Рейнс: Новая империя

Объявление

15 июля — 15 августа 1558 года

После неожиданной кончины Верховного Триарха Эйверской Лиги и убийства императора Эстанеса в Рокском море снова неспокойно — страны замерли на грани новой масштабной войны. Рейнская империя захвачена внутренними проблемами: политическими и магическими, на Севере по-прежнему сеидхе ведут войну со своим древним врагом, и в этой войне люди страдают больше всех.
Азалийские острова тревожно ждут нападения со стороны Эстанеса, в то время как все остальные еще только решают, вмешиваться им или нет. В общем, все очень плохо.

избранная цитата

"Люди используют идею первородного греха для того, чтобы подчинять себе других, тогда как любой человек рождается со свободной волей, и боги не властны выбирать за него путь. К примеру, в священных текстах говорилось о том, что супруги должны быть верны друг другу, однако же по замку бегало с десяток бастардов. Святые отцы не скупились на слова о том, что господа должны быть добры и справедливы к своим слугам, но не случалось и дня, чтобы старший брат не избил кого-нибудь из челяди без вины. Жизнь всегда несправедлива.

Марселина де Сарамадо, "Зачем еще нужна жена"

разыскиваются

Ленарт ван дер Хейден

ректор магического Студиума

Лианнан ап Артегал

племянник короля сидов

невеста герцога Брогге

девушка на выданье

Хавьер де Сарамадо

претендент на эстанский трон

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Несыгранное » Мечи звенят и искры мечут


Мечи звенят и искры мечут

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Время: 10 сентября 1558 г
Место: турнирный лагерь под стенами Рейнса
Погода: ясная, теплая
Участники: Хельберт фон Ангелар, Эньен фон Эмеан и нпс
Описание: большой императорский турнир в самом разгаре. Время для благородных безумств и подлости.

Отредактировано Эньен фон Эмеан (13-11-2017 16:59:42)

0

2

[indent] Размах турнира впечатлял, как и количество участников, выказавших желание столкнуться на ристалище в дни императорской коронации. Огромная праздничная столица попросту не вмещала всех, и поединки были вынесены за пределы городских стен. Здесь было огорожено несколько площадок, выстроены трибуны и раскинулся целый палаточный лагерь, где отдыхали рыцари со своей свитой и лошадьми.  Все было разукрашено лентами, живыми цветами, императорскими штандартами и личными гербами участников. Играла музыка и здесь же на открытом воздухе готовилось мясо и множество закусок для господ. Изо дня в день стояла бытовая суета, работали кузнецы, шорники и оружейники: перековывались кони, выпрямлялись вмятины и зазубрены, правилась конская амуниция. Вместе с музыкой над лагерем летел металлический перезвон и нескончаемые окрики.
   Эньен был опьянен этим действом, был опьянен столицей. Он все еще до конца не верил, что стал императорским сыном, что все происходящее не дивный сон. Нет, он, конечно, желал своему отцу удачи и благословения Супругов на выборах, но никак не представлял себе реального успеха. Но вовсе не почет и обилие внимания притягивали виконта в новом положении его семьи, а возможность увидеть большее. Не стань отец императором, он бы никогда не взял сына на столь грандиозный турнир, и Эньену пришлось бы еще долго довольствоваться внутренними графскими турнирами среди посредственных бойцов. Упустить свой шанс юноша не мог.
   Его место в эти дни было на императорской трибуне, самой яркой, самой высокой, рядом с Его Императорским Величеством и иными почетными гостями. Но виконту на ней не сиделось. Пользуясь тем, что его еще плохо знали в лицо, он разгуливал среди боевых площадок, успевая охватить вниманием не только главные поединки, но и все второстепенные, замышляя при этом непозволительное. Еще в первые дни предшествовавшие празднику, Эньен велел своему слуге, с которым был одногодкой и разделял общность юношеских интересов, вписать себя в число участников под именем сэр Леонхард фон Окке – безземельный рыцарь. Всю последуюшую ночь они тайком рисовали вымышленный герб с прыгающим золотым львом, и подбирали доспехи на невеликий мальчишеский рост. И вот все было готово.
   Сложнее всего было объяснить свое отсутствие на трибуне, ибо врать виконт не умел и не желал, а потому сказал лишь полуправду, что желает посмотреть весь праздник. Уже гораздо проще было отделаться от навязанной охраны, потерявшись в огромном людском море. И совсем просто не выдавать себя, переодевшись в одежды более простые, но все еще подобающие дворянскому облику.
   - Думаете, Ваша матушка вас не узнает? – беспокоился слуга, помогая молодому господину облачаться в турнирные доспехи.
   - Думаю, моего умения не хватит дотянуть до финальных поединков, которые пристало видеть императорским глазам, - беззаботно улыбнулся виконт, смирно стоя под покровом палатки, пока затягивались ремни. – Не уверен, что мне придется снимать перед ней шлем, как победителю.
   -  Вы намного лучше, иных, кого мы здесь видели, - попытался подбодрить господина слуга.
   - Но не лучше лучших, - все так же с улыбкой ответил Эньен. – В книгах говориться, что учиться нужно у тех, кто сильнее. Этим мы и займемся. Ты закончил? Выводи коня. Скоро будет наша очередь.

+2

3

[indent] В новых турнирных доспехах, начищенных до отражения в кирасе солнечных осенних лучей, шлеме с яркими, помпезно развивающимися пышными перьями красного и белого цветов Анхальса, маркиз был хорош. Не менее прекрасен был и его конь, молодой горячий жеребец, выращенный и объезженный в герцогских конюшнях специально для наследника,  под попоной тех же цветов с всхрапыванием взрывающий копытом утоптанную землю ристалища. Оруженосец сновал вокруг, под пристальным взглядом молодого маркиза натирая, подтягивая, поправляя, отряхивая и снова подтягивая.
[indent] Это был не просто рядовой турнир в честь праздника моря, урожая и чьих-то именин. Такого размаха столица не видела уже очень, очень давно, а в столице знали толк в ши роких празднествах. Турнир в честь коронации Императора Арьена фон Эмеана обещал стать незабываемым, как по роскоши устройства, так и по количеству желающих проверить рыцарскую доблесть. Но было и ещё одно, отличавшее этот турнир от всех тех, в которых уже довелось участвовать Хельберту. На нём присутствовал сам герцог Анхальса, Гидеон фон Ангелар, почётным гостем восседающий на императорской трибуне, чтобы ни у кого не возникало сомнений, что Анхальс един в своей поддержке власти.
[indent] Это не говорилось вслух, но витало в воздухе так явно, что не требовало слов. Отец ждал от него только победы, в этом турнире он не имел права проиграть.
[indent] Хельберт нервничал, хотя и тщательно скрывал это и от герцога, и от слуг. Он уже успел завоевать звание достойного противника и бойца, и считалось, что он только рад выйти на ристалище, доказать всем своё превосходство  и защитить честь фамилии. Побеждать и быть лучшим Хельберт любил, но этот турнир был для него особым сражением. Остальные рыцари ничего не теряли, выходя на бой, он же рисковал мнением отца о себе. Будущий наследник обязан выигрывать.
[indent] -Ты закончил? - одёрнул он оруженосца, невысокого, но складного юношу лет на пять младше него.
[indent] -Да, Ваша Светлость, - закивал головой тот, поднося последнее, что осталось надеть, шлем. Хельберт поморщился, глотнул напоследок воды из поднесённого кувшина, и подставил голову. В помпезном турнирном шлеме обзор был, как из мышиной норы, и маркиз старался запомнить всё заранее, на всякий случай.

[indent] И вот противники стояли друг напротив друга, разделённые канатом. Копья, мечи, кони, всё было тщательно осмотрено герольдами и признано годным к состязанию. В этом бою его противником был неизвестный ранее сэр Леонхард фон Окке, безземельный дворянин, герб которого он видел тоже в первый раз. Впрочем, неизвестность противника ни о чём не говорила, рыцари прибыли со всех концов империи, и расслабляться было нельзя. Любой неизвестный рыцарь мог оказаться мастером своего дела, да и он сам, не без некоторой гордости, ещё недавно тоже был никому не известен.

+1

4

[indent] Доспех Эньена не сиял, несмотря на все старания слуги. Вмятины и царапины от тренировочных боев покрывали стальные пластины, делая амуницию неприглядной на фоне более пышных облачений оппонентов. Но другого подходящего доспеха у виконта не было. Рискни он облачится в парадные латы – его тут же признали бы по ним. А потому приходилось довольствоваться иным, но юноша не жаловался, куда важнее для него была сама возможность участия. Это был шанс сойтись с рыцарями, с которыми в иное время и при иных обстоятельствах, подобное было бы невозможно и в силу возраста и в силу теперешнего статуса.
   Коня Эньен так же взял своего учебного. Возраст жеребца не так давно перевалил за середину лошадиной жизни, и зверь уже не отличался ретивостью, разменяв былую горячность на опыт и вдумчивость. Он все еще был крепок, с проступающим через кожу рельефом мышц, но уже сменил смолисто-серый окрас на седину, что делало его торжественно белым.  Пошить попону в цвет выдуманного герба двое заговорщиков не успели, а потому зверь был защищен попоной в виде сетки из широких кожаный ремней – конским легким доспехом, каким пользуются иногда кирасиры в регулярных войсках. Вещь безликая и бывалая.
   Сквозь смотровую щель турнирного шлема фон Эмеан видел скверно, но дело это для него было привычным. Он уверенно сидел в седле, и уверенно держал копье. Этот поединок уже был торжеством для Эньена – против него стоял маркиз Файрбрукса, человек уже изрядно прославленный и за чьими боями виконт несколько раз с восхищением наблюдал сам. Но благоговения не было, не было ропота в сердце и смятения в уме. Напротив был человек, который мог научить, и  в поединке с которым стоило выложиться на полную, чтобы для себя уяснить собственную стоимость.
   - Удачи вам, милорд, да помогут вам Двое! - пожелал служка, отпуская уздечку коня и ныряя в сторону.
   - Ага, - рассеяно отозвался молодой господин уже более сосредоточенный на своем противнике, чем на том, что происходило под боком. Знак к началу был подан, и Эньен с места пустил коня в галоп. Зверь привычно и уверенно вылетел из своего спокойного положения, точно поднятый собаками королевский олень – столько грации и достоинства было в бывалом жеребце. Его хозяин крепко сел в седло, ожидая привычного резкого толчка от удара копий. И вот через мгновение раздался треск переломленного дерева.

Отредактировано Эньен фон Эмеан (07-12-2017 17:45:37)

+1


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Несыгранное » Мечи звенят и искры мечут


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC