Рейнс: Новая империя

Объявление

15 июля — 15 августа 1558 года

После неожиданной кончины Верховного Триарха Эйверской Лиги и убийства императора Эстанеса в Рокском море снова неспокойно — страны замерли на грани новой масштабной войны. Рейнская империя захвачена внутренними проблемами: политическими и магическими, на Севере по-прежнему сеидхе ведут войну со своим древним врагом, и в этой войне люди страдают больше всех.
Азалийские острова тревожно ждут нападения со стороны Эстанеса, в то время как все остальные еще только решают, вмешиваться им или нет. В общем, все очень плохо.

избранная цитата

"Сны — грань между мирами. Они подобны Бездне. Но если в последней обитают демоны, то в мире сновидений обитаем мы сами. Через сны с нами говорят боги, мироздание. Оно дает подсказки и указывает путь. Предупреждает об опасности".

Арлантарис, "Дед мой драконий"

разыскиваются

Ленарт ван дер Хейден

ректор магического Студиума

Ровенна Бонне

чародейка, триарх

Йефирь Хадиди

дочь богатого торговца

Хавьер де Сарамадо

претендент на эстанский трон

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Обмани меня


Обмани меня

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Время: 20 Июля 1558 г.
Место: Эстанес, Корвола, императорский дворец
Погода: жаркая
Участники: Мирейя де Сарамадо, Хуан де Сарамадо
Описание: любовно-шпионские игры

Отредактировано Хуан де Сарамадо (25-01-2018 17:18:07)

+1

2

[indent] Дел у новоявленного императора было с избытком: внешние и внутренние разведки из шкур вон лезли, охотясь за сведениями и людьми. В стране пахло кровью уже пролитой и грядущей. На фоне этого особого внимания требовали и экономические решения. Поднятая с прошлой войны за пять лет страна была еще не готова уверенно ввязаться в новую, но медлить Хуан не желал, боясь упустить удобный момент, благословения Братьев, которые лишили Лигу их бессменного до селе главу, а рейнскую империю терзали напастями. И де Сарамадо изыскивал средства там, где их на данный момент было проще всего достать – в карманах своих подданных, подчас забирая вместе с большими состояниями недовольных и жизни.
Но Хуан не сетовал. Надевая на голову корону, он был прекрасно осведомлен о тяжести труда правителя и состоянии земель. Более того, он был свято уверен, что справится с положением в разы лучше покойного отца, который, как ему казалось, лишь вел империю к пропасти, затеяв игры подхалимства с придворными и еретиками. 
   Однако, несмотря на обилие дел, император умел неплохо распределять свое время, оставляя его для молоденьких любовниц и сыновей, которых так же не желал упускать из своего внимания, но уже по иным причинам. Подпадали под эту последнюю категорию и племенники. И если младший сын Мирейи еще был слишком мал, чтобы отчитываться перед императором, то старший неизменно отчитывался о своем обучении и тренировках, еженедельно получая наставления.
   Вот и сейчас очередная порция слов о том, как империя и император нуждаются в верности, на пороге перемен и в окружении врагов была сказана. Юные умы податливы, чисты. Хуан желал, видеть свет преданности в глазах своих племенников, или в крайнем случае вовремя заметить, как он начнет мутнеть и меркнуть от чужого влияния.
   Хуан отпустил племенника царственным жестом. За дверьми кабинета ждала сына мать.

+1

3

[indent] Не часто доводилось женщине бывать в этой части замка, в святая святых мужского царства, среди строгих кабинетов, полных забитых доверху стеллажей с отчетными ведомостями, документами, изобилующих прямыми линиями и строгими формами.
[indent] - Мама! - тонкие ручки вцепились в подол, но тут же, спустя мгновения, Амадо отстранился, принимая вид серьезный и независимый и лишь то и дело надуваемые губы и искорки в глазах выдавали то, что он соскучился, - Я скоро стану настоящим воином, как дя.. дон Хуан. Он сказал мне, что я должен заниматься больше, чтобы стать лучше.
[indent] - Несомненно, станешь, - Мирейя мягко улыбнулась и ласково взъерошила волосы сына, тот как котенок потянулся за лаской, прищуривая глаза, но тут же нахмурился.
[indent] - Мне пора на тренировку, я хочу победить Луиса! - мальчик едва заметно шмыгнул носом и развернулся, буркнув тихо, что придет на выходных.
[indent] - Я буду ждать, - Мирейя поймала сына в объятия и поцеловала в щеку. Как вырос ее сын за этот месяц, как изменился - вдова понимала, сколь хрупок еще не сформировавшийся характер, сколь подвержена стороннему влиянию душа ребенка. Особенно мальчика, оставшегося без отца - видела она за кем он повторяет наклон головы, чей взгляд и сведенные к переносице брови пытается скопировать - вне всяких сомнений, выбранный эталон был прекрасен, но Рейя не хотела ослаблять собственное влияние на сыновей. Она с легкой грустью посмотрела вслед удаляющимся фигурам и улыбнулась - не часто выпадает такой шанс, чтобы можно было его упустить.
[indent] - Сиятельный Дон, - инфанта скользнула в кабинет после короткого стука, приседая в глубоком реверансе. Глаза ее задержались на сидящем в кресле мужчине дольше положенного, лишь в последний миг взор опустился к полу, а на губы, напротив, легла лукавая улыбка. Ее платье было более строгим чем то, в котором она когда-то на пороге своих комнат встречала этого мужчину - идти в эту часть дворца без корсета было бы безумием. Волосы были бережно уложены в высокую прическу, не падая на лицо упругими локонами - лишь взгляд оставался прежним, полным азарта, приглашающим продолжить игру, - Я благодарна тебе за честь, которую оказал ты моему сыну.
[indent] Мирейя плавно выпрямилась, поднимая взгляд и делая несколько шагов к императору. Ее движения были полны ленивой грации кошки - так ступает она мягко, присматриваясь к возможному сопернику, нарочито спокойно, без резких движений, готовая к прыжку в любую сторону.
[indent] - Он выбрал для себя эталон истинного воина и пытается ему подражать. Вне всяких сомнений, этот путь освещен Братьями, - Мирейя замерла, не дойдя нескольких шагов до стола, приподняла подол, открывая узкие щиколотки в белоснежных чулках и скинула туфли, становясь на толстый ворс ковра.
[indent] - Всегда мечтала узнать, какие ковры устилают кабинеты императора, - лукавая улыбка скользнула на губы. Игра началась, но сегодня инфанта хотела, чтобы она проходила по ее правилам.

+1

4

[indent] Женские ножки редко переступали порог императорских кабинетов, а с момента воцарения Хуана – никогда. Это не было писанным правилом, но было негласным законом. Даже влиятельные вдовы отсылали просить к императору своих близких или дальних родственников мужчин, ибо говорить с женщинами о делах было немыслимо. Де Сарамадо строго разделял свое время отведенное для работы и для развлечения, стараясь не смешивать их, но весь установленный порядок смахнула Мирейя, проскользнув в рабочую комнату.   
   Она прошла уверенно, хоть и склоняла голову и опускала взгляд. Ее голос, непривычно звонкий для этих стен, вызвал сначала недоумение, потом недовольство, и, наконец, любопытство. Хуану стало интересно, что станет делать эта нагловатая женщина, получавшая снисхождение лишь благодаря своей красоте, новизне, и доли страстности. Сломать ее изящную шею де Сарамадо мог в любой момент: и в прямом, и в переносном смысле – двое племянников хоть и имели долю свободы, получали заботу и образование, но на деле они оставались заложниками, на которых смотрели из теней хищные острия ножей.
   Император снисходительно проследил за передвижениями свой гостьи и тем, как вольно она обошлась с его ковром. Если Мирейя и мнила себя кошкой, хищной и хитрой, то игралась она с тигром.
   - Конечно это путь Братьев, - усмехнулся Хуан, откидываясь на высокую спинку своего резного кресла, однако вальяжности в позе не прибавилось – император сидел в нем подобающе титулу, даже при женщине, - а ты, глупая, думала сопротивляться ему. Я научу их, как принести славу де Сарамадо и нашей благословенной империи. Они будущие адмиралы и генералы, опора для моего наследника. В тебе больше нет сомнения?
   Взгляд Хуана скользнул по женской фигурке, скованной строгим платьем, и остановился на босых ножках. В нем не было несдержанности или животного вожделения, лишь все тоже любопытство – де Сарамадо принимал чужую игру, покуда та его забавляла. 
   - Я давно тебя не звал. Неужели ты истосковалась настолько, чтобы мешать императорским делам? – голос Хуана был мягок, но чуткий слух мог бы распознать насколько опасен может быть ответ на этот вопрос.

+1

5

[indent] Толстый ворс ковра щекотал нежные ступни сквозь тонкие чулки, но не он, а взгляд императора вызывал мурашки, щекотал скрытую под кружевом мантильи, откинутой за спину, шею. В который раз Мирейя видела в позе, постановке головы и взгляде зверя. И даже пусть этот зверь был сыт и ленив, спокойствие это было обманчивым - любое неосторожное движение может спровоцировать прыжок. Но все это не вызывало желания отступить, а лишь больше раззадоривало инфанту. Такие моменты как специи раскрывали вкус жизни.
[indent] - Разве могу я сомневаться в тебе, чья воля - глас Братьев на земле? - Рейя склонила голову на бок, нежно улыбаясь. Темная ткань мантильи соскользнула с плеча, открывая тонкую шею. Она могла и сомневалась, не доверяла ни на мгновение - ее дети были возможными соперниками, пешками на шахматной доске, но под стягом Хуана де Сарамадо они были в большей безопасности. Слишком велико искушение тех, кто жаждет власти использовать их неокрепшие умы, а делать их разменными монетами в околопрестольных играх инфанта не желала. Хуан первый сам того не подозревая предоставил ее детям лучшую защиту, чем та, которую могла дать она сама. Даже представители черной церкви могли быть не чисты на руку, чтобы всецело доверять учителям. Женщине же присутствовать на занятиях сыновей не пристало - вероятно, яд Асгарты передается по воздуху и может каким-то образом влиять на восприятие информации.
[indent] - Совместить приятное с полезным, мой император, - инфанта ступала медленно на подушечках  и шаги ее больше походили на танцевальные па - от натянутого носочка до мягкой пружинистости движений, - Тревожные слухи ходят по этим залам, разносимые шепотом, они кажутся легким ветерком, но он может стать предвестником бури.
[indent] Чем ближе Мирейя подходила, тем тише и вкрадчивее становился ее голос. Наконец, она остановилась подле кресла, в котором сидел император и плавно повела плечами.
[indent] - Но я не смею отвлекать тебя от государственных дел, Сиятельный Дон, - инфанта оперлась о плечо де Сарамадо и невесомо коснулась дыханием уха, наклоняясь ближе, - свою тоску я заглушу молитвой Братьям. Я буду молиться, чтобы буря прошла стороной.

+1

6

[indent] Мирейя не ответила на его вопрос о сомнении, перевернула, задала свой. С юных лет находясь при дворе отца, Хуан очень хорошо знал, как выглядит ложь, какие формы она принимает, какие причины ее порождают, - он рос среди интриг, и змеиный шепот женщины не обманывал его. Она искала то, что искали все подле его трона: покровительства, защиты, обогащения, власти. Можно было ткнуть пальцем в любого, обличить и не ошибиться – истинная верность присуща лишь малым умам: собакам, детям, черни. Но чтобы трон стоял, следовало умело класть эти чужие желания на своем пути; закрывать глаза на одно, чтобы получить иное.
И де Сарамадо снисходительно не цеплялся к речам инфанты, заметив лишь:
   - Асгарта часто заставляет думать, что есть что-то кроме воли Братьев. И что можно против этой воли идти…
   Он наблюдал за текучими движениями Мирейи со сдержанностью, но не без удовольствия. Ее игра действительно была похожа на танец, легкий и манящий, и Хуан позволил ему завершиться у своего плеча. Неторопливо приподняв руку, император мягко огладил оголенную женскую шею и вдруг на мгновение крепко сжал пальцы под мочками ушей инфанты, чуть выше округлого изгиба челюсти.
   - Ты умеешь заинтересовать, - заметил де Сарамадо, разжимая пальцы. – Но если ты пришла что-то мне рассказать – лучше говори, а не трать мое время и терпение. Кокетство в делах политики для женщины не уместно.
   Хуан откровенно сомневался, что Мирейя способна принести ему что-то, что не смогли бы собрать по стране и за ее пределами шпионы и соглядатаи, но глубину ее заинтересованности определенными вопросами узнать стоило.

+1

7

[indent] В глазах Мирейи искры страсти, возникшие на мгновение, утонули в чернилах злости. Она чувствовала себя не хищником, но котёнком, которому зверь старше и крупнее напоминал о рамках игры, о принятых правилах. Лениво и не выпуская когти, не вгрызаясь в подставленную шею, а лишь показывая, как легко можно её сломать.
[indent] За вырвавшимся стоном послышалось шипение, Мирейя выпрямилась, цепляя на лицо тонкую улыбку. В очередной раз император переписывал правила, ломал привычную игру, что восхищало и раздражало одновременно, привносило неповторимый аромат, который хотелось ощутить полнее, распробовать на вкус и раскусить сердцевину - будет ли этот яд сладок?
[indent] - После коронации ходят слухи, что император взял в руки палку, позабыв о морковке. К тому же, за вырванным языком многие видят то, что император не желает чтобы говорил кто-то помимо него, - инфанта наклонилась, зарываясь руками в волосы Хуана, пряча усмешку в уголках губ. Ноги мерзли на холодном полу и Рейя зябко поджимала пальцы, мечтая о мягком ворсе ковра и натопленном по-зимнему камине, когда можно сесть с бокалом вина у потрескивающего огня и наблюдать как лениво взбирается, цепляясь лапками за сучья, высовывая длинный язык, чтобы попробовать кору на вкус, рыжий хищник, - А ещё говорят, что место всех сподвижников Хуана первого на коленях. И я склонна с этим согласиться.
[indent] Последнее предложение вдова произнесла шепотом, мягко растягивая гласные, усаживаясь туда, где ей и полагалось быть. Она играла словами, преследуя собственные цели - стол, полный вороха исписанных бумаг был на расстоянии протянутой руки, взгляд на мгновение скользнул поверх документов и вернулся к императору - слишком рано.

0

8

- Беда людей в том, что без вырванного языка им это не ясно, - хмыкнул Хуан, не противясь ласковым прикосновениям и позволил Мирейе сесть куда ей вздумалось. Очередная недопустительная наглость, которая была прощана в угоду игривости момента. – Тебе стоило бы встать на собственные колени передомной… - заметил он, небрежным и одновременно ловким движением подцепляя пальцами шнуровку строгого платья. – Все это мелочный вздор, безликие сплетни. Если ты хочешь меня впечатлить, то назови мне имена этих болтливых ртов. Иначе твое старание ничего не стоит.
   Шнуровка поддавалась привычным к ней рукам, и платье инфанты просело на плечах, полностью открывая шею.
   - Лучше расскажи мне какие мысли сидят в голове моей матери. Это знание тебе гораздо доступнее.

+1

9

[indent] Почти нежное ворчание предвкушающего сытный обед, зверя, сменилось вполне конкретными вопросами и не все из них были приятны Мирейе, но каждый из них был понятен. Ответ на первый у нее был заготовлен заранее - его она ждала, даже предвкушала - слабые звенья следовало удалять прежде, чем они лопнут, задевая ближайшие, в лучшем случае - прежде, чем они станут частью цепи оппозиции.
[indent] - Анселмо де Саес высказывал эти мысли в обществе своей кузины, Сиятельный Дон, я слышала о том от служанок, - инфанта решила ответить на первый вопрос, тем временем, тщательно обдумывая куда более опасный, тот, который был задан мужчиной после. Анселмо де Саес был из того рода людей, что меняют свои убеждения гораздо чаще, чем Хуан - своих любовниц. Вне всяких сомнений, никакой реальной угрозы власти императора он не представлял, но одно то, что он мог метить в ряды оппозиции, подгоняемый желанием стать для кузины не только лишь старшим родственником, но и наставником иного рода, являясь пред ней образцом щедрости и великодушия, поддерживая (только лишь на словах) новые веяния, пришедшие из  запрещенной Черной церковью  из Рейнсианской поэзии - являло дурные предчувствия. Мирейя собирала сведения по крупицам, иногда балуя служанок маленькими подарками, иногда получала сплетни из уст придворных дам, тратя на это бесконечное количество времени, выуживая жемчужины из большого количества ненужной шелухи.
[indent] Тон вдовы был далек от делового, да и сама она, казалось, была больше занята пуговицами колета любовника, нежели сеньором Анселмо, о котором вела речь. На самом же деле, ее больше занимали документы, особенно тот, где среди ровных строчек проглядывались яркие, отличающиеся жесткостью нажима пера и острыми краями, скачущие словно от гнева, буквы.
[indent] - Вдовствующая императрица скорбит по мужу, мой император, - осторожно начала она, видя за вопросом больше, чем праздный интерес - Хуан был не похож на того, кто будет всерьез воспринимать женщину в качестве политического противника, но все же опасался матери, мог ли он знать что-либо об оппозиции? - Она гораздо реже покидает свои новые покои, чем прежде. Если Сиятельный Дон мне позволит высказать свои предположения, я думаю, что ей сложно смириться с тем, что ее сын оказался предателем.
[indent] Выгнув шею навстречу очередной ласке, вдова мягко отстранилась, слезла, поворачиваясь спиной, позволяя верхнему платью плавно соскользнуть по искусно отделанной кружевом вдоль спины шелковой камизе. Повернула голову, бросая лукавый взгляд из-под ресниц - не дать, не взять, трепетная лань перед ликом хищника, напоминая себе в очередной раз о документах, на которые ранее упал взгляд, наклонилась, подбирая неспешно шелковые юбки, медленно открывая икры, подколенные ямки, словно дразня сидящего в кресле императора.

+1

10

[indent] Анселмо де Саес. Император даже не сразу вспомнил обладателя этого имени, а когда наконец поймал его лик в течении памяти ощутил долю разочарования. Жалкий паяц. Его лояльность стоило проверить, хоть он и не трепал языком так опасно как герцог де Кармона, подрезать тот немного стоило. И все же это было слишком мелко. Старания Мирейи услужить политически выглядели жалко, но стоило ли большего желать от женщины. Ее главные умения и ценность заключались совсем не в этом.
   - Материнская любовь к сыну самое чистое, что есть в женщине, но и ей она способна отравить, - заметил Хуан. - Вот почему я против того, чтобы мальчики долго оставались при
женщинах - это уродует их. Как изуродовало Хайме, как был жалок и слаб Мануэль…
   Императорский взгляд благосклонно скользнул по открытым ножкам, укрытым лишь тонкими чулками с нежной вышивкой, не скрывающим ни единого естественного изгиба. Осознание, что былая услада младшего брата теперь принадлежала ему, приносила Хуану особенное удовольствие и упоение собственной победой. Даже было немного жаль, что мертвец не может в должной степени оценить собственный проигрыш, познать всю глубину просчета и жизненных заблуждений.
   - А ты вспоминаешь про мужа? - не без довольства поинтересовался император, поднимаясь со своего места. - Видишь его в своих детях?
   Интонация этих вопросов была игривой и издевательской одновременно, ибо мало что приносило такое удовольствие, как переломанная чужая самоуверенность. Любое завоевание должно было сопровождаться унижением: так охотник наступает на голову убитого зверя, так уродуют тела врагов солдаты после тяжелых битв… так были подняты шелковые юбки, а сама Мирейя осталась лицом к лицу с бумагами, до которых так желала дотянутся взглядом.
   Излишне грубым Хуан не был, но был достаточно бесцеремонен следуя лишь за собственным желанием. Тратить слишком много времени на женщину в разгаре дня, полного иных забот, он не планировал.
   - В следующий раз жди меня там, где тебе положено быть, - предупредил император, заваливаясь обратно в кресло и наблюдая как оправляет одежды его любовница. - Ведьмина дочь, ты лишь отвлекаешь меня… Женщинам поистине недаром запрещено сюда ходить.
   Несмотря на серьезность заявленного, благостная улыбка все же проскользнула на лице Хуана.

+1

11

[indent] Хуан, как всегда, играл не по правилам, выпуская когти тогда, когда должно было слышать полное довольства мурчание и Мирейя видела в том наслаждение иного рода - он хотел очередного подтверждения того, что выше, сильнее, удачливее - ощущения превосходства над тем, чье тело уже стало кормом для червей. Соперничество между мужчинами порой приобретало столь причудливые формы, что хотелось рассмеяться в голос - в нем было столь много детского, наивного - так ее сын недавно обещал победить соперника, похваляясь перед матерью, так сейчас Хуан хотел слышать подтверждение того, что победил. Горькая ирония крылась в том, что даже из могилы Мануэль бередил душу брата. Была ли в том ревность к матери? Мирейя улыбнулась мягко, лукаво, поворачивая голову к любовнику.
[indent] - Не тогда, когда я с тобой, мой император, - она не любила Мануэля и ни одного момента со времени его смерти не вспоминала погибшего инфанта с теплотой - если его смерть и вызывала сожаление, то только лишь потому, что изменился ее статус, оборвались повязанные нити, она была зла за то, что сыновья и она сама стали заложниками ситуации, но вдова собиралась извлечь из нее максимум пользы.
[indent] Объятия Хуана стали жёсткими, теряя прежнюю нежность - время разговоров и прелюдий  закончилось, и инфанта облокотилась о стол, вчитываясь в прыгающие строки, стараясь запомнить как можно больше фамилий, прокручивая перед глазами лица тех, кто был приближен ко двору прежним императором. И в один момент едва не выдохнула чужое имя- предательское “Эстебан” прилипло к небу- но быстро сориентировалась и с губ слетело лишь:
[indent] - Estoy loca de ti.
[indent] Когда всё закончилось, они оба остались довольны друг другом - Хуан, получив очередное подтверждение своего превосходства, Мирейя - выудив ценные сведения о тех, к кому обратился полный гнева взор императора, о тех, к кому вскоре протянется длань карающая. Та, что оставила безмолвным де Кармона. Уходя, она прокручивала имена в голове снова и снова, зная, что побоится доверять их бумаге.

0


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Обмани меня


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC