Лойте тяжелым взглядом, - Разве не Вы и я, не мы все виновны в том, что произошло? Не будь косуля так измотана погоней, разве она бы утонула? Да полезла ли бы вообще в воду?
Виконтесса Эмайн Ард злилась более всего на себя, но ярость от собственного бессилия поднималась и выплескивалась наружу, расходясь волнами по поверхности.
- Может, проверим, что Двое скажут насчет меня? - с этими словами девушка встала и пошла в воду.

+1

19

Эдмунд впервые видел чтобы кто-то так переживал за живое существо, даже не человека, не собаку, с которой сродняешься за годы, а просто за дичь, которую боги и сотворили для того, чтобы на нее охотились. Леди Келлен не казалась глупой, но неужели она не понимала в чем сама суть охоты, когда соглашалась на нее? Сейчас она казалась ребенком, которого настигло осознание, что его шалость вовсе не игра, а действие непоправимое, от которого нельзя отряхнуться и сказать, что все было понарошку. И виконту стало жаль свою спутницу. Переживания о собственном положении отступили, и фон Лойте незаметно для себя сосредоточился на том, что сейчас чувствовал другой. Абсолютно несчастная и бессильная, виконтесса плакала в голос, сидя у берега в мутной воде и пара ее служанок квохтала рядом, призывая ее подниматься и подумать о платье, и присутствующих. Но юная фон Эйстир не слышала их.
   Эдмунд наблюдал, как подрагивают ее плечи, и какое-то время даже не мог для себя понять, насколько это все настоящее – так он привык к картинным слезам своей сестры. Но осознав всю глубину искренности, не мог решить бесконечная ли это глупость или чистейшая невинность души. Леди, оплакивающая даже самую малую мертвую пташку, была образом поэтичным, живущем лишь на книжных страницах и в песнях менестрелей. А теперь, обидевшись на фатальные слова, заплаканная и злая, бросалась в воду следом за утонувшим зверем.
   На мгновение страх сжал сердце фон Лойте, и лишь запоздало ум подсказал, что вовсе девушка не утопнет. Кто ей позволит? Но первый же бросился предотвращать. Он оттолкнул в сторону бесполезно причитающих служанок, которые все еще пытались словом образумить свою госпожу и молча, и решительно догнал в воде безрассудную виконтессу. Подол ее платья обильно намок и отяжелел, а илистое дно пруда хватало ноги при каждом шаге. Эдмунд бесцеремонно схватил юную фон Эйстир сначала за локоть, а после не без труда поднял на руки – леди Келлен покидать пруд очень не хотела.
   С берега со стороны наемников, так и не спустившихся с седел, послышались фривольные комментарии.
   - Успокойтесь уже, - железным голосом потребовал виконт, когда идти с ерзающей девицей на руках по вязкому дну стало совсем невозможно.
   Навстречу бросился охранник виконтессы.

+1

20

Шаг, второй. Фон Эйстир шла и намокший, грязный подол бил ее по ногам, лип к телу и затруднял передвижение. Не помогали этому и быстро набравшие воды, потяжелевшие короткие сапожки, увязающие в тягучем иле. Один из них слетел, увязнув в глине и девушка на мгновение замешкалась, пытаясь нащупать ногой пропажу. Она не думала о том, зачем она это делает и что это может дать, равно как и о том, что она и кому может доказать. Не трогало ее и то, что она умеет плавать, но слетевший с ноги сапог отчего-то ей показался очень важным. Почти надев его обратно на ступню, девушка ощутила резкий рывок сзади и коротко взвизгнула, едва не упав. Развернувшись, она недоуменно посмотрела на стоящего позади виконта. Злость, почти охлажденная злосчастным сапогом, вновь поднялась с глубин и Келлен резко дернула рукой, но тут же была подхвачена юношей на руки. Сапог оказался тут же забыт и виконтесса Эмайн Ард, которую тот факт, что ее остановили, что так беспардонно обращаются волновал, казалось, даже больше репутации, начала вырываться.
- Что Вы себе позволяете? Сейчас же отпустите! - Келлен стукнула юношу по спине, и хотя едва ли она могла похвастаться физической силой, едва ли фон Лойте мог избежать парочки синяков, оставленных женскими руками. Сама же она сейчас боли не чувствовала, вся кипя от возмущения. Возгласы наемников, которые наконец были услышаны, заставили фон Эйстир густо покраснеть и виконтесса даже на мгновение притихла, чтобы затем начать вырываться с новыми силами.
Голос юноши, в котором звучали новые, еще неизвестные Келлен ноты, заставил вздрогнуть и посмотреть хмуро, недоуменно. Однако же, требуемого эффекта ненадолго фон Лойте сумел добиться - опешив, едва не задохнувшись от подобной наглости и тона, которым это все было сказано, фон Эйстир притихла. Холодный подол лип к ногам и лишь сейчас девушка почувствовала, что замерзла, смогла осознать всю глупость подобной затеи. Скорее всего, если бы виконт Фромм ее не остановил, она сделала бы еще несколько шагов и сама отказалась от столь самоубийственной для того, кто не умеет плавать, затеи, но даже этого ей позволено не было, и Ленна злилась от того еще больше. Подбежавший охранник протянул было руки, по всей видимости, намереваясь вырвать из рук неприятеля свою госпожу, но был остановлен хмурым взглядом последней.
- Я в состоянии идти сама. Прошу Вас отпустить меня, виконт, - девушка старалась не смотреть на фон Лойте, не уверенная в том, что сможет удержать хмурое выражение лица и не залиться румянцем от возмущения ситуацией, в которую попала.

+1


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Трубят рога - скорей, скорей...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC