Рейнс: Новая империя

Объявление

Навигация
О проекте Гид по матчасти Карта мира Сюжетные события Персонажи в игре Внешности Нужные персонажи Горячие акции
Объявления


ACHTUNG! обратите внимание на сводку последних глобальных событий — Рейнский вестник.
NEU! на форуме обновление матчасти — появились темы для Эйверской Лиги и империи Эстанес.
ACHTUNG! Обратите внимание на ОБЪЯВЛЕНИЕ. На форуме проводится реорганизация профилей и переучет населения. Отмечаемся, не проходим мимо.
В Игре
июнь-июль 1558 года от Великого Плавания

После усмирения Иверии и Аверена, кажется, что все должно начать налаживаться, но не тут-то было. В Эстанесе государственный переворот и новый император, жаждущий войны, в Эйверской лиге разброд и шатание после смерти Верховного триарха. Говорят, что на островах снова будет война, но пока что там только витает тревога и напряжение от приходящих из Хамдана новостей и слухов.
На севере Рейнса тоже неспокойно, по-прежнему. И хотя герцог Лотринский вроде бы нашелся, с ним явно что-то не так. И это все на фоне пробуждения древней магии, которая может положить конец всему, что есть на этой земле.
В общем, весело у нас.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Тогда сыграем в жмурки.


Тогда сыграем в жмурки.

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Время: 27 июля 1558 года
Место: Эйверская Лига, Тар Эвернесс
Погода: жарко
Участники: Келлен фон Эйстир, Наир де Рейн
Описание: Продолжение эпизода Искусство возможного

+

Поиграл бы я немножко,
Только, пусть, я буду кошкой.
Ты же, кошка, хоть на час
Мышкой будь на этот раз!

Оказавшись в мышеловке, стоит попробовать хотя бы съесть сыр.

0

2

[indent] Эмоции, не сдерживаемые более, ворвались разноцветным вихрем в полумрак скованной охристыми оттенками от неровного света факелов залы, разлетаясь хрустальными осколками вслед за разбитым недавно кубком, они впивались в кожу. Непонимание отразилось в глазах виконтессы еще прежде, чем было произнесено хоть слово. Весь предыдущий разговор, как теперь казалось, велся шепотом и громкие резкие звуки чужих чувств теперь мнились оглушающими.
“И каковы же Ваши мотивы?” - хотела спросить она, но не успела - земля под ногами казалась зыбкой, словно Улвенские болота - виконтесса замерла на кочке, уцелевшем клочке суши, но и та грозилась вскоре опуститься в болотную жижу - фон Эйстир уже чувствовала, как вязнут в ней ее ноги.
[indent] - Что Вы делаете? - пискнула она едва слышно, вжимаясь в стену, даже сквозь жесткий корсет ощущая спиной раму картины. Аромат чужого парфюма смешивался с другими запахами неизвестных ей веществ и сейчас, когда все чувства были обострены до предела, казавшийся слишком резким, кружил голову. Сердце испуганным зверем металось по клетке и билось о ребра, звоном благовестника отдавалось в висках. Руки, в первый момент спасшие от удара, когда от неожиданности фон Эйстир едва не врезалась в раму за спиной, уперлись в грудь нависающего над ней мужчины, оставляя белесые следы извести. Теперь Келлен точно была уверена, что под внешним лоском и блеском особняка де Рейнов скрывалась старая, испещренная сетью трещин каменная кладка. Кольцо на пальце блеснуло напоминанием о состоявшейся помолвке, но виконтесса смотрела лишь на своего спутника, в одночасье обернувшегося зверем, боясь даже моргнуть. Лицо горело от непозволительного вторжения в личное пространство, вздымая в груди возмущение происходящим.
[indent] Ответ пришел неожиданно в форме вопроса вместе со звуком чужого дыхания. Тщательно лелеемая и оберегаемая тайна внезапно оказалась под светом факела и чужие руки тянулись к ней. Фон Эйстир смяла ткань мужских одежд, чувствуя как дрожат пальцы. Ей нечего было ответить. Могла ли она? Лишь брат знал о ее тайне, лишь ему одному она доверила это, боясь, как станут смотреть на нее те, кому есть что скрывать. Холод осознания отразился в зрачках негодованием.
[indent] - Прекратите сейчас же! Ваше поведение в высшей степени неприлично, - шепот был больше похож на шипение разъяренной кошки и лишь дрожащие, с каждым мгновением становящиеся лишь более мягкими, руки и спрятанный взгляд выдавали замешательство вопросом и всей ситуацией. Наверное, стоило ей сделать шаг от стены и она тут же бы упала, потеряв последнюю опору.

Отредактировано Келлен фон Эйстир (31-01-2018 23:33:02)

+1

3

[indent] — И правда, — усмехнулся алхимик. — Зато об этой тайне не узнает никто третий. Но вы не ответили.
[indent]Келлен фон Эйстир молчала, спрятав глаза. А Наир смотрел на нее, досадуя о том, что не разобрать теперь, что точно стало причиной ее возмущений. Он был бы рад получить свое подтверждение из ее уст. Чтобы не оказаться таким же, как и немало его коллег, делающих свои выводы из череды счастливых случайностей.
[indent]Дар эмпатии был редок даже среди сидов. Людям не было детально известно, как это работает, на чем зиждется и от чего зависит. Те, кто обладал даром, не стремились говорить об этом другим. Должно быть, успешно находили себя в роли дознавателей, шпионов… И таких, как она.
[indent]Де Рейн имел немного соображений на счет эмпатов, происхождения дара и его особенностей. И очень хотел бы их опровергнуть или подтвердить. Настолько, что интересы лиги вольных городов несколько бледнели на этом фоне. Не говоря уже о приличиях и морали.
[indent]Хотя расстояние между ними казалось ему достаточным, чтобы случайный наблюдатель не перепутал беседы с тем, чему любят предаваться порядочные граждане Лиги, прикрываясь анонимностью масок, он все равно пожертвовал на приличия еще полфута. Отстранился и некоторое время молчал, не отводя глаз.
[indent]Им обоим было слышно, как в саду на улице один за другим раздались хлопки и свист потешных огней. Гомон оттуда тоже долетал. Усиливался.
[indent]— Сыграйте со мной в школярскую игру, в вопрос и ответ, леди фон Эйстир, — предложил наконец он. — Правила: соблюдать очередность и говорить только правду. Игра длится до тех пор, пока один из участников не откажется отвечать. А все, что будет сказано, останется между нами. Сделка честная. Ведь ваши интересы сейчас так же непросты для меня, как и для вас — мои.
[indent]На самом деле, ее вопросы были опасны. Времена настали ненадежные и плохие, ни в чем и ни в ком нельзя было оказаться уверенным.
[indent]Доносы, и раньше неплохо наполнявшие специальные ящики в виде львиных голов на Башенной площади, теперь забивали их битком, по самые пасти. Оттуда секретные послания изымали подчиненные Гвиневер и сортировали по степени тяжести. За всякую доказанную провинность  можно было изрядно пострадать. Излишне резвым и жадным гражданам в Лиге отсекали головы. Особо родовитые и заслуженные могли рассчитывать на утопление или высылку.
[indent]Поэтому Наир и считал, что может дать ей взамен за разговор о том, как устроен этот дар, многое. А ее ответы нужны были ему лишь для личных целей, своих.
[indent]— Если хотите, могу дать слово, что не использую то, что вы скажете, против вас.

+1

4

[indent] Руки мягко скользнули по черному бархату вамса, оставляя белесые следы на дорогой ткани, когда мужчина сделал шаг назад. Всё происходящее, начиная от внезапного предложения и заканчивая известковыми узорами, оставленными пальцами виконтессы на одежде де Рейна, казалось абсурдным, гротескным до невозможности и если бы не впившееся в сознание ощущение ворсистой поверхности ткани, мягкого покалывания в подушечках пальцев, можно было бы принять всё это за сон, но происходящее сновидением не было и фон Эйстир вскинула взор, не сумев скрыть недоумения, сквозящего во взгляде.
[indent] - Игру? - повторила она вслед за алхимиком. Голос, всё ещё тихий как шелест листвы под дуновением ветра, приобрел лёгкую хрипотцу и виконтесса нервно сглотнула, немало смущенная переменами. Чужие эмоции по-прежнему не отпускали, но просыпающееся любопытство будоражило разум и постепенно отодвигало их на второй план.
[indent] - Как Вы узнаете, говорю ли я правду? И как мне быть уверенной в том, что Вы не солжете? - тон голоса постепенно выравнивался, скрывая яркие всполохи внутри, делая плавными переходы. Помощница посла не спешила соглашаться, но в глазах уже искрилась жажда знаний.  Несомненно, это был риск, но отказаться значило так или иначе подтвердить подозрения де Рейна, не получив ничего взамен. Один вопрос, один ответ. Что может быть проще? Аргументы “за” и “против” ещё только складывались на чаши весов, но фон Эйстир уже приняла решение. В тот самый момент, как наткнулась на сияющий сапфирами взгляд де Рейна - такой взор сложно было перепутать с чем-то иным, так когда-то смотрел Эйрон фон Ревейн, простирающий руки к небу, увлеченный магией стихии, так наверняка блестели и ее глаза, когда она получила доступ к библиотеке герцогини Улвенской.
[indent] Фон Эйстир сделала глубокий вдох словно перед прыжком в воду, тонкие пальцы сплелись в замок за спиной.
[indent] - Мой брат знает об эмпатии, насчёт остального я не уверена, - согласие с правилами игры вырвалось в форме ответа, такое близкое, казалось, спокойствие вновь почти покинуло ее.
[indent] “Один ответ, один вопрос”, - вновь напомнила она себе, цепляясь за упомянутую господином де Рейном ранее возможность повлиять на решение веннари.
[indent] - Вы сказали ранее, что знаете, что может помочь Рейнсу получить поддержку Лиги против Эстанеса. Что же это?

+1

5

[indent]—  С правдой, — алхимик тонко улыбнулся. — Так обычно все и обстоит. Приходится принимать, что есть. Потому, что даже тот, кто свято уверен в честности своих слов, сам может ошибаться. Но раз вы эмпат, то рано или поздно сможете хотя бы распознать фальшь.
[indent]Понимание того, что фон Эйстир могла появиться в Эйвере, чтобы попробовать распознать эту самую фальшь в словах венаторов, его не тронуло. Сказанное только встроилось в общую картину происходящего, стало еще одним аргументом тому, почему сюда послали именно ее, женщину, не знающую даже языка.
[indent]Гораздо серьезнее было с азартом, интересом, эхом отразившимся в ее глазах. С готовностью рискнуть и разделить общую игру. Тем, что ему до сих пор чудилось тепло там, где оставили белый след ее руки. И что возможность получать ответы не только приносила удовлетворение, но и желание знать больше. Например, какой станет эта хриплость в голосе, если она действительно достанется ему.
[indent]Наир выдохнул, распрямляя плечи, проведя ладонью по одежде. Надеясь, что подробное изложение идеи заставит его остыть. Об остальном беспокоиться не имело смысла. Он знал о собственном желании, наблюдал за ним с момента, когда она заговорила о правде. Глядел со все большим удивлением, как смотрел бы любой алхимик на неожиданно и бесконтрольно вскипевший в колбе раствор. И она знала.
[indent]И все это было подобно mise en abyme, зеркалу понимания, закольцованному в обоих.
[indent]— Вам поможет информация. Или только угроза ее распространить, — заговорил он, понизив голос.
[indent]Тихо. Чтобы расслышать все, ей самой уже пришлось бы подойти или внимательно прислушаться.
[indent]— Считается, что Верховный триарх ушел в иной мир сам по себе, когда пришло его время. Но это мы постарались, чтобы все думали так.
[indent]Галерея, быть может, и была безлюдна, но не давала ощущения полной безопасности. Де Рейн старался поглядывать на выход, следить за ним поверх ее головы. Даже изображенные на полотне люди, казалось, слушали его с осуждением. 
[indent]— Но есть и те, кто знает, что его убили. Если бы это стало известно, и кто-то достаточно ловкий повернул бы обвиняющий перст в сторону ваших южных “друзей”… Чаша эйверских весов качнулась бы в сторону мести. Для многих аристократических родов, а тем более простого народа, не найдется ничего хуже, чем иметь возможность расквитаться с обидчиком и не использовать ее.
[indent]Наир снова посмотрел на Келлен фон Эйстир, удостовериться, понимает ли. Не намерена ли сбежать, получив свой ответ. И оказался пойман ответным взглядом.
[indent]— Тайна за тайну. Мой вопрос - как это работает? Что вы чувствуете? Это сродни запахам, как в магии? Прикосновениям? На что... похоже?

+1

6

  Правда у каждого своя, как любила говорить ее тетушка и тут фон Эйстир не могла не согласиться с господином де Рейном - взгляд на одну и ту же ситуацию с разных сторон мог давать абсолютно разное понимание обстоятельств даже в том случае если оба человека абсолютно уверены в правильности сделанных выводов. Субъективность мнений прослеживалась даже в исторических книгах, где одни и те же факты у разных авторов имели разную окраску. Но знала Келлен и то, что истина всегда одна и пусть отыскать ее порой не так просто, имея на руках информацию, сделать это возможно.
  Уголки губ виконтессы тронула улыбка, когда собеседник провел рукой по одежде, стирая следы ее вмешательства. Выправке лигийца мог бы позавидовать любой военный, льдистые глаза смотрели на картину, находящуюся за спиной фон Эйстир почти безучастно и все это рождало в воображении почти сюрреалистичную картину. Келлен поймала вырвавшийся смешок в кулачок. Внезапно проснувшееся веселье длилось каких-то несколько мгновений - голос собеседника стал тих словно шуршание весенней мороси за окном и меж бровей виконтессы залегла складка, а сосредоточенный взгляд переместился на лицо, словно это могло стать подспорьем там, где слух оказывался ненадежен. Шум, доносившийся с улицы, делал задачу еще более сложной. Фон Эйстир тянулась к знаниям как цветок тянется к солнцу. Хлопок. Вспышка озарила залу светом, оставляя красноватые отблески на золоченых рамах и изящных канделябрах. Келлен нахмурилась, даже не взглянув за окно. Шаг. Серьги мягко качнулись, по плавным металлическим изгибам кровью стекали отсветы потешных огней. То, о чем говорил мужчина было немыслимым - Гвинне ап Лливелин был Эйверской Лигой, мог ли его убить кто-то из приближенных или круга венаторов и триархов? За подобными смертями чаще всего стояли причины политические, об этом молвили исторические факты, о том же кричала логика, но насколько притягательна была версия обвинить во всем Эстанес, что тоже нельзя было сбрасывать со счетов - кому как не им была выгодна смерть того, кто мог поддержать Рейнс в текущей внешнеполитической ситуации.
  Келлен моргнула - заданный вопрос вывел из состояния задумчивости и тут же поверг в пучину смущения - напоминание об эмоциях заставило прислушаться к ним и на щеках под прикрытием очередной вспышки расцвел багрянец.
  - Это похоже на звук. Некоторые эмоции звонкие, другие же глухие, тихие и по силе их звучания можно, как правило, определить, - фон Эйстир на мгновение замешкалась, опуская взгляд. Ладони нащупали шелк подола. Говорить об этом раньше ей не приходилось. Даже брат не интересовался этим вопросом, - определить степень эмоциональной реакции.
  - Почему Вы меня не боитесь? - вопрос сорвался с губ неожиданно, выдавая ее собственные страхи, осознание произошедшего неприятно кольнуло и спряталось в глубине вновь поднятого взгляда. Рука взлетела вверх. - Стойте, не отвечайте. Я хотела спросить не это. За что Вы злы на погибшего?

+1

7

[indent]— Это не совсем злость. И направлена она в иную сторону, — немного помолчав, поправил магик, прикрывая глаза от вспышек света.
[indent]— После его смерти последовало вскрытие. Я присутствовал на нем. Разглядел нашего правителя слишком близко и подробно, чтобы не оставаться безучастным к этому факту даже некоторое время спустя.
[indent]И еще поступил так, как не должен бы добрый лигиец, это уж точно.
[indent]Он невольно отер лицо, словно это могло стереть из его памяти прозекторскую, вместе с телом, с Хэлфасом и даже советником. Задумавшись, зачем ей знать нечто подобное. Как может помочь. Ничего нового в том, что в Лиге доискивались до причин смерти верховного триарха, Рейнсу бы не открылось.
[indent]Но в любом случае, игра подразумевала ответ, даже если ты не знаешь, как воспользуется полученным твой визави.
[indent]Вспомнив о ее мимолетном интересе, де Рейн улыбнулся уголком губ:
[indent]— И отчего же, — полюбопытствовал он. — Я должен вас опасаться?
[indent]Идею, что ему стоит бояться потому, что она его выдаст, Наир пока отложил в сторону. Тут было ясно: рассказать, что действительно случилось со старым сидом, могло не такое уж и большое количество людей. На него бы вышли в конце-концов, стань это известно. Но все же, источник, которым он был, мог пригодиться ей и в будущем. Таких не выдавали. По крайней мере, сразу.
[indent]Кроме того, Наир был уверен, что фон Эйстир смогла бы извлечь из информации личную выгоду. Выдав высказанную им идею за свою.
[indent]— Может быть, это вы боитесь? — продолжил он, играясь со своей очередной догадкой. — Того, что думают окружающие, узнав, кто такая на самом деле Келлен фон Эйстир?
[indent]Наир легко коснулся ее подбородка, вынуждая не прятать взгляд. Даже немного посочувствовал. Отличия зачастую делали человека уязвимым перед другими. Таких не любили, сторонились. Хотя, разве было ей чего бояться, учитывая положение и кто ее брат?
[indent]— Вы не первый эмпат на моем пути. Мне известно, как это, быть рядом с такими. Что нельзя чувствовать лишнего и лучше не лгать. Чего я не знаю, так это почему в книгах и легендах твердят, что ваш дар — не сила, а огромная слабость, которая уничтожает. За что его называют проклятием, темной отметиной Двух на тех, кто им не мил. Расскажите мне, что происходит дальше с этим звуком? Он заставляет вас... терять себя, забываться? Что за уничтожение имеется в виду?
[indent]Правильнее было спросить, можно ли управлять эмпатом через его дар и как ослабить. Но Наир решил пока не злоупотреблять прямотой, попробовать узнать окольно. Предполагая, что девушка может и передумать отвечать из сочувствия или солидарности с неведомым обладателем такого же умения.

Отредактировано Наир де Рейн (22-02-2018 18:04:08)

+1

8

[indent] Ни ответ лигийца, ни следующие с ним рука об руку эмоции, не открывали завесы тайны на смерть сеидхе, а лишь больше запутывали тончайшие нити реальности, заставляя недоуменно дергать за кончики в тщетной попытке рассмотреть узор. Был ли зол де Рейн на то, что увидел, на то что стало с великим правителем или негодование его было направлено на тех, кто стал причиной смерти сеидхе? Каждый ответ рождал лишь больше вопросов, проливался дождем в полноводные реки разрозненных знаний и фон Эйстир всматривалась в мутную воду, тщетно пытаясь разглядеть дно, как вглядывалась в глаза собеседника, словно в них были написаны ответы на все вопросы. Едва угадывающийся блеск тайны под водой манил, заставляя забывать о целях начальных. Разве не должна она пытаться узнать больше о расстановке сил, о слабых местах и стремлениях веннари?
[indent] - Потому что Ваши маски мне не помеха? - очередная волна размышлений взбаламутила едва притихшую воду, вновь скрывая сокровище, которое мгновение назад казалось таким близким. В голосе виконтессы скрывалась едва уловимая ирония, которая с каждым биением сердца все больше походила на сарказм, стирая свое очарование. Келлен вскинула подбородок в ответ на прикосновение, прищуриваясь, досадуя на себя за то, что своим вопросом выдала собственные страхи. Тысячу раз был прав алхимик, но не могла признать это фон Эйстир, упрямо не отступающая под пристальным взглядом.
[indent] - Разве не затем Вы надеваете маску холодной вежливости, улыбаетесь тонко, невесомо и безразлично, чтобы оставить свои эмоции при себе, чтобы никто не прочел их по Вашему лицу? - Келлен поймала чужую кисть, гнев под яркими вспышками огней лавой растекся в глазах, - Не смейте меня жалеть. Подумайте лучше о том, как давно в последний раз у Вас внутреннее совпадало с внешним?
[indent] Из всех эмоций ничто не заставляло чувствовать себя столь ужасно, как жалость, даже ненависть придавала сил и лишь участие подобного рода от человека постороннего, чьи вопросы о страхах принуждали ощущать себя бабочкой, приколотой к стене для всестороннего изучения, унижало.
[indent] Уже был опыт. Сказанное слегка остудило пыл фон Эйстир, заставляя задуматься, не было ли проявленное сочувствие направлено на неизвестного эмпата, не приняла ли она желаемое за действительное, стремясь направить окружающие ее иные эмоции в другое русло. Юная посланница отпустила руку собеседника, делая шаг назад и разворачиваясь спиной.
[indent] - Вы чувствуете слишком много лишнего, - едва слышно буркнула себе под нос Келлен. Сейчас багровые цвета картины уже не казались столь гнетущими. На мгновение мелькнула мысль, что сейчас можно все закончить, сбежать, так и не узнав, отчего умер сеидхе. Ускользнуть от необходимости отвечать на неудобные вопросы ввиду испытываемых де Рейном эмоций.
[indent] - Вы когда-нибудь чувствовали потребность улыбнуться, глядя на смеющегося ребенка? - фон Эйстир не поворачивалась, обращаясь к даме на картине, не к лигийцу, оставшемуся за спиной, - В некоторых случаях и при определенных обстоятельствах, предрасположенности к тому или иному настроению, эмпатия может действовать сходным образом на носителя дара.
[indent] Фон Эйстир сама не раз замечала это, но вовсе не всегда чужие эмоции переплетались с ее собственными. Положительные и вовсе находили больший отклик в сердце, но многое зависело и от силы их звучания.
[indent] - У триарха были какие-то враги? Кто мог это сделать? У Вас есть какие-то подозрения? - мысли путались и лишь одна нить оставалась прочной, не рвалась под натиском разных мыслей, сияла ярко в обволакивающей пелене чужой страсти.

+1

9

[indent]— Много лишнего? — эхом откликнулся он. — Как знакомо.
[indent]Из всех возможных слов она, вероятно, случайно выбрала именно эти. Но магик сходство с тем, что уже слышал, отметил с удивлением и неприятным холодком.   
[indent]— Что ж, вы правы, — равнодушно признался он после непродолжительной тишины, прерываемой хлопками и одобрительными возгласами со двора. — Люди зачастую говорят одно, а чувствуют иное. И я не вижу в этом ничего плохого. Только естественное. А вам, должно быть, тяжело в толпе.
[indent]Ее ответы показались де Рейну слишком простыми, они не открывали нужного. Возможно, фон Эйстир на самом деле намеренно избегала подробностей. Нельзя было исключать. Последнее замечание натолкнуло его на размышления о том, что можно бы поискать в поведении эмпатов закономерности. Правда, этот путь был слишком длинным.
[indent]— Давайте оставим в покое веннари, — предложил он, равняясь с ней и жестом приглашая вперед. — Пойдемте дальше, здесь еще есть полотно о создании Эвернесского студиума. После нас ждет представление, а там будет и вино, в горле уже пересохло. Такую жажду вы тоже можете почувствовать? А соотнести с мышлением? К примеру, зная об эмоциях, вы могли бы предугадать и то, что именно человек думает? Или нет? Хотя, не отвечайте.   
[indent]Последнее полотно предваряла череда мелких портретов. Все они были выписаны старательно, и все изображали сеидхе.
[indent]— Сидские князья. Коллекция досталась деду, как наследие. Кто-то из изгнанников, возможно, даже, наш предок, писал их по памяти. Картины, как видите старые, дед заботится о них, но время неумолимо.
[indent]Влажный эйверский воздух в самом деле многое подъел. Иные из изображений, на которые Наир немного небрежно и свободно указывал, смотрели на Келлен фон Эйстир только частью лиц.
[indent]— Этот — король Риан, запретивший нашим предкам, изгнанникам из Аханнэ, кода-либо возвращаться. Мараэ из дома Немед. Вайрэ фэр Блайтнад, кажется, дом Гаэнан. Эти двое - скорее всего вымышленные персонажи. Морейн фэр Рианнат, если не ошибаюсь. И Диармайд ап Эйлетан, дом...Финдолайд. Я помню их имена потому, что к картинам полагались свитки с жизнеописаниями и некоторыми родословными. Честно говоря, такой коллекции о сидах, как есть здесь у нас, не найти, пожалуй, и в библиотеке Эвернесского студиума. А ведь там, как говорят - есть все. От виднейших ученых и философов до трудов настоящих ересиархов.
Изображение рыжего сида почему-то вынудило его перевести взгляд с картины на рейнскую посланницу и назад. Де Рейн нахмурился, склонил голову, наблюдая за ней. Но понять, что вызвало легкое беспокойство не смог. Списал это на необходимость раскрывать те подробности, которые точно утопили бы его, всплыви они где-либо еще, кроме круга осведомленных лиц.
[indent]— У триарха, — продолжил Наир уже без прежнего задора, — Недоброжелатели были. Были и те, кто хотел бы занять его место, как я думаю. Но это дрянная история, леди фон Эйстир. И то, что мы с ним сделали, чтобы докопаться до следа - тоже. Я не стану называть имена и подробности. Проиграю. Если вы не передумаете, и не зададите другой вопрос. Тот, который вам на самом деле нужен.

Отредактировано Наир де Рейн (22-02-2018 18:03:44)

+1

10

[indent] Холодок скользнул по лопаткам и вольготно устроился на предплечьях - несмотря на жаркую летнюю погоду даже лёгкий поток воздуха, погладивший открытые ключицы, воспринимался полноценным сквозняком под аккомпанемент резко изменившихся эмоций. Воспоминания хлынули рекой, захлестывая с головой - образ, омытый слезами и кровью искусанных губ, который в последние дни приходил во снах, предстал, словно наяву перед мысленным взором. Фон Эйстир глубоко вздохнула, цепляясь взглядом за гуляющие по золочёной раме полотна багровые всполохи, пытаясь проследить взором проступающий в тенях орнамент, отгоняя непрошенные мысли.
[indent] - Простите, милорд, я не… - Келлен запнулась, пытаясь подобрать нейтральное объяснение, которое бы не выдало ее смущение, словно ее щеки ранее не сказали об этом де Рейну, - Вы в праве испытывать любые эмоции, но… это слегка отвлекает от игры.
[indent] Если первые слова виконтесса проговаривала осторожно, словно ступая по зыбкой почве, то окончание предложения она выпалила быстро, но голосу по-прежнему не хватало уверенности и фон Эйстир хоть и перемахнула с кочки на кочку, но всё ещё не ощущала твердости под ногами.
[indent] Виконтесса встретила предложение пойти дальше задумчивым взглядом и робкой улыбкой. Вновь воцарившееся подобие мира казалось слишком хрупким, чтобы разрушить его в одночасье и Келлен на некоторое время притихла, лишь поглядывая на собеседника, пытаясь понять, спокоен ли он или же сдерживает эмоции?
[indent] - Я отвечу. Считайте это извинением за произошедшее, - фон Эйстир на мгновение сбилась с шага, вскидывая голову, цепляясь за шанс загладить свою вину. Перед ним ли или перед тем образом, который никак до конца не желал покидать мысли? В глазах отразилось упрямство, словно де Рейн собирался ей возразить, - эмпаты чувствуют эмоции, но не умеют читать мысли. Если Вы чему-либо обрадуетесь, то я это несомненно почувствую, но об остальном смогу лишь догадываться, что же касается жажды, - виконтесса сглотнула. Кажется, она и сама не отказалась бы сейчас от бокала вина хотя бы затем, чтобы паузы не выглядели столь нелепо, - то в этом случае Вы скорее будете испытывать дискомфорт, не так ли?
[indent] Портреты сеидхе, потрепанные временем, были прекрасны в окружавшей их ауре старины, напоминающей о том, что ничто не вечно, но фон Эйстир их разглядывала задумчиво-лениво и лишь слова о библиотеке заставили ее слегка оживиться и теперь уже с интересом вглядываться в собеседника. “Есть все”, - звучало музыкой и Келлен остановилась, недоверчиво вглядываясь в собеседника. Она многое слышала о здешних хранилищах знаний, но была уверена, что это чересчур преувеличено.
[indent] - Есть всё? - эхом прозвучала фон Эйстир, - и полное собрание трудов Фридриха де Манчини? Простите, это не относится к теме нашего разговора.
[indent] Отвечать на заданный ранее вопрос де Рейн не хотел и фон Эйстир отметила это про себя - теперь ей было почти жизненно необходимо узнать произошедшее, но оставалось лишь строить теории - отказываться так скоро от источника знаний Келлен не хотела, к тому же ей и впрямь следовало задуматься о дипломатической миссии и уделить больше внимания именно ей.
[indent] - Я задам другой вопрос, милорд. Кого из коллегии веннари будет проще склонить на нашу сторону? Есть ли среди противников помощи Рейнсу те, чьё мнение не достаточно устойчиво и на чем зиждется это равновесие?

Отредактировано Келлен фон Эйстир (22-02-2018 23:06:16)

+1

11

[indent]— Вы должны понять, что здесь могут быть только мои соображения и домыслы. Я слышу, о чем в веннари говорят. Вижу, что они делают. Но не читаю в головах. Сказать точно, кто переметнется, а кто нет, мне невозможно. Эти люди не доверяют своих истинных намерений даже отражению.
[indent]Он никогда не был уверен, что какой-либо венатор, открыто высказывая поддержку тому или иному решению, на самом деле его одобрял. Голосования нередко проводили тайно, укладывая в специальную чашу шары темного или светлого цветов. Итогом становился подсчет. Но узнать, кто вбросил темный, кто — белый шар жребия, удавалось редко и не без труда. 
[indent]— Возможно, — магик снова поманил спутницу за собой, дальше, — Его превосходительству стоит пересечься с леди Гвиневер де Маар. Ее позиция неизвестна, но сейчас она будет более склонна принимать решения в пользу активных действий. Венатор ван Альтесс не подпал под влияние Эймона, как и венатор по религиозным вопросам. Может быть, у вас найдется, что им предложить. Да и ваш дар в этом общении будет очень к месту. Если на заседание коллегии будет приглашена генерал-проведитор Лиги, что вполне вероятно, ее речь может убедить еще кого-либо. Я даже знаю, что поможет ей стать внушительнее. 
[indent]Картина, к которой они приблизились, миновав череду мелких портретов, выглядела так, словно писал начинающий мастер.
[indent]Наир окинул ее ироничным взглядом, внезапно оборвав свой краткий ответ. 
[indent]На полотне были изображены ученые мужи в характерных фетровых шапочках, подписывающие какой-то документ. Основным цветовым пятном, притягивающим внимание смотрящего, служило окно. За ним на фоне кобальтового неба топорщилось лесами недостроенное здание Студиума. Очертания университета только угадывались, не были еще достроены живописные контрфорсы, увенчанные пинаклями и коньками, не тянулись в небо многочисленные шпили, не покрывал здание центральный купол.
[indent]— Последняя картина, конец нашего пути. 1238 год. Члены Конклава и эйверские маги подписывают Великую хартию, Magna Charta Universitatum. Документ, с какой стороны ни глянь, знаковый. Им члены Конклава и маги Тар Эвернесса запретили обучение чародейству где-либо, кроме студиума. Этот тощий — Томас Болестер, уважаемый член конклава, могуществественный чародей. За два года до подписания бумаги этот уважаемый магик и его приспешники учинили в городе Эвернесскую бойню, прикончив всех несогласных с идеей реформирования образования, а заодно уничтожив болестерских конкурентов. Картину стоило озаглавить “Думая о мире, не забывай о себе”. Но художник был полон юношеских заблуждений и присущей всем детям наивности. Поэтому она носит имя "На пути к согласию". Мне она всегда напоминает, как поступают люди. Что за беспокойством о всеобщем благе всегда лежит радение о личном.
[indent]Закончив, де Рейн обернулся на очередную вспышку оживленных рукоплесканий из сада. Выход находился прямо за их спинами. Там же маячила фигура одетого в строгий коричневый костюм слуги. Безошибочно поняв, что там он найдет вино, алхимик поторопил их к выходу. Достав две чаши, вручил одну Келлен фон Эйстир. Небо над домом окрасилось в красный, потом сиреневый, потом в желтый. И это были уже не потешные огни — чары.
[indent]Посреди патио, на подиуме, окруженном аккуратно подстриженными миртами и лимонными деревьями, освещенная факелами, выступала женщина. У ее ног сгрудилась пестро одетая толпа. Люди находились в отдалении от них, скрытых от лишних взглядов кронами деревьев. Наир остановился наверху лестницы в сад и оперся рукой о голову каменного льва.
[indent]— Сегодня в Студиуме есть не только полное собрание трудов мастера Манчини, но и кое-что от его последователей, — вспомнил он о прозвучавшем ранее вопросе. — Философия, математика, магия, медицина, алхимия занимают целое крыло. Определенно, это самая полная и большая библиотека в мире. Там есть литература богословская, светская, научная, иногда даже опасная. Многие из книг у вас на родине запретили бы, а у нас можно почитать.
[indent]Воспоминания его развеселили. Наир продекламировал, подняв глаза к небу:
[indent]— “Труд может быть выдан искателю, если на книги, учения которых были осуждены, даст свое разрешение профессор. При этом сам профессор не должен читать писаний сомнительных из чистого любопытства. Чтобы яд и скверна не проникли в него. Ибо Лукавый, ведомо, принимает множество форм. Но особо любит искушать людей, стремящихся к знанию”.
Потом он умолк, поигрывая ножкой чаши. Ответных вопросов к Келлен фон Эйстир не последовало.

Отредактировано Наир де Рейн (24-03-2018 12:59:03)

+1

12

[indent] Было бы глупо полагать, что готовое решение ей предоставят на блюдечке с золотой каемочкой, политое сверху щедро сладкой глазурью и фон Эйстир радовалась тому, что удалось выяснить, а подводя итог, она могла сказать, что удалось немало, если, конечно, сделать допущение, что де Рейн говорит правду. Несмотря на то, что виконтесса говорила себе, что будет относиться ко всем полученным из чужих уст, непроверенным знаниям, скептично, она все же очень сильно сомневалась, что ее собеседник, утверждавший, что эмпатам лучше не лгать, лукавил.
[indent] - Что же это? - ирония, проглядывающаяся в голубых глазах не оставила виконтессу равнодушной - любопытство зевнуло и мягко потянулось, сбрасывая остатки дремы, спустило ноги, откидывая покрывало задумчивости, подняло голову, всматриваясь в черты мужчины, рассыпалось золотистыми искрами в янтаре глаз, нырнуло в ямочку на щеке.
[indent] Фон Эйстир перевела взгляд на последнюю картину. Она была светла и полна надежд, за окном представшего перед глазами помещения на ярком небе виднелись лучи солнца и золотом были окрашены руки и перо подписывавшего контракт чародея. Восхищение переданным настроением, живостью полотна отразилось в широко открытых глазах. Улыбка тронула губы и тут же пропала - то, о чем говорил де Рейн полностью ломало сложившийся в голове образ.
[indent] - Вы мастер контрастов, - Келлен посмотрела на мужчину с легкой насмешкой, - И намеков. Но смею Вас уверить, мы стремимся лишь к тому, чтобы избежать агрессии Эстанеса по отношению к Рейнсу.
[indent] В словах юной посланницы не было и тени бахвальства, не прослеживалось в них и толики сомнения. Келлен фон Эйстир свято верила в то, что войну можно предотвратить и если лигийские знамена поднимутся в небо рядом с их собственными, Эстанес примет единственно верное решение - не начинать наступление.
[indent] Город тонул в темноте, лишь яркими точками горели факелы и выхватывал свет луны золоченые шпили, благодаря бегущим по небу полупрозрачным облакам отражаясь причудливо на поверхностях, отчего открывшаяся картина смотрелась в высшей степени сюрреалистично. Разворачивающееся внизу представление было интересным, но быстро потеряло свою привлекательность в сравнении с игрой “угадай, на что похоже”, которая занимала ум виконтессы.
[indent] - Взгляните, - фон Эйстир сделала пару глотков из кубка и кивнула в сторону иссиня-черных домов города, -  Что Вы видите?
Слова о многообразии, представленном в библиотеке заставили отвлечься от игры и вновь обратить взор к собеседнику. Виконтесса звонко рассмеялась в ответ на цитату.
[indent] - И что же? Многие пали под гнетом любопытства? - Келлен на несколько мгновений замолчала, улыбка постепенно таяла, а лицо фон Эйстир приобрело задумчивое выражение, - В библиотеку Студиума можно попасть, не будучи студентом?
Робкая надежда сквозила в негромком голосе, разгоралась с каждым биением сердца во взгляде. Пальцы нетерпеливо отстукивали неровный ритм на ножке кубка.

+1

13

[indent]К слабо освещенным громадам окружавших их вилл и палаццо магик не выказал того же интереса, что и она. Бросил короткий взгляд вослед ее просьбе. Увидел в который раз тонкие, щемяще воздушные башенки, шпили в сусальном золоте и мраморные обелиски на крышах, разорванные арочки окон. Алебастровую филигрань карнизов и фризов, темные массивы статуй и гербов.
[indent]Все это великолепие ровно обливал холодным светом ущербный месяц, то прячась, то выглядывая из-за бешено несущейся по небу облачной кисеи.
[indent]Наир тоже относился к ночным пейзажам вокруг дедового дома ровно. Они были известны и давно изучены.
[indent]В отличие от рейнской гостьи. У которой ямочка на щеке делалась особенно явной, когда она пила из своей чаши. И чуть менее заметной оказывалась, когда Келлен фон Эйстир, сама не замечая того, коротко слизывала терпкое мантарское с губ.
[indent]— Я вижу город, в котором слишком многое бесцельно. — ответил он, отвернув лицо. — Служит лишь для гармонии, консонанса, похвальбы и красоты.
[indent]Последовавший за тем вопрос, заставил его качнуть головой, с недоверием и удивлением:
[indent]— Считается, что под гнетом любопытства пропадают лишь те, кто и до этого был скверным. Имел определенные склонности. Но правда в том, что все мы одинаково плохи. Кого назовут пропащим, а кто, будучи по своей сути злом, обернется почетом и славой, решает лишь фатум. Цепочка случайностей.
[indent]С этими словами настроение в саду переменилось. Из-за донесшейся до них музыки, - тягучей, резонирующей и печальной мелодии смычковых никельхарп. Женщина на подмостках запела, по странному совпадению — о фатуме. Цепочке случайностей, лишившей сеидхе-изгнанников своего дома и приведшей их на голый каменный берег, где через сотни лет вырастет этот город.
[indent]— Если задаться целью, попасть можно куда угодно. В Студиум тоже.
[indent]Наир сделал вид, что задумался. Потом, видя ее нетерпение, улыбнулся.
[indent]— Похоже, книги вас неудержимо влекут. Через четыре дня в Студиуме будут отмечать день основания. Кампус откроют для выпускников, патронов университета, их семей. Я могу похлопотать о том, чтобы приглашение появилось и у вас. Но вам потребуется провожатый. Мог бы предложить свою помощь и здесь, если вы не испугаетесь.

+1

14

[indent] - Разве гармония не может быть самоцелью? – фон Эйстир взглянула на мужчину с удивлением. Он говорил так, словно не любил этот город, как не питал уважения к веннари, злился по непонятным до конца для нее причинам на убитого триарха и не признавал авторитета деда, словом, вел себя так, как может вести себя лишь тот, кому недостаточно свободы, но разве могло это быть правдой? Голубые глаза не давали ответа на этот вопрос и виконтесса улыбнулась, отбрасывая неподтвержденную догадку – сейчас она казалась попросту смешной. Перед ней стоял мужчина, а не подросток, чтобы списывать все на попытку свергнуть с вершины авторитеты, - Расскажите, каким был бы Ваш Эйвер? Какой цели все должно следовать?
[indent] Фон Эйстир смотрела на лигийца с искренним интересом – чужие мечты и чаяния могли рассказать о человеке куда больше, чем все остальное. Ни род занятий, ни предпочтения в еде или одежде, ни биография не могли дать ответ однозначного ответа на вопрос, кто перед тобой. Титулы и звания, пол и возраст имели значение лишь в политическом разрезе, но для эмпата куда важнее было иное и виконтесса хотела видеть блеск чужих глаз и слышать эмоции. Что это будет? Раздражение или вдохновение? Фон Эйстир склонила голову на бок, внимательно наблюдая. Серьги мягко качнулись, цепляясь за выбившуюся из прически непослушную прядь.
[indent] - Вы всегда столь серьезны? – виконтесса наконец, нарушив все нормы этикета, отвела взгляд и повернулась к балюстраде, ставя почти опустевший кубок на широкие каменные перила и запрыгивая следом, усаживаясь удобнее. Будь здесь ее тетушка, наверняка отчитала бы племянницу за подобные выходки, но сейчас юная виконтесса, почувствовавшая ветер свободы в этом незнакомом городе, болтала ногами и улыбалась, - Я всего лишь пошутила. Как Вы могли заметить, любопытство присуще и мне, но смешно полагать, будто это может быть дверью для скверны.
[indent] Слова о приглашении заставили фон Эйстир замереть, вытягиваясь вперед. Ладони поймали выщербленные местами перила, а костяшки пальцев побелели от напряжения.
[indent] - Правда? – недоверчивый взгляд резко контрастировал с расплывающейся на лице девушки широкой улыбкой, - Почему я должна Вас бояться?
Свет новых знаний манил, заставляя забывать об осторожности и после, который едва ли даст разрешение на посещение библиотеки без надлежащего присмотра. И лишь спустя мгновения виконтесса погрустнела, вспомнив о камеристке, великой цели их приезда и самом после, который наверняка уже недоволен тем, что она покинула общую залу вопреки тому, что не знает языка.

+1

15

[indent]— Правда, — кивнул он, возвращая ей удивленный взгляд.
Но про страхи дальше говорить не стал, не продолжил.
[indent]— Только большая часть книг все равно будет на эйверском или tenn Ahannai. Вы читаете на языке сидхе? Впрочем, неважно. Студиум сам по себе место, посещение которого для чужака - волнущий опыт. Определенно, в этом году все пройдет намного скучнее, сдержаннее. Но я не оставляю надежд, что мы все равно удивим вас и полностью затмим Каэр Ревейн.
[indent]Он подумал, что высмотреть ее среди людей на кампусе будет, вероятно, несложно.
[indent]Уже несколько месяцев подряд алхимик и сам захаживал в эвернесскую alma mater. Изучил ее вдоль и поперек. Протер не одну лавку в библиотеке, обшарил даже те залы, куда уже давно не заходит ректорат.
[indent]Искал там алхимические трактаты о скверне, доступные карты разрывов, попутно помогая отмечать труды по исследованию границ mare incognitum, даже самые смешные и нелепые упоминания о неизвестных доселе землях и берегах.
[indent]Доступ, полученный по прошению его управления, распространялся на алхимика et consortes officii. Но компанию в этих изысканиях ему составляли несколько реже, чем хотелось бы.
[indent]— Вы спросили, — продолжил он, словно вспомнив оборванную мысль, — Каким стал бы мой Эйвер. Я отвечу: таким, как сейчас.
[indent]Он очертил вокруг себя пространство рукой с чашей, как если бы в самом деле оказался творцом и хвастал своим созданием перед привередливым и вдумчивым цензором.
[indent]— Был бы изменчивым, разным. Полным зазнавшихся жадных чинов, насквозь фальшивых чародеев, ушлых торговцев, нелюди и убийц. Еще в нем не было бы недостатка в изобретателях, покровителях культур, филантропах, художниках, спасителях и пророках, как ложных, так и истинных. Он был бы открыт всему новому, глуп и умен одновременно, полон риска и задора, контрастен даже больше, чем тени в полдень. Только так ведь... можно почувствовать себя живым.
[indent]Магик с удовольствием допил свою чашу, не сводя глаз со своей собеседницы. Зная, что дает ей обширную почву для суждений о себе самое. Помолчал, переживая волну странного удовольствия, того рода, которое всегда путают с азартом, кипением крови и приливом сил.
[indent]Хотел прибавить, дескать, ни за что не пропустил бы шанса поучаствовать во всем этом бурлении. Что только подобное разнообразие дает возможность перепробовать все доступные комбинации и пути. Что оно рождает много бесполезного и бессмысленного. Но однажды в этой куче ты обязательно найдешь ограненный алмаз.
[indent]Не добавил. Вместо этого заметил под крытой колоннадой знакомый блеск волос и силуэт.
[indent]- Благородная госпожа фон Эйстир… Если вам полезно свести знакомство с леди генерал-проведитором Лиги, то сейчас самое время. Кажется, я вижу ее. Пойдемте. Отложим пока вопросы о сущности Тар Эвернесса... Тешу себя надеждой, что ненадолго.

Продолжение тут.

0


Вы здесь » Рейнс: Новая империя » Отыгранное » Тогда сыграем в жмурки.