Рейнс: Новая империя

Объявление

15 сентября — 31 октября 1558 года

Война за влияние в Рокском море в самом разгаре: Эстанес принес огонь и меч на Паро. Рейнс охвачен собственными проблемами: сразу после выборов императора сидхе предъявили претензии на часть северной имперской земли. Эйверская лига связана во внутреннем море конфликтом с Дилвейном, который грозит вылиться в полномасштабную войну. Если только сам Дилвейн не погрязнет в усобицах с аргелльцами.
В общем, все идет привычным чередом и порядком. Кроме того, что пришел черед богов вмешиваться в людские судьбы. В таком случае, скучно не будет. И в стороне не остаться никому.

избранная цитата

"Что может привести солидного чародея в публичный дом? Оттенберга туда вела нужда в деньгах. Ах если бы он знал, сколько получают распутные девки, то сильно бы задумался. Но и без этого он давно убедился, что чистая наука дело малоприбыльное, в отличие от торговли".

Вальтер Оттенберг, "Хитрый лис и верный пес"

"Не Бездна расширяет границы, срывает замки: сама ты решаешь, когда отступить от привычного шаблона”.

Меррин фон Адель, "Я силой истины завоевал вселенную"

"Стоит только обнаружить что-то ценное, – сразу начинаешь бояться это потерять".

Гектор Меса, "Цена земных сокровищ"

"Грех не есть источник одержимости. И уж тем более, не его следствие. Это придумали те, у кого на блуд и выпивку денег не хватало".

Хельм ван Эгераат, " Ars Moriendi"

"Строение не вписывалось в скромное окружение Эль Морона. Будто ветер-проказник принес дом из-за моря и аккуратно поставил в чистом поле, а уже потом, вокруг, разрослась деревня. Деревня беднела, а дом рос, обрастал, жирел. Здесь водились хоре. А хоре сестринству были нужны, очень. Хоре — и не только; но ведь и ножи, и люди стоят денег".

Инес Аньес, "Quien si no yo"

"Людской род всегда недостаточно сильно ценил силу крови, не думали младшие о том, что в каждой капле ее хранилась память, которую невозможно было вычеркнуть из истории".

Иннис ап Ллиар, "Тени исчезают в полдень"

"В самые темные дни люди хватаются за чудо, но толпа, охваченная страхом, способна растоптать ненароком и его".

Морвенна Альмейн, "Там, где найдешь..."

"Где малефик там жди беды, где двое – катастрофы. Разве не об этом шептали детям перед сном?"

Ламех Сафарди, "Внизу земля - падать больно"

разыскиваются

Лина де Мейер

чародейка, исследовательница

Пабло де Кордова

дезертир

Серен фон Ревейн

маркиза Улвенская

Фа Вэй

шиноби

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Dios desea lo que quiere la mujer.


Dios desea lo que quiere la mujer.

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Время:
Март 1545 года
Место:
Корвола
Погода:
Тепло и солнечно
Участники:
Мерседес и Адриан
Описание:
Семейная жизнь продолжается... кажется прелестная сеньора Собраре успела войти во вкус?

+1

2

Проснулась Мерседес этим утром с первыми лучами солнца, но вовсе не по той причине, что она успела выспаться за то время, которое провела в полусладкой неге сна и уюта, обретенного человеком под мягким одеялом и на не менее мягкой подушке, в которой голова словно утопает во время сна в сказочном мире сновидений. Ребенок, которого она носила под сердцем вот уже со средины осени этого года, решил, что ему уже надоело лежать в одном положении, и ощутимо повернулся внутри нее, словно упитанная кошка, перевернулась в корзине с одной сторона на другую. В действительности, такая активность будущего наследника состояния Собраре, несколько обеспокоила Мерси, что сразу же уселась в постели, положив ладонь на свой округлый живот, который в последнее время стало просто невозможно скрывать даже под специально сшитым на заказ платье. Она прошлась ласково по своему животу несколько раз, словно пытаясь успокоить своего беспокойного малыша, пусть даже он уже не поворачивался внутри нее так существенно. Повернувшись через плечо, женщина посмотрела на спящего мужа, что вопреки настоятельным советам своей матушки не покинул спальни своей супруги. Он находился при ней с того самого времени, когда она только огласила о своей беременности, а повитуха только подтвердила догадки молодой невестки семейства банкира, которую уже готовы были обвинить в том, что она была бесплодна. Об этом она как-то краем уха услышала за завтраком, на который спускалась без особенного энтузиазма – стала невольным слушателем разговора отца с сыном, в котором сеньоре Собраре, матери Адриана, отводилась роль молчаливой поддержки воли главы семейства. Хуже всего было, пожалуй, только то, что каждый из них по-прежнему считали, что Адриану лучше было выбрать младшую из дочерей графа де Берги. О том, что в семействе Собраре уже говорили на эту тему, Мерси поняла по тому, как звучали слова банкира и его жены, брошенные словно невзначай. Поэтому, во время беременности Мерседес предпочитала оставаться наедине с собой и своим маленьким сокровищем за завтраком. Благо, у нее был хороший аппетит, который лишь зимой портило недомогание, доставившее ей немало неудобств.
Тихо поднявшись со своей постели, Мерседес подошла к небольшому столику, на котором прежде всегда стоял кувшин с вином и парой бокалов, из которых частенько утолял жажду Адриан, не забывая давать угоститься благородным напитком своей супруге. В особенности в первые их совместные ночи, когда между ними еще сохранялось напряжение. Теперь же вместо вина на столе находился кувшин с водой, подслащенной медом, который так нравился темноволосой сеньоре, любившей утолить свою жажду среди ночи и дня. Воду в кувшине принесли служанки поздним вечером перед самим сном, так что за то время, когда сеньора де Собраре провела во сне, не успела нагреться и несла в себе сладкую прохладу и свежесть, которой так не хватало женщине. Утолить свою жажду Мерседес попыталась тихо, чтобы не потревожить сна своего благоверного, прекрасно понимая, что на него ожидает впереди насыщенный встречами день, тогда как она проведет еще один день в его доме, в окружении услужливых слуг и заботливой свекрови, которая была готова сослать невестку в монастырь во благо счастливого разрешения долгожданным наследником. Однако, остановившись возле окна, которое она немного приоткрыла, впуская рассветную свежесть вовнутрь комнаты, где ароматно пахли духи и масла, которыми пропитались эти стены.
Убрав волосы на бок, женщина постепенно, даже не отдавая себе отчета, начала заплетать из них косу, что темным бременем спускалась к ее груди, пока она размышляла о предстоящем будущем, что ожидало на нее уже через пару месяцев или даже раньше. Тревожило ее осознание той правды, что беспокоит, пожалуй, каждую эстанку: а что, если не наследник, а девочку она приведет в этот мир? Мальчик – причина для гордости своего отца, тогда как девочка – всего лишь очередное отродье Асгарты. Наверное, только Мерседес с Марианой посчастливилось быть любимыми дочерьми для своего отца, который души не чаял в своих детях, страдая от вынужденной разлуки со своей соблазнительной женой, преждевременно покинувшей этот бренный мир.
Когда Мерседес услышала, как ее супруг поворачивается на другой бок, словно намереваясь обнять ее во сне, она поспешила вернуться в постель, где сразу же взялась объяснить свое раннее пробуждение: - Все хорошо, я хотела только пить. Жажда замучила и духота…

+1

3

Некрасиво хвалить самого себя... но у Адриана были все основания быть чрезвычайно довольным собой, когда он вернулся домой накануне вечером с одной очень важной встречи. Собственно говоря, Собраре как обычно, совместил приятное с полезным нанеся визит вежливости старому знакомому сеньору де Руису, в доме которого нынче был назначен деловой ужин. Старик все же решил расширить свое дело и собирался взять основательный займ именно в банке Собраре, чего конечно же нельзя было упускать. Отец приказал Адриану довести грядущую выгодную сделку до финального завершения, но хитрый банкир не был бы самим собой если бы не провернул два выгодных дельца за один раз. В доме Руисов часто бывал еще "неудачник" благородного происхождения - некий Риварес, дворянин чье семейство многие годы занималось поставками леса и постройкой кораблей. И как часто бывает, сеньор этот ни черта не смыслил в своем семейном бизнесе, полностью полагаясь на умного и можно даже сказать ушлого управляющего. Для того чтобы устроить банкротство Ривареса требовалась особенно хитроумная комбинация и потому Адриан решил познакомиться с этим сеньором лично, чтобы решить как лучше будет действовать.
-Я рад узнать, что ваши дела идут хорошо, сеньор Руис, -улыбнулся Собраре, когда гостеприимный хозяин протянул ему чашу старинной работы со сладким летним вином. -Должен заметить, что ваше вино просто великолепно. Надеюсь, что когда-нибудь в обозримом будущем наш виноградник сумеет составить вашему достойную конкуренцию.
-Нисколько в этом не сомневаюсь, -ответил Руис. -Давайте поговорим без лишних предисловий, сеньор Собраре? Вы пришли ради выгодной сделки... и я готов заключить ее, но...
-Но? Полагаю, вы что-то хотите получить взамен? -поинтересовался Адриан, усевшись напротив Руиса в удобном кресле. -Я пока что ничего не могу вам обещать, пока не услышу о чем идет речь.
-Как вы понимаете, займ который я собираюсь сделать принесет вам не только прибыль... после того как я стану сотрудничать с вами, люди что работают со мной тоже обратят на ваш банк внимание. А хороший банкир никогда не упустит возможности приумножить свой капитал... предположим, я даже шепну некоторым из них, что банк Собраре самый честный и надежный вариант? -продолжил тем временем Руис. -А от вас мне нужен сущий пустяк. Поговорите с молодым графом де Берги - мой старший сын увидел сеньориту Мариану и потерял покой. А граф и слышать ничего не желает о подобном союзе.
-Неужели? -усмехнулся Собраре. Да уж, его бывший друг никогда не блистал интеллектуальными способностями, чего уж там греха таить... и мог бы заручится поддержкой Руисов, подороже продав руку Марианы, но почему-то не стал этого делать. -Мне казалось, что любой брак будет хорош для девушки у которой нет за душой приданого и я не понимаю на что рассчитывает Лауреано, отказывая вам. Он не голодает и живет  своем родовом доме только благодаря мне.
-Вы ведь знаете, сеньор Собраре, что меня не особенно любят в Корволе? Для многих представителей благородных домов я всего лишь жалкий торгаш, променявший родовую честь на звонкую монету. Но я знаю, что вы человек незаурядного ума и хитрости и потому прошу вас о помощи, -ответил Руис, отсалютовав своей чашей собеседнику. -У вас замечательный брак и как я слышал от вашего уважаемого отца, скоро будет прибавление в семействе. Я хочу чтобы мой сын тоже был счастлив и уверен что сеньорита де Берги составит ему самую лучшую партию. Помогите мне в этом и я обещаю, что грядущий займ будет лишь началом нашего успешного сотрудничества.
-Хорошо, я подумаю над тем как уговорить моего доброго друга и родственника, -хитро улыбнулся Адриан. -Но мне понадобится некоторое время для того чтобы все устроить, а между тем мой отец хотел бы устроить сделку с займом уже сейчас. Вам будет достаточно моего слова?
-Вполне. Я знаю что наше сотрудничество будет полезным для нас обоих... так что не вижу смысла заключать какие-либо договора на бумаге, -кивнул Руис. -Сестра вашей супруги будет принята в моем доме со всем почтением и уважением и получит любящего и что немаловажно... состоятельного мужа. К тому же, мой сын не занимается торговлей и благосклонно принят при дворе, так что возможно вскоре получит там более чем выгодную должность. Это, без сомнения, принесет пользу всем нам.
Итак, сделка почти что была завершена и остаток вечера Адриан провел, понаблюдав за сеньором потомственным кораблестроителем. Чтобы заставить этого человека потерять полученное наследство надо было придумать особенную комбинацию... но для этого Собраре пока что не хватало нужной информации - но зато был человек, который мог ее собрать, быстро и без помех.
Приказав верному Мигелю последить за Риваресом, банкир вернулся домой когда было уже достаточно поздно. Мерси уже успела лечь спать и Адриан улегшись рядом с сонной женой, постарался не разбудить ее. Он хорошо знал, что завтрашним утром, матушка вновь прочитает ему лекцию о правилах приличия, о которых ее сын совершенно позабыл. Мужчина ведь не должен проводить ночи в спальне своей жены, когда она в тяжести, чтобы она самым благопристойным образом могла подготовится к рождению ребенка... но где уж там? Донна Эсперанца могла лишь тяжко вздыхать и надеяться на то что домашняя челядь не будет слишком болтливой.
Ну а что же Адриан? Он прекрасно выспался и проснулся, услышав что Мерседес уже не спит. Как оказалось, прелестную сеньору замучила жажда, что было совершенно неудивительно в ее интересном положении.
-Ты точно хорошо себя чувствуешь? -Адриан нежно поцеловал жену и забравшись своей ладонью под ее длинную ночную рубашку, погладил ее округлый живот. -Любовь моя... мне нужно поговорить с тобой кое о чем очень важном. Знаю, что с утра пораньше не принято говорить о делах... но я не могу не посоветоваться с тобой и мне просто не терпится тебе все-все рассказать.
Пожалуй можно было было сказать что гордая дочь графа де Берги значительно изменилась за время проведенное в замужестве... и естественно, Адриан не мог не чувствовать все эти разительные перемены. В самом начале семейной жизни, Мерси позволяла ему быть с ней как мужу, покорившись собственной судьбе и понимая что у нее нет иного выхода. Так было какое-то время, однако после того как Мерседес понесла дитя, в ней словно что-то изменилось и она дарила себя Адриану с такой же страстью как и он дарил себя ей. Немудрено что при таком раскладе, Собраре не особенно хотелось ночевать в отдельной спальне, наплевав на все возможные правила приличия при этом?
Вот и сейчас, прежде чем ответить своему мужу, Мерси первым делом притянула его ближе для более откровенного и приятного поцелуя, который крайне бесцеремонно был сорван маленьким озорником, решившим снова напомнить о себе своим родителям.
-Ничего себе... он так сильно толкнулся.., -улыбнулся Адриан, ощутив более чем весомый толчок в свою ладонь. -Бедная моя... давай я попробую его успокоить? И заодно расскажу тебе что хотел.
Успокаивал свое драгоценное чадо хитрый банкир с помощью очень приятного массажа, который тоже наверное можно было назвать неприличным? Но так или иначе, малышу прикосновения и нежные осторожные поцелуи нравились ничуть не меньше чем его матери, не говоря уже о том что порядком заводили ее. Поэтому Адриан не стал медлить, обнажив округлый живот Мерси и прикоснувшись к нему губами.
-Я вчера встречался с сеньором де Руисом.., -начал свой рассказ Собраре, поглаживая живот любимой супруги и поведя своей ладонью вниз. -И он сказал что посватал твою сестру за своего сына и получил отказ от Лауреано. Между тем его сын скоро станет не последним человеком при дворе - а мы могли бы извлечь из этого пользу. К тому же, младший Руис не стар и очень богат... я думаю что нужно помочь ему жениться на Мариане. 

+1

4

Вряд ли Мерседес стоило жаловаться на то, что ей стало душно среди ночи и ее начала мучить жажда. Не прошло и нескольких мгновений, как еще сонный мужчина потянулся к ней, чтобы бережно обнять и продолжить свой расспрос, недоверчиво уточняя у своей супруги, настолько ли хорошо она чувствует себя она, как утверждает. Что же, если говорить о темноволосой женщине, то ей изначально льстило подобное внимание, хотя нужно признаться, порой ее выводили из себя подобные допросы. Порой ей думалось, что Собраре думает, будто она стала бы терпеть дискомфорт, сцепив зубы, словно собака, поймавшая кость, или не сказала бы ему, что ее беспокоит безопасность их ребенка, вне зависимости от того, кем он родится – мальчиком или девочкой. Впрочем, пока еще Мерседес не была раздражена и, можно было утверждать, что кареглазая сеньора поднялась именно с той ноги, что надо, ведь не стала отвечать резкостью на заботу, как порой делала в силу изменчивости своего капризного настроения, подверженного переменам «маяка» беременности. Из-за этого ее даже могло бросать из крайности в крайности – от слез до смеха и обратно, но подобное тоже не было завидной регулярностью, иначе вряд ли бы такое поведение беременной невестки выдержали Собраре в течение всего срока ожидания долгожданного внука и наследника.
Быть может, женщина что-то еще рассказала бы своему избраннику, что вернулся домой накануне вечером, когда она уже успела уснуть, однако мужчина решил первым взяться за разговор, начав его именно так, чтобы заинтересовать Мерседес.
- Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась она у своего благоверного, опершись на руки так, чтобы отползти немного назад к своей подушке, которую она подложила более удобно себе под спину. Вряд ли она уже сумеет уснуть после этого разговора. И причиной отсутствию ее сна был не только разговор, что заставил ее немного напрячься, но и малыш под сердцем, который только начинал свои утренние передвижения, подобно маленькому котенку, свернувшемуся в клубок у нее под сердцем, которому, было такое впечатление, тоже хотелось размяться, потянувшись.
Она немного спустилась вниз по мягкой подушке, что удобно поддерживала ее спину, давая возможность находиться в наполовину лежащем состоянии; именно так, как ей было удобно дотянуться до губ приподнявшегося на локтях мужчины, что сразу же положил свои ладони ей на живот. Кто знает, кто был виновником этого утреннего поцелуя все еще молодых супругов, которые еще недавно (года назад!) были совершенно чужими друг другу: был ли то Адриан тем, кто наклонился слишком близко, или все-таки Мерседес потянулась за поцелуем, который был уже привычным при их пробуждении? Впрочем, это было совершенно не важно для Мерси, которой показалось мало одного поцелуя, и она не дала супругу отстраниться от себя, придержав его за плечо рукой, которую мягко уложила во время этого сказочно долгого прикосновения их губ, которое прервало удивление мужчины из-за внезапного движения их сына. Или дочери?
- Адриан, он теперь всегда будет толкаться сильно – с каждым разом все сильнее, - не без тени улыбки на своем лице, ответила она мужу, что решил сразу же угомонить озорника, начавшему доставлять неудобство своей молодой матери, которая по-своему ответственно переживала первое материнство.
Мерседес собиралась отказаться от услуги, которую предложил ей мужчина, прекрасно понимая, чем чреваты их совместные ласки, частенько переходившие рамки позволенного догмами церкви. Но стоило банкиру начать плавно проводить ладонью под тонким шелком ее ночной рубашки, как семья Асгарты быстро напомнило о себе, сорвавшимся вздохом удовлетворения…
- Почему бы сеньору Руису не предложить что-нибудь особенно выгодное моему брату, чтобы тот уступил ему руку Марианны? – прежде чем первый стон удовольствия от более чем провокационных прикосновений мужчины, начавшего дарить более щедрые ласки своей супруге, Мерседес произнесла ему в ответ. Она все еще не разговаривала с братом, на которого уже злилась не так сильно, как прежде. Однако молодая сеньора желала, чтобы ее брат сам искупил свою вину перед ней – почувствовал свою ответственность за судьбу своей сестры, что ли. Впрочем, может быть, наука от одной из его сестер подействовала по-своему?
- Мне интересно, моя сестра знает, что у нее появился богатый поклонник? – прикрыв глаза от удовольствия, и тихо простонав, спросила она у своего благоверного, на довольное лицо которого она и обратила свое внимание. Сейчас Собраре ожидал не только ее слов, но и действий – решительных, пылких и бесповоротных. Так что, позволив стянуть все-таки себе через голову тонкую ночную рубашку, Мерси устроилась сверху, обняв Адриана за плечи и плавно опустившись на него. – Она не будет против выйти замуж, если сеньор Руис обеспечит ее всем … - достаточно быстро проговорила Мерседес, не прекращая плавных движений, которые в данный момент зависели от нее. Ей нравилось было сверху, нравилось руководить, и она сейчас ощущала себя прекрасно – в особенности, когда она подтолкнула супруга на подушку, давая ему тем самым возможность полюбоваться представившимся видом. Однако, женщина нисколько не могла ожидать ,что в самый ответственный момент, когда их с Адрианом пальцы переплетутся, кто-то рискнет потревожить их, открыв дверь…

+1

5

...и Адриан нисколько не удивился, увидев на пороге одну из служанок. Прислуга в любом богатом доме остается на службе только если доказывает что хозяева полностью могут доверится им - а девушка что вошла сейчас в спальню, прислуживала Мерси едва ли не с детства и была верной и послушной. Банкиру не терпелось продолжить более чем приятное занятие на двоих с женой, так что он обернулся к служанке и поинтересовался что стряслось.
-Прошу прощения сеньор... но пришел брат сеньоры и желает срочно поговорить с вами. Ваша матушка пригласила его обождать, но он не хочет ничего слушать и требует чтобы вы немедленно к нему вышли, -доложила Габриэла. -Сеньора Эсперанца приказала мне сообщить вам о визите графа...
-Лауреано еще смеет что-то требовать? -Адриан рассмеялся. -Хорошо, передайте графу что я сейчас приду. Послушаем что он там хочет мне высказать.
Так и хотелось смачно выругаться - ведь так называемый родственник испортил замечательное утро и по сути украл драгоценное время, которое Собраре хотел провести с женой. Волей-неволей, Адриану пришлось подняться с постели и затем собраться и привести себя в порядок перед разговором с Лауреано.
-Хоть твой братец этого и не заслужил, но я пожалуй приглашу его позавтракать с нами? -поинтересовался банкир у своей любимой супруги. -Что-то мне кажется что он пришел вовсе не для того чтобы поинтересоваться твоим самочувствием.
Выйдя в гостиную, Адриан сразу понял что старина Лауреано прямо-таки кипит от злости - это было заметно невооруженным глазом. Как и обычно, первым делом, Собраре почтительно поздоровался со своей матушкой и лишь когда она вышла из комнаты, присел напротив своего бывшего "друга".
-А мне думалось, что ранние визиты в высшем свете не приняты. Выпьешь что-нибудь? -поинтересовался банкир, прекрасно зная что молодой граф сейчас же выложит все как есть. Юлить и хитрить этот бедняга совершенно не умел... как и играть в карты, что в свое время помогло хитрецу Адриану.
-Я пришел поговорить с тобой, потому что дело не терпит отлагательств. Ты вчера был на приеме у Руисов... и я хорошо знаю что старик говорил с тобой наедине, -почти процедил сквозь зубы молодой граф. -Один мой знакомый был там и все видел... и я хотел предупредить тебя, Адриан, чтобы ты не вмешивался! Руис не получит руку моей сестры, как бы не старался! Можно даже не гадать, зачем он говорил с тобой - надеется что ты поможешь уговорить меня, ведь так? Так вот, я сэкономлю твое время и сразу скажу что ни черта не выйдет.
-Браво, это была пылкая и полная истинного чувства речь... достойная императорского театра, -усмехнулся Собраре. -Странно слышать нечто подобное от человека... на содержание которого я каждый месяц выделяю кругленькую сумму. Я не стану отрицать, что говорил с сеньором Руисом, так как считаю его человеком достойным и умным. Ведь так мастерски вылезти из долгов и стать едва ли не самым богатым человеком в Корволе надо уметь, не так ли? Не понимаю, чем тебя не устроила кандидатура его сына в качестве жениха? Он ведь тоже принадлежит к старинному и благородному роду и он не ростовщик. Я не прав?
-Он торгаш и его не принимают в лучших домах столицы! -ядовито заметил Лауреано. -И я не собираюсь вести с тобой диспуты на эту тему. Если ты посмеешь вмешаться, я расскажу Мерседес о твоем доме удовольствий, так и знай, Адриан! Ты ее хорошо знаешь - не понадобится даже никаких доказательств.
-М-да... а я уже собирался пригласить тебя позавтракать со мной и Мерси, -Собраре картинно вздохнул, посмотрев на своего непутевого родственника. -А ты, друг мой... как был набитым дураком, так и помрешь им. Потому что только полный дурак кусает кормящую его руку и собирается навредить родной сестре. Ты надеюсь помнишь, что она в тяжести и ей нельзя волноваться? А что до моего, как ты говоришь, дома удовольствий, то не я был его завсегдатаем... хотя, прошедшее время здесь явно неуместно.
Последняя шпилька явно попала в цель - Лауреано недовольно нахмурился, но ничего не ответил. Увы, но он явно не подумал о том, что о его веселых приключениях в том самом уголке наслаждений о котором сейчас шла речь будет известно Адриану. Но похоже что жрицы любви работали не хуже отменных шпионов?
-Знаешь... стоило бы тебя наказать и уменьшить твое содержание, чтобы ты получил возможность быть бедным и честным, -продолжил Собраре. -Но в этом случае пострадает Мариана, чего мне не хотелось бы... потому как она не должна страдать из-за твоей глупости, сеньор граф. Полагаю, что нам больше не о чем говорить, так что пошел с глаз моих. И не советую приводить свои урозы в исполнение - надеюсь, мы поняли друг друга?
-Угрожаешь мне? -насмешливо фыркнул Лауреано. -Я уйду... а ты запомни что я тебе сказал и не лезь не в свое дело, иначе потеряешь расположение моей сестры. Кажется это единственное, чего ты боишься потерять, Адриан?
Адриан не стал отвечать на последний выпад молодого графа и подозвав слугу, приказал проводить незваного гостя до выхода - а еще следить чтобы впредь он не смел переступать порога дома семейства Собраре. Пару минут спустя в гостиную вошла Мерси, желая поздороваться с братом, так что Адриану пришлось соврать, что Лауреано слишком торопился по своим делам.
-Любимая... я тут подумал - а не съездить ли нам в поместье? Проверим как идет строительство нашего нового дома и заодно пригласим Мариану провести несколько дней на природе? -предложил Адриан, обняв любимую жену и поцеловав ей руку. -Еще посмотрим как поживает виноградник и отдохнем от города и различных дел.

+1

6

С одной стороны Мерседес была рада тому, что их с Адрианом побеспокоила служанка, преданная ей, а не свекровь, от которой уже после завтрака она выслушала бы целую телегу замечаний о том, как должна себя вести благочестивая женщина, носящая под сердцем ребенка. Но с другой стороны, стоило только девушке заговорить, отвечая на закономерный вопрос мужчины, сеньора де Собраре пожалела о том, что эта смышленая девица побеспокоила их. Тот факт, что ее старший брат пожаловал в гости, и требовал разговора с Адрианом, не мог не возмутить ее: все-таки время для посещений было слишком ранним, поскольку солнце лишь недавно начало карабкаться по небосводу, а утренняя свежесть не уступила дневной жаре, что даже в эту пору умела докучать беременной сеньоре.
Мерси недовольно нахмурилась, сев в постели, чтобы у мужчины появилась возможность приступить к сборам, за которыми ей оставалось лишь наблюдать, слушая предложения благоверного относительно грядущего завтрака. Определенно, ей не мог прийтись по вкусу происходящее: и не только по той причине, что сейчас Адриан соглашался на разговор с ее братом, оставляя свою супругу в постели, разгоряченную и жаждущую ласк, но и потому, что она догадывалась о той причине, по которой Лауреано не стал дожидаться полудня. Имя этой причине было созвучно с именем ее младшей сестры – только грядущие предложения руки и сердца Марианы могли заставить молодого графа де Берги забыть о правилах приличий и прийти перед завтраком. В какой-то степени она, конечно же, понимала своего брата, которому хотелось подобрать достойного кандидата на руку своей сестры, но с другой… Мерседес чувствовала горечь разочарования и определенного предательства со стороны своего старшего брата…
… это, значит, ее можно было продать за долги?
… это, значит, о ней можно было не заботиться так, как заботился о младшей сестре, которую всегда больше хвалили и заботили?
Несомненно, кареглазая женщина любила свою младшую сестру и тоже желала ей счастья. Вот только она не могла ничего подделась с предательскими мыслями и выводами, что подобно змеям начали отравлять ее настроение, заставляя ее молчаливо следить за супругом, перетирая недавние события.
- Мне все равно, если ты его пригласишь или нет, - ответила она на вопрос мужа. Знала, что Адриан в этом вопросе все равно поступит так, как будет считать за необходимое. Несмотря на то, что свадьба уже состоялась, он продолжал финансировать ее брата, в чем Мерси видела определенную опасность для ее брата. Как бы там ни было, а Лауреано должен был позаботиться о себе сам, будучи взрослым и давно уже состоятельным мужчиной. Ей не было жалко золота, которое давал ему Адриан, но прекрасно понимала, что оно отравляет молодого графа, делает его слабым и зависимым, пусть даже зависимым от ее собственного мужа. Да и, в конце концов, она все еще не простила Лауиреано его поступка с ней, как с его сестрой, которую он должен был оберегать, как зеницу ока, а не продавать, словно выгодный товар. И не важно, что в итоге они с Собраре начали обретать общий язык. Лауреано де Берги даже не попросил у нее прощения!
И она в который раз решила ему напомнить об этом, поскольку виделись они не так уж и часто. Кто знает, к счастью или нет?
- Я тоже начну собираться, - решительно произнесла она, выдохнув. Было лучше не думать о том, что раздражало ее сейчас, ведь этим всем можно было навредить не только самой себе и своему настроению, что и без того колебалось, словно маятник, от хорошего к плохому, но и ребенку.
- Что-то мне кажется что он пришел вовсе не для того чтобы поинтересоваться твоим самочувствием, - тем временем, произнес Адриан, делясь собственными размышлениям относительно ее старшего брата. Вот  только Мерседес решила промолчать.
Какой прок был опровергать эти слова, если они были правдивы?
Позвав служанку, чтобы та помогла ей собраться, Мерседес лишь проводила взглядом супруга, что направился навстречу ожидавшему с неподдельным интересом ее брату. Ей было любопытно взглянуть в глаза родного брата, который, то ли избегал встреч с ней, то ли просто был рад, что избавился от нее. И это заставляло ее торопиться в своих сборах. Тем не менее, она опоздала. Женщина спустилась в гостиную уже к тому моменту, когда след Лауреано простыл, а ее муж лишь оповестил ее, что молодого графа де Берги ожидали другие дела.
-  У моего брата есть дела в такую рань? – удивилась она, конечно же, не поверив тому оправданию, которое озвучил Адриан. Знала, что ему было все равно, как она живет, хорошо ли ей и счастлива ли она. – Это на него не похоже, - она покачала головой, словно прогоняя те мысли, которые роем мух, вились возле нее. – Впрочем, не шибко то и сильно хотелось его видеть, - чтобы не казаться стороной, которой обидно из-за недостатка внимания со стороны родственника, она надменно добавила, решив, что они придутся к месту.
Но, словно было мало того, что ее настроение было подвергнуто влиянию не самых приятных эмоций, Собраре сам того не ведая подлил масла в огонь.
- Интересно, - заглянув в глаза своему мужу, произнесла она. – Это мир сошелся на моей сестре? – достаточно громко поинтересовалась она, приподняв свой подбородок вверх. – Один приходит ни свет, ни заря, а другой предлагает мне ее тащить за нами в поместье. Может лучше будет, если я вообще останусь, а ты сам с ней поедешь?! – может быть, она и перебрала на поворотах, но когда эмоции успели накопиться, сложно бывает остановиться. Определенно, эти слова должны были дать понять Собраре о том, что его благоверная в курсе тех разговоров, которые велись ее матушкой – о том, что ему стоило жениться все-таки на Мариане. Вот только, если раньше ей было все равно, то сейчас эти слова больно жгли глаза.
- Я буду завтракать у себя, - категорично заявила она, прежде чем развернулась к супругу спиной. Только вместо своих покоев, она решительно направилась в сад, по пути к которому отмахнулась от служанки, пытавшейся донести до своей госпожи, что ей может быть прохладно в эту пору без накидки.

+1

7

Даже самый умный и хитрый человек способен допустить роковую ошибку... и именно это произошло с Адрианом, когда его строптивая женушка рассердилась не на шутку, услышав его предложение. И прежде чем Мерси договорила и гордо ушла, Собраре прекрасно понимал что заслужил эту вспышку гнева с ее стороны - во-первых, он не должен был сбегать из постели из-за кретина Лауреано, а во-вторых упоминать сейчас имя своей золовки. Какой женщине понравится, когда ее муж говорит о другой? Пусть даже из самых хороших побуждений...
-Что-то случилось? -поинтересовалась у своего сына сеньора Эсперанца зайдя в комнату. -Вы поссорились с Мерседес? Она вышла в сад и даже не стала слушать Габриэлу когда та предложила принести ей накидку... все-таки в саду довольно-таки свежо еще. Не приведи Двое, она простудится.
-Не волнуйтесь, матушка - мы немного повздорили по моей вине, но я сейчас же все исправлю, -поспешил успокоить мать Адриан. -Я предложил пригласить погостить ее сестрицу, совершенно не подумав о том что Мерси желает чтобы мы больше времени проводили вместе. Сейчас я все улажу.
Сеньора Собраре-старшая лишь тяжко вздохнула, после того как Адриан в очередной раз побежал за своей ненаглядной женушкой. Любой другой мужчина на его месте, наверняка не стал бы делать ничего подобного - разве что сделал супруге внушение о том как ей должно себя вести? Не капризничать и быть благодарной за все что дает ей муж, как и учит святая Догма... но куда уж там? Судя по всему, строптивый нрав жены был по сердцу Адриану и он не желал чтобы она менялась и не пытался призвать ее к послушанию. Все капризы Мерседес исполнялись незамедлительно и наверное, попроси она луну с неба, Адриан нашел бы способ ее достать... Эсперанца прекрасно понимала что ее гордой невестке было бы сложно сдерживать свой неуступчивый нрав, однако она могла бы добиться от любящего мужа много большего, если бы как-то в большей степени отвечала ему взаимностью. Именно такое мнение сложилось у сеньоры за время наблюдения за совместной жизнью сына и невестки и она очень надеялась, что двое упрямцев когда-нибудь устанут от своих пикировок и поймут что слишком похожи, чтобы пытаться переупрямить друг друга.
Ну а что же Адриан? Забрав у верной служанки жены теплую накидку, он направился в сад, пожалев о том что матушкины розы еще не успели распустится. Эти цветы были просто великолепны и радовали глаз своей хозяйке, расцветая каждый год и даря дивный тонкий аромат. Но... наш хитрец не был бы самим собой, если бы полагался лишь на вспомогательные средства, пытаясь помириться со своей любимой женщиной. И так как она была абсолютно права, когда высказала Адриану все свои претензии, то первым делом следовало начать с банальных извинений?
-Мерси, прости... я виноват и готов загладить свою вину.., -тихо произнес Адриан, подойдя к супруге и набросив ей на плечи накидку. -Больше ни слова о твоей сестре и о делах, я обещаю тебе. Ты знаешь, что я очень хочу чтобы мы провели больше времени вместе... забудь о том что я сказал. Мне не хотелось тебя расстраивать...
Конечно существовала опасность, что Мерси сейчас ответит, что ей не нужны одолжения от мужа... но последний все же надеялся что этого не произойдет. В конце-концов, он всегда может ей объяснить, что замужество ее сестры для него такое же дело, как и те что приходится проворачивать обычно в банке - выгодное и сулящее прибыль как сейчас, так и в обозримом будущем.
-Ты знаешь что я тебя очень люблю.., -продолжил Собраре, приобняв жену за плечи и пользуясь тем что ему еще не было велено убираться со всеми своими оправданиями. -Ты права, к черту все и всех - давай сбежим из города только лишь вдвоем? Или вернее говоря, втроем... Я совершенно серьезно говорил о поездке в поместье - мы всегда замечательно проводим там время. Сейчас же заодно проверим, есть ли чем похвастаться нашему управляющему?

+1

8

Мерседес знала, что гнев – не лучший советник, на которого она могла положиться. Отец не единожды говорил о том, что нельзя принимать никаких решений в гневе, и молодая женщина припомнила эти слова, пока устремилась в сад, что встретил ее легкой прохладой, скользнувшей под подолы ее юбок, находя путь и под рукавами ее платья, в которое она была облачена. Обняв себя, сеньора не остановилась. Она шла дальше вдоль кустов роз, что только-только готовились расцвести душистыми бутонами, припоминая себе, каким прекрасным может быть этот уголок дома Собраре, о котором печется лишь заботливая рука ее старшей сеньоры. Здесь никто не может «править былом» кроме сеньоры Эсперанцы, что сделала этот уголок своей отдушиной, покорившись своему гордому и в некоторых моментах упрямому, и категоричному супругу, чего ожидала и от дочери графа де Берги. Однако Мерседес не собиралась кориться. Почувствовав то особенное расположение Адриана к себе, кареглазая женщина не могла удовлетвориться полумерами или какой-то лишь частью жизни, что появилась перед ней в браке. Надо ли говорить о том, что молодая сеньора привыкла к мысли о том, что банкир ее любит и готов поощрять ее затеи? Привыкла и не желала терять этого расположения, как и делиться подобным со своей сестрой. Но не потому, что не любила Марианну, а потому что это было ее прерогативой. Это было тем, что принадлежало только ей и более никому.
Она привыкла – так считала Мерси. Однако она даже не подумала о том, что обстоятельства могли измениться за тот год, который они провели с Адрианов в качестве законных супругов. Она даже не осознала, как привязалась к мужчине и стала зависимой от его ласк и слов, которых он никогда не жалел для своей горделивой супруги, что не упускала шанса раззадорить его каким-нибудь спором.
Впрочем, сегодня они не спорили…
Обидевшись на Адриана, Мерседес остановилась возле фонтана, в котором пока еще не журчала вода, как бывало в теплые деньки. Сейчас, когда она отошла на безопасное расстояние от своего благоверного, у нее был шанс оценить ситуацию и, нужно признать, она поняла, что поспешила с побегом из гостиной. Как бы там ни было, а вина за ее настроение принадлежала именно ее брату: если бы он не пришел этим утром из-за излишней заботы о будущем их сестры, она бы не начала сердиться, еще даже не успев встать с постели. Другое дело, что Адриан не должен был торопиться к разговору с Лауреано. Но это же можно было решить как-нибудь иначе?
Имея возможность немного подышать свежим воздухом и подумать обо всем, Мерси уже была убеждена, что поступила неправильно. Но ее гордость не давала возможности вернуться в дом, из которого она только что выбежала, а какой-то внутренний голос шептал требовательно, обращаясь к Собраре: - Приди же! Где ты там?! Приди…
Да, ей хотелось, чтобы Адриан сейчас пришел к ней и уверил ее в том, что она ошиблась – жестоко ошиблась, и ее подозрениям нет места в их жизни. Ей хотелось услышать о том, что она уже слышала не раз, и к чему уже успела привыкнуть, только … боялась, что мужчина на этот раз все-таки не придет, не обнимет ее вновь, и наградит заслуженной прохладой, вроде той, которая окружала ее в весеннем саду. Какой-то внутренний голос заставил ее оглянуться, не ступают ли стопы ее супруга по гравию, которым были усыпаны дорожки по всему саду. И она оглянулась, но прежде чем успела повернуть полностью голову к тропе, по которой пришла, ощутила прикосновение крепких ладоней к своим плечам. Это был Адриан. Его руки принесли ей тепло вместе с плащом, которым он заботливо укутал ее плечи, а слова – успокоение и радость. Впрочем, само присутствие мужчины заставляло ее улыбаться, поэтому темноволосая сеньора отвернулась от супруга, чтобы он не вздумал облегченно вздыхать сейчас – было слишком рано сдаваться!
Тем не менее, мужчина должен был хотя бы сказать то, в чем она нуждалась. И пусть даже в какой-то степени она понимала, что сейчас уступит уговорам и извинениям Адриала, не могла не сказать то, что было у нее на сердце:
- Ты не виноват в том, что мой брат решил, будто у него одна сестра, достойная его забот, - начала свой ответ в несколько примирительном тоне Мерседес, посмотрев своими большими карими глазами на мужа. – Он ведь из-за Мари приходил? Из-за сестры моей? Не хочет, чтобы она выходила замуж за Руиса, я это сразу поняла, - она кивнула в такт своим словам. - Знаешь, мне было бы проще, если бы он дал согласие на этот брак, договорившись с графом, как годится. А не упирался бы до последнего, демонстрируя братскую заботу, которой я не познала, - быть может, и не стоило открывать душу перед супругом, но и держать все в себе уже столько времени тоже было невозможно. – Но это дело прошлого. С этим я бы смирилась как-нибудь, но … от тебя я не ожидала, что ты будешь поступать так же, как мой брат. Сначала ты даришь мне надежду на то, что у меня могли быть к тебе чувства, а позже беспощадно бьешь по больному, - она не удержалась, пустив слезу, которая ее смутила, но не заставила отвернуться от мужчины, который вопреки ее убеждениям начал все-таки для нее значит больше, чем человек, способный раздражать ее. Ей все-таки хотелось, чтобы он и дальше ее любил, ей хотелось быть уверенной в нем к тому дню, когда будет готова сказать о том, что в ее сердце поселилась не только ревность, но и … любовь?

Отредактировано Мерседес де Собраре (17-11-2017 20:21:01)

+1

9

Мерси... Мерси... Мерси...
Востину гордость этой прекрасной в своем упрямстве женщины порой не знала границ? Сеньора Собраре-младшая, как и ее муж не признавала полумер и хотела получить сразу все, даже не смотря на все возможные запреты, обязанности и строгую мораль. Желание Мерседес быть госпожой собственной судьбы всегда восхищало Адриана и еще только познакомившись с ней, он сразу понял какой редкий бриллиант сумел найти. Эта женщина была достойна всего только самого лучшего и даже более того - она стоила того чтобы бороться за нее и умереть. Неважно что в случае Собраре до подобного так и не дошло... быть может если бы старому графу де Берги было отмерено чуть больше времени на этом свете, Адриану пришлось бы еще больше постараться чтобы заполучить руку своей избранницы. Ведь как известно, старик не особенно жаловал отца нашего героя, хотя и вынужден был неоднократно принимать его в своем доме, как и полагалось хорошо воспитанному человеку... Вы думаете что в таком случае Адриан отступился бы от женщины которую успел полюбить? Ни за что и никогда - и как любил поговаривать сеньор Луис, человек способен добиться всего чего только захочет и нет на этом свете такой силы что могла бы остановить истинного упрямца.
-Мерси... я решительно не понимаю твоего брата - ведь его стараниями, твоя сестра осталась без приданого, что перечеркивает ее надежды стать женой подходящего аристократа. И боюсь, что даже уважаемое и старинное имя твоей семьи не сыграет никакой роли.., -ответил своей супруге Адриан. -Я не стану тебе врать... де Руис просил моего содействия в помолвке его сына с твоей сестрой - ну а Лауреано приходил с совершенно противоположной целью и наговорил уйму непростительных вещей. Во всяком случае мне было странно слышать нечто подобное от человека что живет на мои же деньги. А я не собирался поступать как твой брат... и ты просто не представляешь, насколько мне приятно слышать о твоих чувствах ко мне.
Взяв Мерси за руку, Адриан подвел ее к удобной скамейке, где было удобнее продолжить разговор. Просто не описать словами, насколько хитрецу хотелось чтобы жена ответила ему наконец взаимностью, несмотря на все свои угрозы перед свадьбой. Так неужели сейчас настал тот самый момент когда Мерседес приревновала своего мужа из-за простого упоминания ее младшей сестрицы?
-Ты знаешь как сильно я тебя люблю... и я готов был ждать столько сколько потребуется, лишь бы ты забыла о том что произошло после нашего знакомства и взглянула на меня другими глазами.., -продолжил тем временем Собраре. Он не стал упоминать о ревности, зная что это может не понравится его любимой гордячке... -Когда человек любит, он готов идти на все что угодно чтобы заполучить объект своей страсти... поэтому я не жалею о том что сделал, когда подстроил Лауреано ловушку. С течением времени, мое чувство стало еще сильнее, так что тебе совершенно незачем переживать и расстраиваться по пустякам. Если ты захочешь - мы больше никогда не заговорим о твоей сестре, лишь бы только ты улыбалась и была счастлива. Для меня ничего нет важнее этого, Мерси...
Конечно же, ощущать ее ревность было даже более чем приятно... пусть это не самое приятное на свете чувство, однако оно всегда является неизменным спутником сначала привязанности, а затем уже и любви. Собственно говоря, "лед" между Адрианом и Мерседес растаял еще в самую первую их жаркую брачную ночь, но по-настоящему теплые и более доверительные отношения установились немного позже. Быть может до своей тяжести, Мерседес просто боялась своих чувств к мужчине что стал ее мужем, однако счастливое ожидание, как оно всегда и бывает, капитально расставило все точки над "и".
-Только ты делаешь меня очень счастливым... и я очень хочу чтобы ты всегда доверяла мне, -тихо произнес Адриан, взяв жену за руку. -Доверяла без каких-либо опасений, потому что я никогда не заставлю тебя разочароваться, слышишь? Поэтому, к черту Лауреано и все прочие, абсолютно ничего сейчас не значащие дела - я всегда готов их бросить ради тебя. Поэтому, я на полном серьезе предлагаю тебе сбежать вдвоем в поместье и на время позабыв о столице, заняться нашими планами по благоустройству усадьбы. Я буду рядом и ты быстро забудешь обо всех грустных мыслях... а еще, моя матушка перестанет нас пилить за неподобающее поведение.
Адриан хитренько улыбнулся, произнося последнюю фразу - бедной сеньоре Эсперанце конечно же не нравилось нарушение годами заведенных правил и традиций. Женщина, носящая под сердцем дитя, должна пребывать в полном покое вплоть до своего разрешения, смиренно и кротко моля богов послать ей сына... и естественно, даже и не думать о скандальной возможности допустить своего мужчину на ложе. Но... двоим возмутителям спокойствия было непросто согласится на отдельные спальни, так что они решили вопрос в своем духе, благо что прислуга в доме Собраре была верной и не болтливой.

+1

10

«Норов – это то, с чем в итоге и останется аристократия…»
Кажется, именно так высказался когда-то невзначай отец Адриана, чьи слова она услышала еще задолго до своего знакомства с его старшим сыном, ставшим впоследствии ее мужем. Впрочем, это было не так уж и важно после столь многих дней, прошедших с тех пор. Дело было давно, однако смысл, вложенный в эти несколько несложных фраз обрел нынче иной смысл для Мерседес. Теперь это были не какие-нибудь поверхностные слова, что их мог озвучить кто-то из людей, что совершенно не знали, что из себя представляет семья графа де Берги. Сейчас эти слова обрели определенной мудрости своего звучания и … правды. Как бы ни хотелось этого признавать, однако Мерседес могла предположить, что ее свекор был тогда прав. Во всяком случае, если рассматривать случай ее брата – это был именно тот случай, в котором правило работало; и кто знает, каким казался уважаемый уже покойный граф де Бергки, с которым и имел дело сеньор Собраре старший? Познавая мир с иных сторон, кареглазая сеньора не торопилась больше опираться на предубеждения. Будучи женщиной не глупой, но осознавала, что смотрела на мир лишь под одним углом, тогда как сейчас круг обзора для нее увеличился многократно благодаря Адриану, которому пришлось сейчас увидеть пару слезинок, сбежавших из ее темных глаз.
Несомненно, Мерседес редко плакала, чтобы слезы лились ручьями. Даже узнав, что ей не избежать нежелательного брака с банкиром, она не торопилась плакать в подушку, но взвешивала все свои шансы на спасение. Ну, а когда осознала, что спасения не прибудет – просто покорилась, понимая, что обстоятельства делают ее безвольной рабыней слова ее брата. Единственный раз, когда она плакала был день смерти отца, когда она осознала, какими одинокими и беззащитными станут они с Марианной. Но и тех слез практически никто не видел. Кому-то приходилось держать себя в руках в этой семье, и Мерси делала это ровно до этой поры, пока не осознала собственную беспомощность в этой ситуации, свою слабость. Впрочем, именно слезы отличают живого человека от мраморной статуи, что может повторять человеческие черты.
Тем не менее, пара слезинок быстро закончилась, и женщина покорно последовала за Адрианом к той мраморной скамейке, на которой впервые она беседовала со своей свекровью. Именно на этом месте впервые пролилась истина относительно того, какие тайны были в семействе Собраре, или же подковерные игры между отцом и сыном. На этом же месте они с Адрианом, видимо, тоже расставят все по своим местам. Он говорил много, а она – не мешала ему произносить все те слова, которые приятно грели ей душу, успокаивая ее внезапную вспышку ревности, что подобно дикой кошке позволила себя пригладить и приласкать. Ей было одновременно и стыдно за себя, и нет. Все-таки она ощущала себя сейчас совершенно правой. А это, нужно сказать, именно то, чего порой так не хватает властным и гордым женщинам вроде Мерси. Им нужно давать возможность почувствовать себя хоть порой хозяйкой положения, чтобы их бдительность была приспанной. И она слушала, чувствуя, как внутренний подстрекатель начинает таять на глазах.
Закономерным итогом всех тех слов и фраз, сказанных мужчиной ей сейчас, стал поцелуй, который Мерседес подарила своему благоверному, притянув его к себе за воротник его вычурной рубашки. Это было именно тем, чего желала страстная натура сеньоры, у которой отняли то, что она заслужила в изобилии – внимание и ласки любимого мужчины, заботы которого в последнее время уводили все чаще от дома.
- Для начала больше не сбегай с постели по первому зову непрошенного гостя, - после поцелуя принялась наставлять своего супруга Мерси, прежде чем позволила ему обнять себя за плечи, которыми и прижал ее к себе, позволив ей разместиться на скамье, словно на старинном ложе, с которого ниспадали юбки ее платья и накидка. Именно эту картину и застала сеньора Эсперанца, решившая огласить сыну и невестке о том, что им незачем спорить, не говоря уже о том, что было бы неплохо позавтракать наконец-то всем вместе.
– Как думаешь, много уже готово в нашем доме? – несколько мечтательно спросила она у Адриана, пока что медля возвращаться в дом. Начало теплеть не только в их отношениях, но и начало теплеть по мере приближения пика этого дня.

+1

11

Узнав от Габриэлы что упрямый сын помчался следом за своей драгоценной женушкой, Эсперанца ничуть не удивилась - прекрасно зная, насколько Адриан боготворит Мерседес. Многие мужчины в Корволе увидев подобное отношение к женщине наверняка бы насмешливо фыркнули, поддерживая бытующее мнение о том, что нечто подобное в браке совершенно излишне. И чего уж там говорить, супруг сеньоры Собраре-старшей никогда не поступал как Адриан, стараясь придумать как порадовать любимую супругу и не давать ей скучать или грустить во время очень непростого периода тяжести, который каждая благородная дама должна была проводить фактически взаперти. Никаких походов на светские приемы, прогулок и тому подобного? Однако, младший Собраре совершенно точно так не считал, чего бы там не говорили лекари, когда советовали Мерседес больше покоя во время вынашивания ее первенца. Наверное... в какой-то мере сеньора Эсперанца даже завидовала своей невестке, которой повезло куда больше чем многим благородным женщинам Эстанеса - она была безмерно любимой своим мужем и каждый день буквально купалась в его внимании и обожании. Поэтому женщина ничуть не удивилась, когда застала в саду Адриана и Мерседес за приятным поцелуем, который ей пришлось прервать чтобы напомнить детям о завтраке.
-Мы с отцом ждем только вас двоих, -произнесла Эсперанца, тактично сделав вид что ничего такого не заметила. -Сегодня кухарка приготовила какое-то совершенно особенное блюдо с зернами граната, которое будет очень полезно для тебя, моя дорогая Мерседес.
-Спасибо, матушка - мы сейчас придем, -поблагодарил мать Собраре и когда сеньора направилась к дому, улыбнулся своей ненаглядной и единственной. -Я никогда и никуда от тебя не сбегу... ты же знаешь. А что касается нашего дома, то сегодня должен прийти письменный отчет о проделанной работе и мы узнаем все точно. В прошлом письме, управляющий сообщил что дом почти готов и осталось лишь закончить крышу и начать уже отделочные работы. Я отправлял в поместье нескольких искусных мастеров из мастерской моего старого друга сеньора Лусиэнтеса, для росписи потолков - потом нам останется лишь окончательно решить, каким именно будет внутреннее убранство. Но мы это с тобой еще обсудим, а пока что пойдем завтракать?
Некоторое время назад, Адриан и Мерси ездили в поместье, чтобы проверить как ведутся работы над строительством их нового дома и остались вполне довольны. Люди из соседней деревни, занятые на этом самом строительстве были довольны хорошим заработком и потому старались вовсю. Новый особняк было решено построить в двух этажах, из камня, чтобы обезопасить его на случай пожара, который как известно мог уничтожить деревянный дом в одно мгновение. Первый этаж будет предназначен для встречи возможных гостей, так что его внутренняя обстановка должна стать красивой и богатой, но без излишней вычурности. Гостиная, вместительная столовая, домашняя оранжерея, кухня, а также различные помещения для прислуги и несколько гостевых комнат. Второй этаж предназначен только лишь для хозяйской четы и их любимой родни - также следовало подумать и о будущих детях сеньора и сеньоры Собраре.
-Давно уже хотел тебя спросить, сын - что ты там затеваешь с владельцем корабельной верфи? -неожиданно поинтересовался сеньор Луис во время завтрака. -Он ведь не из наших клиентов и кажется не стеснен в средствах...?
-Мне подумалось, что верфь будет неплохим приобретением для нашей семьи, -глазом не моргнув, ответил Адриан, нисколько не удивившись осведомленностью своего родителя. Тот был достаточно хитер и привык держать руку на пульсе всех важных дел Корволы, так что можно было ни о чем не спрашивать. -Правда пока что этот план... так сказать, в перспективе - но если он выгорит, то мы не останемся в накладе.
-Ничего не получится, пока на молодого Ривареса работает способный управляющий, -и этим своим замечанием, старик тоже не открыл истину для Адриана, но как и всегда, последний не стал возражать. -Вот если бы он вдруг нашел себе другую работу... тогда бы твои намерения могли бы осуществится.
-Отец, если пожелаете, мы с вами можем побеседовать об этом деле, -как всегда почтительно и вежливо произнес Собраре-младший. -Но немного попозже, когда мой человек доставит все необходимые сведения... пока что мне нечем порадовать как себя так и вас.
-Буду с нетерпением ждать этой беседы. Делай что считаешь нужным, -ответил старик, привычно усмехнувшись. Сеньор Луис нисколько не сомневался в своем старшем сыне и знал что тот всегда и все делает как должно - для блага семьи и конечно же семейного предприятия. -Дорогая Мерседес, как ты себя чувствуешь? Тебе следует особенно себя беречь. Мы с Эсперанцей каждое наше утро начинаем с благодарной молитвы Двоим - чтобы у вас с Адрианом родился здоровый сын, которому в будущем суждено приумножить славу нашей семьи.
И снова Адриан не стал ничего говорить вслух... но про себя подумал, что никогда не станет лишать собственного ребенка выбора - как ему жить и чем заниматься по жизни. А еще хотелось бы верить, что к тому моменту как ребенок подрастет, мир вокруг него тоже изменится к лучшему и хотя бы частично избавится от оков предрассудков и чопорной морали.

+1

12

Ревность, встревожившая сердце кареглазой сеньоры не прошла бесследно, пусть даже она и попыталась угомониться внешне, внутренний огонь все еще пылал в желании узреть деяния своего супруга, почувствовать больше его ласк. И, конечно же, ей хотелось, чтобы он сейчас, наклонившись к ее уху, прошептал множество нежностей, которые могла бы заставить сотню или тысячу мурашек пройтись по коже. Однако услышать здесь и сейчас полный ответ на ее вопрос и все те требования, которые она выставляла своему заботливому мужчине, Мерседес было не суждено, поскольку в лабиринте из узких дорожек, усыпанных гравием, их все-таки удалось без особенного труда отыскать хозяйке поместья и этого сада. Сеньора Собраре была сдержанной в своих словах, когда сложила перед собой руки, вкратце напомнила сыну и невестке о необходимости возвращаться в дом. Завтрак в этой семье подавался довольно-таки рано, к чему Мерси успела привыкнуть практически за весь тот год, что прожила в браке с Адрианом. Правда, порой она предпочитала завтракать в своих покоях и сегодня она намеревалась сделать то же самое. Поэтому, пылающее недовольством сердце молодой женщины не остыло от слов свекрови, а лишь заставило две тонкие черные брови встретиться на переносице, пока мужчина взял на себя слово. Ей не понравилось, что ее желание осталось не выполненным – не важно, была она сердита или нет, но она решила завтракать в спальне, тогда как сейчас ей приходилось наступать снова себе на гордость и следовать за мужем в столовую, где на них ожидает уже наверняка сердитый отец Адриана.
Впрочем, Мерседес ничего не сказала. Она лишь зло вздохнула, словно юный бычок на корриде, необузданный, упрямый и сердитый на весь окружающий его мир. Вряд ли она могла объяснить сейчас мужу то, что переживала в данный момент времени, пускай он все-таки взялся уверять в ее важности, необходимости и, конечно же, том, что все будет у них наилучшим образом…
… вряд ли мужчина сумеет понять тот набор чувств и ощущений, которые переполняют женщину, носящую под сердцем ребенка.
- Сегодня ты сбежал от меня, - только напомнила она Адриану, прежде чем вложила в протянутую ей супругом руку, чтобы последовать в дом, где было значительно  теплее и уютнее, чем на улице.  Более поднимать этой темы они не стали: вокруг были слуги, одной из которых Мерси протянула свою накидку, чтобы та не мешала ей во время завтрака в столовой, где уже все, действительно, сидели за столом. Извинившись за опоздание, Мерседес заняла свое место за столом, которое располагалось рядом с мужем, который всегда сидела по правую руку от отца, как его наследник. Место же напротив Адриана, предназначавшееся для его младшего брата по обычаю пустовало. Младший из Собраре служил на флоте и в доме своего отца был редким гостем. За все время, которое провела в этом доме, молодая женщина видела смельчака и покорителя морских просторов всего два раза; и то уже после свадьбы, на которую тот опоздал, задержавшись в каком-то порту.
Какое-то время все за столом молчали, пробуя новое блюдо кухарки, прежде чем сеньор Собраре старший не решил поднять тему о верфи. То ли мужчина желал проверить сына, то ли доказать ему, что он все еще в деле, но во время этого разговора женщинам предполагалось молчать, что Мерседес и делала с удовольствием, не зная, что могла бы ответить своему свекру. Все-таки она все еще чувствовала к нему неприятие, настороженность и недоверие, от которых не могла избавиться. Впрочем, она-то и не слишком усердствовала, если признаться по правде.
Однако, когда старший Собраре обратился к ней, Мерси осторожно перевела взгляд на него, отложив ложку на бортик своей тарелки: она и без того делала по большей части вид, что ест.
- Благодарю, сеньор, за беспокойство, - она невольно приподняла уголки своих губ к верху. – Все хорошо. Конечно, ребенок каждый раз все сильнее толкается, особенно на утро, но это не доставляет никаких трудностей. Я хорошо сплю. И аппетит хороший, - о последнем она соврала. В последнее время ей все более сложно угодить с едой. Она стала не только раздражительной, но и разборчивой в еде. Хотя, кажется, она всегда такой была – похлебка с баранины и нутом, которую обожала старшая чета Собраре по большей степени из-за особенных специй, которые были секретным ингредиентом блюда, никогда не нравилась их невестке. – Благодарю Вас, сеньор, за молитвы. Я тоже молюсь каждое утро и вечер о том, чтобы у меня был сын, - как годится ответила Мерседес, хотя на деле она даже не помнила, когда в последний раз становилась на колени для молитвы. Сначала, когда ее мучили приступы тошноты, изрядно измучившие ее, она решила, что беременная женщина должна иметь больше комфорта и становиться на колени – не для нее. И, к счастью, она ни с кем кроме мужа не делилась собственными рассуждениями на этот счет, не то ее уже давно разоблачили, как безбожницу, что очень быстро отошла от религии и набожности, заменив молитвы поцелуями и соблазном, в котором справедливо обвиняют женщин. Но, что она могла поделать? В те вечера, когда Адриан не задерживался где-либо, им обоим было не до молитв. В точности, как этим утром?

+1

13

В любом государстве религия играет конечно весьма важную роль, помогая правителю держать свои владения в порядке - ведь что еще может сдержать какие-либо волнения либо вольнодумства чем страх перед богами? Адриан давно уже не назвал бы себя человеком набожным, но уважая чувства своих родителей, никогда не показывал им этого и позволял Мерси делать то же самое. Тут как говорится - чем меньше старики знаю, тем лучше они спят. А что до божьей поддержки, то как уже не раз убедился хитрец, Двое не помогают тем кто не в состоянии помочь себе сам и предпочитает надеяться во всем лишь на помощь свыше. Увы, но в подобном ожидании можно и всю жизнь провести без какого-либо прока...
-Если у нас родится дочка, я тоже буду очень рад и счастлив, -улыбнувшись, произнес Адриан, решив все же высказать все что думает. Да, в какой-то степени его мысль могла показаться сеньору Луису форменной ересью, ведь рождению девочек не радовались даже в самых бедных семьях империи. От них ведь нет никакой пользы и повзрослев, женщина покидает свой родной дом, начав трудится на благо семьи своего супруга, тогда как сын остается рядом. -У нее всегда будет только самое лучшее и она будет моим драгоценным сокровищем.
-Адриан-Адриан..., -вздохнул на это Собраре-старший. -У тебя должны быть сыновья, как ты не понимаешь этого? Продолжатели нашего славного рода и наших дел...
Все так... вот только мало кто в столице считает наш род действительно славным... как и дела, собственно, -подумалось Адриану, после многозначительной отцовской тирады. Все вышесказанное наводило на мысль, что родись у сеньора Луиса Франсиско дочка кроме сыновей, она была бы менее любима своим отцом? Как бы Адриан не был хитер, он все же решил пояснить свою мысль, даже зная что дражайшему родителю ход его рассуждений не особенно будет по нраву. -Отец... вы знаете что я вас безмерно уважаю... но не могу не сказать то что думаю. Просто я всегда считал что ребенок, которого дарит любимая жена, это самое дорогое сокровище и самый лучший дар, который принимает мужчина. Поэтому... если богам будем угодно послать мне и Мерси дочку, то мы примем ее с благодарностью и радостью, как и подобает каждым родителям. И я никогда не лишу свое дитя любви и поддержки.
Сеньор Луис лишь покачал головой, но не стал делать Адриану замечаний, списав его ответ на набожность своего сына и не уловив главного смысла всего сказанного. Как уже говорилось выше, набожность Адриана всегда была показушной, зато чувства к любимой супруге - настоящими, что называется, "от" и "до".
-Дочка будет моей драгоценностью и вырастет умной и прекрасной женщиной всем на зависть, -продолжил тем временем Собраре-младший. -Но прежде чем она появится на свет, надо позаботится о достойной оправе для нашей будущей жемчужины и проверить как идут дела в загородном поместье. Надеюсь, вы не будете против, если я уеду на несколько дней? Тем делам что я сейчас веду, этот перерыв пойдет только на пользу.
Старший Собраре не стал возражать, тогда как Адриан получил необходимую отсрочку от родного банка не только для того чтобы побыть со своей ревнивицей, но и обдумать как провернуть дело с замужеством Марианы. Но для этого необходимо было заручится помощью милой Мерси, а снова заговорить о ее сестре лучше будет несколько дней спустя, когд строптивая сеньора забудет обо всех своих обидах.
Итак... после завтрака, они не спеша собрались в дорогу и покинули особняк семейства Собраре в сопровождении надежной охраны. По идее, Адриан должен был бы проделать весь путь до поместья верхом, но предпочел составить компанию жене в экипаже... который вполне можно было использовать и не по назначению. И возвращая жене очередной непозволительно жаркий поцелуй, банкир снова подумал о том, что и церковники и лекари ни черта не смыслят в самых обычных и казалось бы банальных отношениях двоих людей. Скорее всего, и те и другие понятия не имеют, насколько ненасытной и жадной до внимания и любви может быть дама в деликатном положении?
-Может быть мы отложим свою инспекцию... и сначала пойдем навестим наше любимое место в поместье? -с хитрой улыбкой поинтересовался Адриан, после того как Мерси стянула с него бархатный дублет. -Пока слуги разбирают вещи... нам никто не будет мешать. А я снова извинюсь за свое непозволительное поведение и скажу как сильно я тебя люблю...
Дорога до поместья не была слишком долгой, так что времени обычно хватало лишь на то чтобы капитально подразнить друг друга, чтобы потом продолжить уже в поместье, в уюте и комфорте. И плевать абсолютно на все... ведь у каждой влюбленной пары должно быть какое-то совершенно особенное место, где они могут принадлежать лишь себе самим?
Адриан давно уже стянул с головы жены приличное и очень красивое покрывало и дал свободу ее красивым темным волосам, испортив прическу над которой немало потрудилась одна из верных горничных Мерси. Но... кажется вредная сеньора не имела ничего против такого поворота событий.
-...а потом, я тебе расскажу подробнее о том деле, про которое узнал отец. Старик хитер и его не проведешь, как ни старайся, -продолжил Собраре в перерыве между новой партией приятных поцелуев. -Но сначала... повтори то что ты говорила сегодня в саду?

+1

14

Чего стоило ожидать Мерседес от самого обычного завтрака в кругу семьи, когда рядом с ней был уже привычный для нее круг людей: Адриан, сеньора Эсперанца и сеньор Луис. Она помнила, как еще совершенно недавно, словно это было вчера, впервые садилась за этот стол и с этими людьми. Едва ли находя в себе силы и желание для того, чтобы поддерживать вежливый разговор между ними, как это требовали обычаи, добрый тон и, конечно же, дань уважению той семье, которая приняла ее в свои распростертые объятия, она не торопилась начинать беседу, а лишь искоса смотрела на каждого. Так, наверное, смотрят на врагов. И Мерседес была тогда уверена, что эта семья, поработив ее, превратилась в ее врагов.
Тем более, отец ее благоверного, но тогда еще нисколько не желанного супруга, был тем самым банкиром, у которого брал займы ее отец. И которого она винила в финансовом падении своего отца, своей семьи. Если бы не те долги, которые перешли им в наследство от отца, дважды умноженные ее ветреным братом, она могла не оказаться в том положении, в котором оказалась; она могла выйти замуж за графа или даже будущего герцога.
И все-таки… здесь ей понравилось.
Правила игры были простыми в доме Собраре. В обмен за свое своеволие, за роскошь, которая ей всегда грела душу, и возможность не быть одной из тех женщин, которые все более увядают в браке, ей приходилось лишь помалкивать за столом, не вставляя слова поперек сеньору Луису, что доказал нынче утром, что он все еще в делах. Помимо этого от нее требовали наследника этому дому и, конечно же, Мерседес надеялась, что приведет в мир бойкого мальчишку, который лишь иногда заставлял ее просыпаться раньше, а иногда и не давал уснуть вечером. Несомненно, Мерси не стала бы расстраиваться, если бы привела в этот мир девочку, что многие из мужчин сочли бы собственным поражением, однако она знала, насколько сын укрепил бы ее позиции в глазах свекра, что с заботой смотрел на высокородную невестку, сидевшую за его столом и евшую его хлеб. Поэтому, когда Адриан начал совершенно не нужный разговор о поле ребенка, не знала, как ей поступить.
Стоило ли ей одернуть мужа?
Но ведь женщина не должна закрывать рот своему мужчине, если только он не находится в ее спальне…
Стоило ли ей дать ему знак, что не стоит продолжать?
Но ведь это мог с легкостью заметить и сеньор Луис, а ей этого совершенно не хотелось…
Кто знает, почему глава семьи Собраре лишь покачал головой, словно списывая все на неопытность и юность своего сына, но Мерси решилась на отчаянный шаг, который, скорей всего, ей будет стоить не мало.
- Это будет мальчик, - с уверенностью сказала. – Когда-то моя нянька рассказывала мне о некоторых приметах, которые подсказывают женщинам на то, что у них будет сын. Она сказала, что мне надо запомнить. И… все совпадает, - она постаралась улыбнуться, но получилось это не так уж и важно, учитывая, что никто ее мнения все равно не спрашивал.
Из-за этого Мерседес почувствовала себя глупо, а ее щеки залил румянец.
Она пожалела о своих словах, быть может этому и была истинная причина ее румянца на щеках. Ведь ей было куда более приятно осознавать, что Адриану было без разницы, кого он возьмет на руки первым: сына или дочь, чем понимать, что в случае рождения девочки она будет виновной в том, что привела в этот дом еще одно отродье Асгарты. Тем временем Адриан продолжил, плавно подойдя к своему решению, к их решению, уехать в поместье, сбежав от городской суеты и всех тех дел, которые им не давали покоя. Там, вдали от города, кареглазая женщина знала, что сможет почувствовать свободнее – без пристального взгляда матери Адриана, без необходимости говорить только правильные вещи за столом его родителей. Определенно, она хотела уехать из Корволы, едва ли не впервые жизни больше, чем новое украшение на шею.
И вот… не прошло и половины дня, когда они вдвоем проезжают улицами Корволы к ее вратам, из которых их путь лежит только дальше на север – к поместью, где постепенно сводился их дом, в котором должны будут состояться особые вечера, приемы и встречи. Но главное, они будут всегда сбегать туда от того, что собой воплощала столица, думать о которой у Мерседес не было ни единого желания и стремления. Все-таки ее мужчина успел довольно-таки быстро распалить ее желание настолько ярко, что она была готова немедленно воссоединиться с ним, как это было этим ранним утром.
Вот только утром она так и не получила желаемого в полной мере, что могла сделать сейчас…
- Я говорила тебе в саду, чтобы ты не сбегал от меня… - напомнила она Адриану, что смотрел на нее с глазами, полными желания. Именно так он смотрел на нее в первую их ночь, когда она опасалась его прикосновений, что приносили с собой неведомое ранее удовольствие и тепло. – Утром ты сбежал от меня, - добавила она, глядя на своего мужа отнюдь не тем полным стыда и скромности  взглядом, которым наверняка смотрела на него в их первую ночь. – Быть может, мне стоило тебе показать, какого это: распалить… и уйти? – спросила она, немного отстранившись от Собраре. Все-таки они уже были на территории поместья, а вид их был отнюдь не благопристойным.

+1

15

Обожаемая супруга никогда не переставала удивлять и восхищать Адриана - наверняка немногие женщины рискнули бы пойти на поводу у своих желаний, вот так легко изящно и просто? Он с самого начала знал, что Мерси быстро войдет во вкус настоящего брака, когда женщина желанна и любима своим мужем и нужна ему не только ради продолжения рода... и сейчас строптивая сеньора кажется решила ему отомстить за сегодняшнее утро? Собраре прекрасно знал что заслужил подобное наказание и должен был послать старину Лауреано куда подальше, даже не поднимаясь с постели. Однако, желание быть этаким пострелом что везде поспевает и решает сразу несколько дел за один раз, оказалось сильнее Адриана - что же, теперь надо было как-то реабилитироваться и вымолить прощение у своей вредной женушки?
-Я обещаю тебе, что впредь подобного не повториться, -быть может и не самое остроумное оправдание, но надо же было хоть с чего-нибудь начинать? Да и потом, недолгая дорога до поместья уже привела два экипажа и сопровождавших чету Собраре к необходимой конечной цели их путешествия, так что пора было привести себя в порядок и проверить как идут все возможные работы. -Это было очень глупо с моей стороны... и я не хотел тебя расстраивать. Но ты же знаешь, что я принадлежу только тебе и нашей упрямой крохе?
Кроха, к слову говоря, тоже была явно недовольна своим папенькой, потому как легонько пнула его в ладонь, когда он прикоснулся к животу своей ненаглядной. Адриан лишь улыбнулся на это, подумав о том что его ребенок обязательно унаследует от Мерси ее красоту и конечно же вселенское упрямство, бороться с которым всегда было особенным удовольствием для хитреца-банкира. Он как-то раз слышал весьма нелицеприятную поговорку о том что замужняя женщина подобна прочитанной книге и мог бы с легкостью опровергнуть подобное высказывание, если бы только в родном Эстанесе царствовали более свободные нравы. Ну а пока что, стоило оставить свои маленькие тайны при себе... и собравшись, покинуть уже экипаж?
-А я уже чуть было не забыл, до чего же здесь хорошо.., -мечтательно вздохнул Собраре, выйдя из кареты и затем подав руку любимой супруге. -Ты только посмотри на садик... похоже что сеньор Гарсиа рьяно взялся за дело!
За то время что Адриан и Мерси успели прожить вместе в законном браке, старое поместье семейства де Берги видоизменилось самым волшебным образом. Во-первых, исчез старый трехэтажный особняк и все старые постройки, что уже начинали рассыпаться от отсутствия достойного ухода. Во-вторых, было начато строительство нового особняка, достойной дорогих лошадей конюшни, различных служебных флигелей для фермы, пасеки и всего что необходимо для будущей доходной фермы. Возле прелестного озера вырос небольшой, но уютный и красивый домик, в котором чета Собраре проживала пока шла стройка - позже Адриан не стал сносить тот дом и сделал его сначала гостевым, а затем отдал в полное распоряжение двоих старших детей. А еще, необходимо отметить, что старый виноградник зажил теперь полной жизнью, благодаря опытному садовнику, что работал еще на отца Мерседес. И этот же старательный и талантливый человек сейчас принялся обустраивать сад перед новым господским особняком и успел добится значительных успехов.
-Добро пожаловать, сеньор, сеньора, -поприветствовал хозяев садовник, почтительно сняв шляпу. -Я знаю что вы еще не давали каких-либо распоряжений относительно сада... но мне подумалось что стоит уже сейчас его переделать и начать сажать растения. Я позволил себе приказать работникам сделать заготовки под новые дорожки - потом останется только лишь замостить их. Сеньора Мерседес говорила что желает увидеть что-то новое и совершенно непохожее на прежний парк, что был при ее отце и у меня есть кое-какие идеи на этот счет. Вам угодно будет их выслушать?
-Конечно - сразу после того как мы с женой заглянем в наш новый дом, -согласно кивнул Адриан. -Что если вы сегодня вечером зайдете к нам на ужин? Разговор будет долгий и незачем вести его впопыхах - захватите с собой планы и расчеты для нового парка. Насколько я понимаю, нам надо будет обсудить заказ всех необходимых вам материалов и растений?
-Почту за честь, сеньор Адриан, -поклонился Гарсиа. -Вы совершенно правы... ведь до недавнего времени нужные для тех же дорожек материалы были под рукой - песок и камни легко добыть в ближайшем карьере, а вот с декоративными элементами уже гораздо сложнее.
-Понимаю. Приходите вечером и мы все-все обсудим, -ответил Собраре, направившись к новому дому. -Думаю что моя жена с радостью добавит вам хороших идей как только мы немного осмотримся, правда любимая?
Зайдя в будущий гостевой зал, Адриан едва сдержался чтобы не ахнуть от восторга - пусть он был еще в лесах, на которых работали ученики Лусиэнтеса, выглядело все поистине великолепно. Расписной потолок изображал прекраснейших райских птиц, причем все они были разные и написаны с таким мастерством, что казалось вот-вот взмахнут крыльями и начнут петь. Стены должны были изображать чудесный сад, а золотая краска которую использовали художники должна была добавить блеска всей росписи при свете свечей. При этом, не было ничего вычурного или кричащего - деталей было в меру и все они гармонировали друг с другом. Вместе с подходящей мебелью, что появится позже, этот зал должен был поражать гостей четы Собраре - и забегая вперед, можно заранее сказать, что именно так все и было.
-Мерси... это просто... я даже не знаю, что и сказать! -не стал сдерживать своего восторга банкир. -Просто великолепно... как тебе вся эта красота?
-Мое почтение, сеньор Собраре, сеньора, -тем временем поприветствовать хозяев подошел один из художников. -Вы говорили что не хотите ничего традиционного и старого... так что мы ожидаем вашего вердикта относительно этого зала. А еще хотелось бы обсудить некоторые идеи насчет столовой...

+1

16

- Ты знаешь, что мне не нужны обещания, Адриан, - ответ сеньоры де Собраре не заставил себя долго ждать, когда ее благоверный супруг поспешил высказать свои извинения по поводу испорченного для них обоих утра не слишком вовремя прибывшим родственником. Пожалуй, это было самым верным решением, которое мог сейчас сделать банкир, чтобы угомонить обиду своей непокорной супруги, своеволие которой ему все-таки удалось приручить простым и очень приятным способом. – Просто делай в будущем так, чтобы тебе не приходилось извиняться, а мне – говорить тебе такие очевидные вещи, - добавила она, демонстрируя свое недовольство и досаду. Тем не менее, эти чувства, еще недавно переполнявшие ее изнутри, уступили нетерпению взглянуть на стены их нового дома, который им удалось свить неподалеку от столицы и вне бдительных глаз ее свекрови и свекра.
Да и, если говорить начистоту, Мерседес уже успела остыть от того приступа ревности, с которым говорила прежде. Сейчас она лишь задевала мужа своими шпильками, желая услышать от него предсказуемо приятные ее слуху речи, которые заставляли ее сердце радоваться и учащенно биться. К тому же, она не единожды замечала, как быстро начинает заводиться ее супруг, встречая отпор в лице своей супруги, что более не пыталась оттолкнуть супруга или сбежать ее, наговорив ему часто оскорбительных речей.
К тому моменту, когда их карета остановилась посреди двора поместья, что переживало свою очередную перестройку, Мерси успела вновь убрать свои длинные темные волосы под платок, без которого негоже было замужней женщине появляться на людях, будь то люди ее круга иди обычные работники. Адриан за это время надел обратно свой дублет, к которому сеньора все равно потянула свои руки, чтобы расправить складки на нем, а заодно и застегнуть пару пуговиц, которые еще недавно она сама расстегнула, войдя во вкус их немногословного путешествия.
Она молча последовала за мужем из кареты, приняв его руку, когда он помог ей сойти вниз. Собраре не смотрела себе под ноги, предпочитая сразу же оглянуться по сторонам, давая оценку тем переменам, которые она могла уловить в первые минуты своих наблюдений, и необходимо отметить, женщина была приятно удивлена тому, сколь плодотворно трудились работники. Результаты работ можно было отметить сразу же. Для этого Мерседес не было нужды прищуриваться, пытаясь отличить те незначительные перемены, что происходили с садом за то время, которое ее внимательные карие глаза не цеплялись за кусты цветов в них. А тут и тропинки еще меняли! Довольно-таки сдержано улыбнувшись, сеньора последовала за мужем, когда он подошел навстречу садовнику, что желал поделиться своими рассуждениями с ним. Она даже предусмотрительно молчала, давая возможность супругу единолично высказать свое мнение, на которое она в любом случае попытается повлиять, когда они останутся наедине, чтобы передохнуть с дороги.
- Я подумаю к вечеру о том, что бы мне хотелось видеть еще в саду, - улыбнулась Мерси, когда к ней обратился Адриан. На людях она оставалась послушной своему мужу женщиной, что не осмеливается с глазу на глаз высказать свое мнение и дать волю своим истинным чувствам, что не всегда были теплыми по отношению к Собраре.
Следом супруги вошли в гостиную своего будущего дома, где Мерседес не оставалось ничего иного, кроме как поднять голову к потолку, наблюдая за прекрасной работой художников, занятых росписью этого помещения, что станет настоящей жемчужиной этого поместья, куда будет не зазорно пригласить влиятельных друзей их семьи. По правде говоря, женщина не знала, что могла бы сказать сейчас, ведь все то, что вертелось на кончике языка, уже поспешил огласить в своих восторгах Адриан.
- Мне тоже нравится, - прежде чем к ним успел подойти один из художников, занятый росписью стен, произнесла сеньора. Она облизала губы, что успели пересохнуть из-за чувства жажды, которое она начала испытывать лишь недавно.
Но на этот раз женщина не стала прятаться за спиной своего супруга, решительно заговорив с художником:
- Надеюсь, вы сумеете гармонично вписать в гостиной камин? Мне бы хотелось сохранить его традиционный вид – повесить над ним портрет, - она не сказала, какой именно, но можно было предположить, что  на этот счет у сеньоры были свои рассуждения. – Мы пока отдохнем с дороги, и вечером с радостью выслушаем все ваши идеи. Правда, дорогой? – она лучезарно улыбнулась супругу, прежде чем неспешно направилась на выход. Все-таки запах краски заставлял ее сторониться себя, поэтому она первой вышла из помещения, и сразу же отдала распоряжение служанке, которая аккурат подошла к ней, чтобы поинтересоваться, не будет ли у четы никаких пожеланий. – Подготовьте хамам для нас с сеньором, - вкратце огласила женщина. – Пусть там ожидает на нас охлажденное вино и фрукты, - продолжила раздавать указания женщина, планируя этот вечер провести по своему усмотрению именно так, как ей того хотелось, прежде чем они с Адрианом будут готовы принимать садовника и художников. – Ужин необходимо подать после захода солнца, не раньше. На ужин я хочу перепелок и баранину. Не забудьте об овощах и приправах. На ужине мы будем ожидать садовника и художника, поэтому не забудь накрыть еще на них, - добавила она следом, прежде чем к ней подошел Адриан, что без лишних слов понял, чем была занята его супруга. – Я велела приготовить нам хамам, - только и сказала она, оглянувшись на мужа, что прекрасно знал о ее любви к управлению. Именно здесь властолюбивая часть натуры сеньоры де Собраре находила для себя свободу, превращая это место для нее во что-то большее, чем место из ее детских воспоминаний.

+1

17

Что может быть лучше хамама? Воистину, это очищение не только тела, но и души... если бы не одно весомое "но", ставшее для Адриана и Мерси неизменным правилом - они всегда ходили в хамам вдвоем и при этом на прекрасной сеньоре не было специальной простыни, что должна была целомудренно скрывать все ее прелести. И было чертовски здорово оказаться вновь в горячей ароматной воде, зная что можно никуда не торопится и ничего не планировать - по крайней мере пока. Хотелось просто наслаждаться моментом, потягивать вкуснейшее вино отменной выдержки и обнимать любимую женщину.
-Здесь замечательно... и я надеюсь, что купальня в особняке выйдет не хуже чем эта.., -улыбнулся Собраре, стянув с большого блюда несколько виноградин. -И не то чтобы я хотел переплюнуть нашего соседа Руиса, но наш дом должен быть образцом хорошего вкуса и отменного стиля. Пусть все эти аристократы задумаются о том, насколько прекрасно современное искусство, едва только переступят порог нашей гостиной. И что его не стоит держать в рамках предрассудков...
Определенно, новый дом четы Собраре должен был стать чем-то из ряда вон выходящим... настолько он не был похож ни на одно подобное строение. Все в этом особняке должно было стать новаторским - начиная от больших и светлых окон и отсутствия привычных темных цветов во внутренней отделке. По правде говоря, строгая спальня в городском доме, отделанная дубом и палисандром, порядком надоела Адриану и Мерси, хотя и была удобной и комфортной. Но в их новой комнате все будет совершенно по-другому: там будут царить красота, изысканность и хороший вкус. Все предметы отделки будут особенными и сделанными в единственном числе - а еще будут тщательно подбираться и придумываться по ходу стройки.
-Строительство идет настолько быстрыми темпами, что нам бы надо придумать какую мы хотим отделку для нашей будущей столовой, -продолжил Адриан, обняв любимую супругу. -Честно говоря, не хотелось бы перегружать ее лишними предметами обстановки... но там должно быть что-то помимо большого обеденного стола и стульев, правда? А когда появится на свет наша кроха, можно будет начать обустраивать и ее комнату тоже - рядом с нашей. Что скажешь, любовь моя?
Как гласит давняя и справедливая примета, нельзя покупать что-либо ребенку до того момента пока он благополучно не появился на свет. Вот и Адриан с Мерси пока что оставили все приятные хлопоты на ближайшее будущее - когда их малыш появится на свет, будет делом нескольких минут распорядится насчет всего самого необходимого.
-Скажи мне, ты представляла себе, каким она... или он будет? -произнес Собраре, коснувшись ладонью округлого живота жены. Вредной крохе явно по вкусу была приятная горячая ванна, так что она лениво шевельнулась, не удостоив своего отца привычным ощутимым тычком в ладонь. -У него будет все только самое лучшее... и я никогда не буду вести себя так как мой отец. Мы с братом всегда были для него словно собственность - в том плане что наше будущее он продумал "от" и "до" без нашего на то согласия. Я хочу чтобы наш ребенок был счастливым и мог иметь право на свой собственный выбор... а если это будет дочка, то она обязательно получит хорошее образование и не ограничится только лишь ведением домашних дел. Давай еще немного выпьем за счастливое и безоблачное будущее для нашей крохи?
Забегая вперед, можно сказать что все мечты Адриана и Мерси сбылись - и их дочурка появилась на свет здоровенькой и красивой, а когда подросла, то стало ясно что девочка в полной мере унаследовала все самые лучшие качества от обоих родителей. Яркая красота и строптивый нрав Мерседес прекрасно сочетались с живым умом и воображением Адриана... но конкретно сейчас, до рождения Марии еще оставалось достаточно времени, которое банкир и его вредная жена могли оставить лишь для самих себя, прежде чем перейти к очередным своим грандиозным планам...

+1

18

[indent] Принято считать, что чистоту духа и мыслей помогает поддерживать чистота телесная, которую можно поддержать в таком чудесном месте, как хамам. Именно хамам – дарован Двумя для того, чтобы избавить всех нас от соблазнов этого мира, поэтому женщинам и мужчинам не предполагается проводить в нем время вдвоем, особенно полностью обнаженными, чего упорно не придерживалась чета Собраре на протяжении вот уже нескольких месяцев своего брака. И если поначалу молодая супруга банкира с опасения относила к такому нарушению принятых норм, то сейчас никогда не отказывала в возможности понежиться в теплых водах рядом с любимым мужчиной, а заодно и угоститься вином и фруктами, что благодаря стараниям неболтливой прислуги находились у них под рукой. Стоило только протянуть руку к бортику купальни, которая была заполнена теплой, и нисколько не горячей водой, которая могла бы навредить беременной женщине, чтобы стащить один из фруктов, приготовленных для них. И пока Адриан угощался виноградом, таская одну спелую виноградину за другой, она находилась рядом, проводя ладонями по его спине и шее, заставляя его забыть о всех сложностях, которые могли быть в столице. Вряд ли бы сеньора де Собраре могла бы сказать, когда именно ей стало так необходимо, чтобы рядом с ней ее муж думал только о ней, об их грядущем, а не о чем-то далеком от них. Но глядя сейчас на умиротворенное выражение лица Адриана, она видела, что она сумела подарить ему пару приятных мгновений наедине, прежде чем он решил поделиться своими мыслями по поводу их строительства.
- Строительство идет в столь быстрых темпах только потому, что ты выделяешь на него средства вовремя и без задержек, как любят порой проделывать светлейшие господа, чтобы поторговаться со строителями, - тихо ответила она на замечание мужа, после чего погрузилась больше в воду, что пока еще отдавала им свое тепло. – Не знаю, стоит ли сохранять размеры нашей купальни в новом хамаме? Вода быстро остужается, - добавила она, прежде чем мужчина поинтересовался ее мнением по поводу их столовой. – Ее могли бы украсить картины какого-то талантливого художника, к примеру, - поделилась она своими мыслями, наклонившись ближе к супругу, что не забыл подумать и об их грядущем прибавлении. Долгожданный ребенок, который соединит их семьи крепче уз, которые были заключены под сводами Церкви.
- Скажи мне, ты представляла себе, каким она... или он будет? – тем временем поинтересовался Адриан у своей благоверной женщины, что прислонилась к нему спиной, давая тем самым ему возможность положить сразу обе руки на ее округлившийся живот, где потихоньку, едва ощутимо шевелился их ребенок.
- Конечно, представляла, разве можно было не представить себе его? - усмехнулась молодая женщина, мысленно возвращаясь воспоминаниями к тому времени, когда слышала разговоры служанок в доме своего отца. Те женщины считали, что есть определенные методы, что позволят женщине вычислить пол ребенка, до того, как он появится в этом мире.
Вот только, могла ли она на них положиться? Все-таки говоря о каких-то методах этим утром, она врала, глядя в глаза сеньору Луису. Но сейчас вряд ли могла себе позволить быть не честной с мужчиной, что был всегда искренним с ней.
- Я, пожалуй, откажусь. Боюсь, что вино меня сморит сразу же, даже ужина не дождусь. А я еще хочу послушать, что тебе захотят рассказать, - произнесла она, отказавшись от любимого напитка своего благоверного, вместо которого взяла одну из ярко-оранжевых мандарин, которую начала теребить, пока мужчина наливал в чашу вино. – Это может показаться смешным, но … - начала она, решив, что все-таки не может не поделиться с Адрианом своими мыслями, - … я знаю, что у нас будет сын, - уверенно добавила она, заметив заинтересованное выражение лица банкира. – Дело в том, что служанки в доме моего отца часто обсуждали личную жизнь моих родителей. Они говорили, что сразу же их брак не был ничем отличаем – они не любили друг друга, поэтому у них сначала появился сын. Потом, когда в дела семейные влезла соблазнительница Асгарта, родились дочери, мы с Марианной, - добавила она, даже не заметив, что вновь с легкостью способна упоминать имя своей сестры, не испытывая глупой ревности.

+1

19

-Кроме вина у нас еще есть свежий виноградный сок, -улыбнулся Адриан, проверив содержимое второго кувшина что был подан вместе с вином. Судя по всему, кухарка в поместье оказалась достаточно сообразительной чтобы догадаться что госпоже может захотеться чего-то легкого и вкусного вместо вина. -Давай попробуем? Похоже что наши лозы полностью ожили с тех пор как к своей работе вернулся тот садовник что работал еще на твоего отца. Мне нравится этот вкус, без каких-либо специй и тому подобного...
Немного охлажденный сок было очень приятно пить в жарком хамаме, так что Адриан с радостью его продегустировал. Пройдет совсем немного времени и подвалы в поместье снова будут ломится от бочек с вином и этот благородный напиток собственного производства будет не стыдно предложить гостям. Но все это еще будет когда-нибудь, а пока что...
-… я знаю, что у нас будет сын, -уверенно произнесла тем временем Мерси. -Дело в том, что служанки в доме моего отца часто обсуждали личную жизнь моих родителей. Они говорили, что сразу же их брак не был ничем отличаем – они не любили друг друга, поэтому у них сначала появился сын. Потом, когда в дела семейные влезла соблазнительница Асгарта, родились дочери, мы с Марианной.
-Любопытная теория... и наверное не лишенная смысла - особенно если посмотреть на брак моих родителей, -ответил любимой супруге Собраре. -Но... к нам с тобой это правило не подходит, моя радость - ведь я полюбил тебя сразу как только встретил. Поэтому в нашем случае все зависит только от воли богов: кого они решат подарить нам первым? Но как я уже говорил, и сын и дочка будут для меня большим счастьем. Да и к тому же, мы ведь не остановимся на нашем первенце, моя прекрасная сеньора?
Как говорится - запретный плод всегда бывает особенно сладким... что было более чем верно в отношении Адриана и Мерседес. Забываться друг у друга в объятиях давно было уже их любимым делом, тем более что сейчас им никто не мог помешать или напомнить о каких-то делах. Да и до ужина еще было много времени?
Этот ужин можно было по праву назвать очень даже необычным... потому как мало кто из состоятельных людей сажает вместе с собой за стол самых обыкновенных ремесленников. Однако, сегодня компанию банкиру и его жене составили садовник, а также те несколько молодых художников что трудились над росписями в новом доме. Адриан привык смотреть на вещи куда шире чем было принято в обществе, так что видел в этих людях прежде всего служителей высокого искусства, которое рано или поздно выйдет из тени запретов.
-Итак, господа - я рад что мы наконец-то собрались и можем поговорить
, -начал Собраре, сделав слуге знак разлить по бокалам вино. -Вам хорошо известно, что мы с супругой желаем сделать наш дом особенным и очень красивым - прежде всего для самих себя и для наших будущих детей. Мне бы хотелось чтобы они росли в окружении прекрасного...
-Мы будем рады услужить вам сеньор, -ответил самый старший из художников. -У нас появилась идея украсить парадный зал вашего дома несколькими большими зеркалами - визуально, они сделают пространство еще больше и будут отражать световые блики от светильников. Из мебели там лучше всего будет поставить несколько диванов и изящных столиков, чтобы гости могли отдыхать в перерыве между танцами. А еще мы планируем построить небольшой помост для музыкантов. Что же до убранства столовой, то оно будет немного более сдержанным - без росписи на потолке и на стенах, но зато с аккуратной и красивой лепниной и небольшими нишами в которым можно будет разместить скульптурные композиции. Остается только решить, в каком стиле вы прикажете отделывать вашу спальню и затем все прочие комнаты на втором этаже?
-Пожалуй насчет спальни это серьезный вопрос, который надо не спеша обдумать... а вот идея столовой мне нравится, но я бы хотел взглянуть на эскизы - и уверен, что Мерседес тоже будет очень любопытно посмотреть, -ответил Адриан. -Я понимаю что вам проще всего представить все в своей голове как людям с очень богатым воображением, но мне хочется уже сейчас увидеть конечный результат. И я полагаю, что скульптурные композиции могут быть небольшими... например мраморные вазы, в которые можно будет ставить живые розы из сада?
-Хорошо, я обязательно нарисую как я представляю все себе, -согласно кивнул художник. -А еще мы вместе с сеньором Гарсиа беседовали о том, что скульптурные этюды будут не лишними и в будущем саду. Он будет намного больше того что был прежде и неплохо будет заказать для внутреннего убранства несколько ажурных скамеек, также оград и декоративных мостиков.
-Если сеньор и сеньора позволят, то после ужина я покажу подробный план будущего сада, -вставил свое слово Гарсиа. -И мне очень нравятся идеи молодых людей, даже несмотря на то что декоративные водоемы и прочие украшения добавят мне работы.
-Не беспокойтесь, вас никто не заставит ухаживать за садом и виноградником в одиночку, -поспешил успокоить садовника Адриан. -Вы подберете себе хороших помощников и обучите их. А так как я не намерен скупится, благоустраивая поместье, то никаких проблем с ними не будет. Предлагаю сейчас поднять бокалы за искусство и за вдохновение, без которого самые дерзкие замыслы были бы невозможны.

+1

20

- Как предусмотрительно со стороны слуг позаботиться о возможности попробовать свежий сок винограда, который еще несколько месяцев спустя мог бы стать вином, молодым вином, которое ты можешь пить уже сейчас, - приняв с рук мужа чашу, ответила ему Мерседес. Она умолчала о том, что предпочитал говорить о соке ее дедушка, который проводил в этом имении куда больше времени, чем ее отец. Впоследствии именно ее отец и заложил эти земли, но не сделал ничего для того, чтобы их вернуть, прекрасно понимая, насколько ценными были виноградники и все земельные участки, которыми владели уже не одно поколение графов де Берги, которые отличались своей приверженностью семье и исполнению долга. Долга, который и исполнила Мерседес, выйдя замуж за Адриана, как это велел ей сделать брать, пусть даже категорично отказывалась от этой затеи, считая, что не сможет обнаружить счастье в браке. Однако, как показала жизнь, будущее далеко не так предусмотрительно и предсказуемо, как может показаться на первый взгляд. И ведь в браке она тоже нашла положительные стороны, не говоря уже о муже, которого с удовольствием для себя обнимала и дарила ему свою нежность и заботу.
- Я не хотела затрагивать своими теориями твоих родителей, - ответила Мерседес, стоило только Адриану найтись с ответом на слова ее супруга, что не забыл и на этот раз напомнить ей о своих чувствах, что невольно подтолкнуло ее к более искренним признаниям. – Я просто хочу родить сына. Ведь, что будет, если у нас будут одни девочки? Когда родится хотя бы один сын, я могу с облегчением вздохнуть и больше не переживать на эту тему. Твой отец получит желанного внука, и твоя мать больше не будет считать, что моя сестра могла быть лучше меня, – несколько обеспокоено ответила она, тяжко вздохнув при этом, демонстрируя определенную уязвимость, которую начала ощущать с той поры, когда начала носить ребенка под сердцем. Раньше ее так уж сильно не заботили чьи-либо слова, как и не нужно было чье-либо одобрение. Но веря в те слова, которые говорили служанки в доме ее отца, она находила определенную веру в то будущее, которое неустанно приближалось к ним. – У меня ведь тоже есть чувства к тебе. Вдруг они помешают мне понести сына? - совсем тихо прошептала Мерседес, прежде чем они в очередной раз позволили себе забыться, находясь наедине и в более чем располагающей для этого обстановке.
Совершенно удивительным было то, что чета Собраре все-таки почтила всех приглашенных гостей на ужин собственным присутствием, найдя в себе силы, наконец-то, оторваться друг от друга. И хотя Адриан не настаивал на более детальном объяснении своей жены о тех чувствах, которые у нее были к нему, Мерси прекрасно понимала, что разговор еще состоится. Не сегодня так завтра? Впрочем, она была рада тому, что об этом говорить они не стали сейчас, ведь полностью обозначить эти чувства она все равно не была способна. Откуда ей было знать, что это именно та любовь, о которой говорит Адриан ей? Может быть, это лишь симпатия? Определенно, она ревновала Адриана каждый раз, когда ей доставалось меньше внимания, но время, проведенное в загородном имении, заставило ее по-новому взглянуть на их отношения и отбросить в сторону несколько тех сомнений, которые могли у нее возникнуть. Она знала наверняка, что ей было нечего волноваться о поле будущего ребенка, как и утвердилась во мнении о том, что собственная сестра ей не конкурентка. Несколько раз она заговаривала с супругом о Мариане, прежде чем решилась сама пригласить ее в гости.
- … ты должна будешь увидеть этот дом! – говорила тем вечером Мерседес сестре, делясь с ней впечатлениями о новом загородном доме, который ранее принадлежал их семье. – Он чудесный! И будет настоящим произведением искусства, куда будет отрадно приехать, - добавила она следом, присев на одну из лавочек в саду, напротив одного из фонтанов, в которых журчала вода.
- Я думала, что тебе нравился старый дом, Мерседес, - несколько удивленно произнесла Мари. – И я, честно говоря, удивленна, что ты решила согласиться на его перестройку. Мы с Лауреано были очень удивлены, - добавила младшая из дочерей покойного графа де Берги.
- Мне нравился дом, Мари. Но то состояние, в котором я его увидела после стольких лет заточения, дал мне понять, что некоторые дома стоит все-таки перестраивать. Он был старым и ветхим, … почти как наша семья, - внезапно решилась провести параллели Мерседес.
- Я вижу, время в браке заставило тебя переосмыслить некоторые вещи и по-новому отнестись к своему мужу, - хитро улыбнулась Мариана, вероятней всего ожидая от своей сестры определенных откровений. Однако Мерси не была готова к подобного рода откровениям. Она только положила ладонь на живот, чувствуя, как ребенок начинает толкаться внутри нее, делая это практически невыносимым, от чего она даже тихо вздохнула. – Все хорошо? – обеспокоено спросила Мари, прежде чем Мерседес поспешила ее успокоить, уверив, что все будет нормально.
- В последнее время ребенок часто так делает, становится более активным, - объяснила она. – Доктор говорит, что он скоро родится. Надеюсь, это будет сын, - не слишком уверенно добавила она, конечно же, опасаясь дня своих родов, как сделала любая другая женщина, чья мать скончалась сразу после родов.
- Ты говоришь без привычной уверенности, Мерседес, - нахмурилась Мариана. – Что-то плохое чувствуешь? Я обещаю, помолюсь за тебя Двум, - очень быстро поддалась сомнениям Мерси ее младшая сестра, от чего женщина постаралась отвлечь сестру.
- Я чувствую только желание спать и есть, Мари. Я скоро стану похожа на троглодита или на какое-нибудь чудовище, если ребенок не родится в ближайшие дни, - добавила женщина, театрально вздохнув при этом. Ей не хотелось, чтобы Марианна волновалась попоусту из-за вещей, которые не должна были волновать ее. – Кстати, как дела с поиском жениха? – как бы невзначай поинтересовалась Мерседес, помня обещание, которое дала Адриану, когда они в последний раз говорили о предложении сеньора де Руиса. – Ты еще не собираешься под венец? Я хочу быть первой, кто узнает! – потребовала она, не желая, чтобы ее вопрос показался Мари странным.
- Пока еще никак. Похоже, после того предложения, которое сделал нашему брату сеньор де Руис, остальные женихи не торопятся оказаться на месте тех, кому укажут на дверь. Надо признать, Мерседес, что наш брат был чересчур резок и категоричен тогда: мы не в том положении, чтобы отказываться от таких предложений. Боюсь, не выйти мне удачно замуж… - тяжко вздохнула Марианна, прежде чем заметила, как изменилась в лице Мерседес, прежде чем поняла, что время родов настало. – О Двое! Что же делать… - растерялась Марианна, и поднявшись с места, умчалась в поисках сеньоры Эсперанцы, у которой должно было быть больше опыта, чем у нее самой.
- Где Мерседес? – спросила старшая сеньора Собраре в доме, на что Мари лишь указала в саду. – Двое, и на кого ты ее там оставила?! А если ей дурно стало?! – проворчала она, выдав все необходимые указания для того, чтобы привели доктора и подготовили специальные покои. Позволить родиться своему внуку или внучке в покоях родителей, Эсперанца не могла. Ну и, конечно же, по такому случаю, она не забыла отправить гонца сыну и его отцу, пусть даже те были заняты важным делом в банке.

+1


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Dios desea lo que quiere la mujer.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно